— Что у вас с двигателями, капитан Фиск? Объём повреждений известен?
— Мы не знаем, Молох. В машинном отсеке был пожар. Сейчас команда выясняет, насколько тяжелы были последствия. Прошу, помогите. На борту целые семьи, с женщинами и детьми, есть раненные.
Этот голос. Этот взгляд. Девушка была в отчаянии. Не помочь в такой ситуации — это нужно иметь поистине каменное сердце.
— Хорошо. — Молох кивнул и отключил связь. — Трэм, уходим.
— Я знал, что ты помо… Что?
— Мы уходим, Трэм. Не знаю кто это, но я точно разговаривал не с человеком. Человек, который обязан тебе жизнью, не станет звать тебя по-панибратски.
— Подожди, брат! Мы бросим людей только потому, что тебе не понравилось, что тебя не назвали капитаном?
— Нет, Трэм. Потому что её речь выглядит подозрительно. Потому что эта история выглядит слезливой хернёй. Потому что эта тётя выглядит так, как принцесса в затруднительной ситуации, а не как капитан корабля. И последнее. Потому что выглядеть так, как она выглядит, просто нельзя. Какого хера она в крови с изорванной одеждой, так удачно оттеняющей изгибы красивого тела? Это на кого рассчитано? Подростков? Там многотонный транспортник после атаки пиратов стоит. Отсеки почти целы. Чем ее должно было мусолить по отсеку, чтобы она так выглядела? И если сомневаешься во мне, спроси у Копи, она даст тебе холодный анализ.
— Я не сомневаюсь в тебе, брат, — тем не менее, скорее даже интуитивно, Трэм повернулся к девушке. Копи покачала головой и коротко ответила. — Молох прав.
— Я… я извиняюсь за своё поведение, брат.
— Ладно, Трэм, бывает. Мы сообщим о них патрульным, так что твоя совесть может быть чиста.
На этом спор был исчерпан. Тор стал разворачиваться и брать курс на разгонные врата. Корабль понемногу удалялся от транспортника, не используя разгонные модули.
— Брат! Они включили двигатели! Транспортник разворачивается!
— Это официально самый быстрый ремонт двигателя на моей памяти.
— Движутся к нам. Идут на форсаже.
Молох ничего не ответил. Только смотрел на сканер и на приближающуюся точку.
— Амо, сбрось несколько разведывательных дронов, — наконец заговорил капитан. — Трэм, включай разгонный модуль. Прыгаем в соседнюю систему как можно быстрее.
— Прям отсюда? То есть, да, хорошо, брат.
Транспортник продолжал идти на сближение. При таком форсаже, даже новые двигатели долго не протянули бы. Но он продолжал упорно сближаться. А потом Тор ушёл в отрыв. Резко ускорился за счет прыжкового модуля и покинул пределы системы.
Слишком далеко для работы сканера. Но, достаточно, чтобы принять отчеты разведывательных дронов.
— Брат. Дроны уничтожены. — Трэм смотрел на пришедшие данные. Последние отчеты перед отключением. — Они зафиксировали мощнейшую электромагнитную вспышку. Взрыв такой силы никак не мог быть следствием нарушения работы двигателей транспортника. Корабль просто не способен взорваться с такой мощностью, если только…
— Если только он не нёс особые «подарки» для нас, да? Не зря подружка Фокса предупреждала быть осторожней. Но я не думал, что все закрутится настолько быстро. Ладно, хорошо. Поиграем по этим правилам, — Молох подошел к близнецам. — Ома, Амо — дальше идем на разгонном, вратами не пользуемся. Любой корабль, с данной минуты — потенциальный враг. Потенциальный, Амо, а не реальный. Следим, но первыми не атакуем.
— Да, капитан.
Впрочем, дальнейшая дорога прошла без приключений. Вплоть до Гефеста, который встретил судно привычной толкотнёй. В этот раз не повезло, в диспетчерской дежурила не Шейла, а кто-то из её коллег. Так что постановку в доки пришлось проходить по стандартной процедуре, как все «смертные». Беспокоить Макса или Шейлу, из-за такой мелочи, не хотелось.
— Не смотря на все невзгоды, мы на месте, — Через речевой динамик прозвучал бодрый голос Молоха. — И меня посетила замечательная идея, Морис. Догадываешься, какая?
— Нет, но можно не надо, босс?
