"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Распахнулась, привлекая его внимание, дверь; Татьяна в обнимку с Ричардом вышла в коридор. Альберт поспешно натянул на лицо самое приятное, самое приветливое выражение и шагнул навстречу.

— Вижу, Ричарду удалось убедить тебя отправится отдыхать? — он подарил дочери мягкую улыбку и, одобрительно кивнув клеврету, добавил, — Молодец.

— Я сделал, как вы велели, мастер, — последовал довольно сдержанный ответ. Ричарду эта ситуация претила. К девушке он испытывал самое искреннее расположение, обманывать ее совершенно не хотел, а был вынужден по приказу мастера лгать. И даже сейчас, в эту секунду, в этот момент! Татьяна же думает, что мастер хвалит его за то, что он убедил ее отправится отдохнуть, что за его словами кроется намек на приказ заботиться о ней, а все совсем иначе! Мастер похвалил его за хорошо разыгранную роль, и он ответил, что поступил соответственно приказу. Что он обманул Татьяну, а она поверила… Как это отвратительно. Он всегда был честным человеком, всегда презирал, ненавидел ложь, и что теперь? Зачем мастер заставляет его опускаться до банального вранья?..

— Ну, что же, я не буду задерживать вас, идите, — Альберт быстро улыбнулся, делая шаг в сторону и пропуская будущих супругов мимо себя, — Татьяна, тебе задание — как следует отдохнуть и выспаться! Ричард, последи, чтобы она не нарушала постельный режим.

— Хорошо, папа.

— Как прикажете, мастер.

Два голоса прозвучали, как один, и оборотень, обнимающий девушку, неспешно направился прочь по коридору, увлекая ее в свою собственную комнату, коль скоро их общей в этом дворце не имелось.

Мастер проводил их долгим взглядом и, тонко усмехнувшись, отвернулся, возвращаясь в свои покои. Дело было сделано, причем сделано очень удачно, быстро и четко, и он имел полное право гордиться собой.

Татьяна останется с ним, будет на его стороне. Она не позволит своим друзьям причинить ему вред, а он знает — ее слово значимо для них, против девушки они не пойдут. Глупцы! Хотели справиться с таким сильным человеком, как он, с таким сильным магом — да это же курам на смех! Даже не взирая на то, что Винсент — его и ее предок, что он довольно силен и некогда проходил выучку у Рейнира. В конечном итоге, о том своем прошлом он уже давно забыл, все навыки растерял, поэтому опасен быть не мог.

А Людовик? Мальчик был способным учеником, мог бы стать действительно сильным магом, но потерял право даже зваться таковым, после того, как столь коварно и подло предал своего учителя, своего наставника! Если бы он повременил, поучился бы еще, Альберт бы сделал из него действительно сильного мага, возможно, даже равного себе, но так… Мальчишка остался не более, чем мальчишкой, владеющим несколькими дешевыми фокусами, так толком и не научился ничему, только нахватался умных мыслей.

Кто же остается еще? Бессмертный Владислав — самая большая ошибка мастера. На этого можно даже не обращать внимания — его достаточно закрыть где-нибудь на века, и забыть там.

Роман… еще один племянник. Что ж, с его бессмертной сущностью он будет весьма неплохо смотреться рядом с Эриком, глубоко и далеко в подвале, там, где криков его никто не услышит. Конечно, в отличие от брата, он не представляет собою такой уж любопытный экземпляр, но… Кто знает, где нас ждет новое открытие? Изучить его было бы любопытно.

От камина донеслось негромкое покашливание, и мужчина, увлеченный своими мыслями, поднял голову на неожиданного гостя. Тот склонился в вежливом поклоне.

— До меня дошли слухи, мастер… — говорил вновь прибывший негромко, мягко, не скрывая улыбки, — Слухи о том, что вам удалось вернуть дочь.

— Слухи не лгут, — Альберт улыбнулся в ответ, — Татьяна действительно здесь, и более не будет представлять для меня проблем.

Собеседник вопросительно приподнял бровь. Для него такие слова могли означать лишь одно — дочь мастера более не будет представлять проблем ввиду того, что мертва, убита родным отцом, однако в подобный расклад верилось слабо. Как выяснилось, не зря.