— Не переживай, страшно только первые десять сантиметров. А если серьезно, я хотел тебя мучать. Выедать твой мозг чайной ложечкой, чтобы ты сменил числовую идентификацию своего корабля на что-то нормальное. Сам понимаешь, нужно соответствовать, когда стоишь в строю с такими кораблями, как Вялый Манчкин или Развратор-30СМ. Но, я передумал. Этот вопрос мы отложим.
— Рад слышать, капитан.
— Отложим до покупки новой пушечки. Ее длина должна быть воспета в легендах и зафиксирована в названии. Как говорится, ни шага назад, ни сантиметра в… а не, это не то. В общем, ты меня понял. А теперь можем отправляться к Максу, — Молох, выходя, остановился рядом с Ши Ганом. — Ган, проследи, чтобы вокруг Тора было организовано круглосуточное дежурство. Я понимаю, что народ хочет пробежаться по магазинам, но не все сразу.
— Конечно, капитан. Это даже не обсуждается.
— Хорошо, тогда мы пошли, — едва Молох открыл двери мостика, как чуть не сбил шедшую ему на встречу Эвелин Дарквуд.
— Доктор?
— Правильно. Я рада, что развитие деменции замедлилось.
Молох попытался обойти стоявшую у входа девушку, но у него не получилось. Тут или идти на пролом и рисковать зацепить бронёй или ждать, когда собеседник сам отойдет. А он, точнее она, и не думала отходить.
— Эвелин, а с каких пор у меня началось это «развитие деменции»?
— С тех, как ты пообещал, в тот раз, закупиться медпрепаратами на Гефесте. Пообещал и забыл.
— Ну так на меня, вообще-то, корабль упал… в тот раз. Когда на тебя падает торговый транспортник, это немого отвлекает от списка покупок. Нэ?
— Это не исключает того факта, что в медотсеке сейчас препаратов только клизму поставить, и еще одну, если первой мало. Я на твои поломанные лапы всю регенеративную жидкость истратила. В ТэльМара особо не запасешься, Штерн хрен допросишься. Так что у нас пусто. Из вариантов только уринотерапия.
— На меня… упал… корабль…
— Вот. Поэтому, в этот раз, я иду с вами. Чтобы, когда на тебя ещё один упадёт, было кому напомнить. Возражения не принимаются.
— Я и не возражал. Это Морис возражал. Мы его пушку увеличивать шли, а ты отвлекаешь.
Быстрый взгляд на второго капитана.
— Я могу подождать. С такими вещами, как медотсек, не шутят. Это святое.
— Тц-ц, и пяти секунд не продержался. — Манёвр Молоха по переводу стрелок не удался. — Вернёмся, я попрошу Веронику поработать над твоей выносливостью. Показатель в две минуты — базовый минимум.
Судя по пустым глазам Мориса, он ничего не понял. Бедный мужик повернулся к доктору Дарквуд, но она только отмахнулась:
— Не пытайся понять, я не умею лечить психические травмы.
— Вы идёте или нет? — Пока эти двое переговаривались, Молох всё же просочился и уже шёл к выходу. Так что пришлось догонять.
В целом, долго за Молохом бегать все равно не получилось бы. По такой огромной станции нормально двигаться можно только в специальных «такси». Как упоминалось ранее, третья волна колонизации пошла на пользу Гефесту. Он обновил технику, в том числе и внутренний транспорт. Особенно важно это для Молоха, потому как в его броне не в каждую машинку влезешь.
Благо, специальная функция позволяла вызвать просторное авто на большую компанию… или одного Молоха. В общем, места хватило всем.
— Макс ждет нас в офисе. Приедем к нему, там и за твое орудие договоримся, Морис, и за вашу медицину, уважаемая доктор Дарквуд. Закупим столько регенеративной жидкости, чтобы хватило поставить фонтанчик в центре медотсека и пустить уточек, рыгающих регенеративной жидкостью. Я думаю…
Договорить Молоху не дал внутренний сканер доспеха. Завизжала система безопасности, предупреждая о быстро приближающемся объекте. Всё, что успел наёмник, это схватить в охапку Мориса и Эвелин и закрыть их собой. А потом, в их машинку влетел массивный дрон, похожий на буксировочный. Касание — взрыв. Бок авто разорвало на куски. Молох выскочил, быстро сканируя местность. Хотя, это было излишним. Над крышей одного из ангаров зажегся огонек. Реактивный ранец.