— Я изменил ее воспоминания, — мужчина подошел ближе к камину, протягивая к нему неожиданно замерзшие руки. Обуться он по сию пору не успел, а пока стоял на холодном каменном полу коридора, успел озябнуть.

— Отныне девочка полагает себя невестой твоего брата, друг мой, — он тонко усмехнулся, — И моей любимой, и любящей дочерью. Идти против меня ей уже не придет в голову, поэтому беспокоиться о ней мне совершенно точно не придется.

— Я рад, — последовал довольно сдержанный ответ. Собеседник мастера, по-видимому, не привык или же просто не желал громко выражать свои чувства.

Альберт вздохнул и чуть улыбнулся. Говорить о дочери в данный момент ему казалось несколько неуместным.

— Оставим это. Скажи, какие вести ты принес мне сегодня?

Собеседник чуть пожал плечами. Пламя камина, возле которого он стоял, неожиданно немного плеснулось наружу, едва не лизнув ковер и отразилось в его глазах желтым сполохом.

— Ваши неприятели приближаются, мастер. Вам известно, что они покинули судно Бешенного, высадились в порту Лондона, а после направились к вашему ученику, к Тьери. Теперь они идут сюда.

— Полагаю, они видели и мою мать… — мужчина в раздумье покусал губу, — И не сомневаюсь, что они оба — она и он — подсказали им, как справиться со мной, если, конечно… — он примолк, а затем широко улыбнулся и, запрокинув голову, негромко рассмеялся, — Если, конечно, им известно это, в чем я сомневаюсь. В любом случае, полагаю, что для начала они попытаются освободить графа… Я могу рассчитывать на тебя, друг мой?

— Как на самого себя, мастер, — отозвался его собеседник и, завершая разговор, вновь склонился в почтительном поклоне.

Было уже довольно поздно, когда они, наконец, добрались до дворца мастера. Шли молча, без отдыха — исчезновение Татьяны выбило из всех шальных голов всякие шутки, заставляя посерьезнеть и употребить всю энергию исключительно на дело.

Наверное, именно поэтому они и добрались практически в рекордные сроки, так быстро, как в любом случае не смогли бы добраться, иди они вместе с девушкой. Мысль эта, вполне очевидная и ясная, посетила головы, наверное, всех путников, однако, никем из них высказана не была. Слишком серьезной казалась ситуация, чтобы шутить над ней, слишком волновались все четверо за судьбу Татьяны.

— Вход должен быть где-то здесь, — негромко молвил Винсент, ощупывая прочную каменную кладку. Громада дворца угрожающе высилась над ними, навевая чувство собственной ничтожности, и хотелось как можно скорее попасть внутрь, чтобы избавиться от этого ощущения.

— Разве Тьери не сказал, где конкретно находится это «где-то»? — виконт вопросительно приподнял брови и, приблизившись к стене, неуверенно сам потрогал ее. Стена была холодной, чуть влажной от ночной росы и совершенно монолитной.

— Как оно хоть выглядит? Или как его на ощупь нащупать? — молодой человек вздохнул и еще раз потрогал стену. Трогать ее было несколько неприятно, поэтому он решил оставить эту привилегию хранителю памяти.

— Должен быть знак, он как-то отмечал это место… — Винс, мельком глянув на собеседника, негромко вздохнул, продолжая шарить ладонями по стене. Людовик, наблюдающий за его действиями, не удержавшись, тихо хмыкнул.

— Знак? Надпись «Входа здесь нет» для секретности? Или, наоборот, «Заходите, гости дорогие»?

— А я-то думал, ты понял, что сейчас не время для шуток, — Владислав, не склонный к постоянной насмешке над всем миром, неодобрительно покачал головой и, приблизившись, сам начал осматривать стену. Касаться ее он, как и Роман, желанием не горел.

— Может быть, здесь должен быть какой-то рычаг или нужно куда-то надавить… — он покачал головой, — Я не знаю, как это делается обычно в таинственных замках? У вас же, в Нормонде, кажется, тоже существуют всякие загадочные ходы?

— Только путь из библиотеки в кабинет отца, там полочку повернуть надо, — Роман равнодушно пожал плечами и, не обращая внимания на явственно изумленного такими откровениями брата, придирчиво осмотрел стену, — Но полочек здесь я, увы, не вижу. Кстати, напоминаю, что я предлагал в свое время спросить у прохожих, где найти библиотеку мастера. Может быть, там мы…