Следующую стаю кристаллоидов, числом около двадцати, я встретил по-другому. Я не стал использовать «Зыбь» или «Клин». Я просто создал перед собой серию крошечных, точечных пространственных искажений — «пузырьков» нестабильности размером с горошину. Сотни их. И направил этот «град» на летящую стаю. Кристаллоиды, врезаясь в эти невидимые ловушки, не рассыпались, а получали фатальные сколы, теряли устойчивость и падали, разбиваясь о камни. Энергозатраты были в десятки раз меньше.
Это было откровение. «Не сила, а точность». Не мощный удар, а множество маленьких помех, ломающих систему. Так должен действовать не маг с арсеналом, а ремесленник, знающий слабые места материала.
Дальше я экспериментировал, подбираясь к эпицентру Пробоя — пульсирующему сгустку искажённой реальности, висящему в метре над землёй. Вокруг него кишели десятки существ. Прямая атака была самоубийством. Но я заметил закономерность — все они «питались» энергией из эпицентра, их существование было привязано к нему тонкими нитями магии.
Мне не нужно было уничтожать их всех. Мне нужно было «отключить их от розетки».
Я сел на камень в сотне метров от эпицентра, игнорируя редких кристаллоидов, которых сбивал теми же «пузырьками». Я сосредоточился на эпицентре. Не на том, чтобы его разорвать — это потребовало бы титанических усилий. Я начал делать то, что умел лучше всего как артефактор — «стабилизировать».
Моё сознание, подкреплённое знанием из другого мира, стало «вплетать» в разрывы пространства вокруг эпицентра тончайшие, почти невесомые нити стабилизирующих полей. Я не зашивал дыру. Я создавал вокруг неё «каркас», который постепенно гасил колебания, «успокаивал» реальность. Это была ювелирная, изнурительная работа. Пот лил с меня градом, в висках гудело.
По мере того как каркас набирал силу, связь существ с эпицентром начала рваться. Они не исчезали мгновенно, но становились вялыми, медленными, тусклыми. Некоторые просто замирали на месте и рассыпались в пыль. Эпицентр пульсировал всё слабее.
Последний рывок стоил мне всего остатка сил. Я вложил в каркас финальный импульс, заставив его «схлопнуться». Не со взрывом, а с тихим, глухим хлопком, похожим на лопнувший мыльный пузырь. Эпицентр погас. Пространство вокруг вздохнуло, выровнялось. Последние элементали осели в груды безжизненного камня.
Я сидел, опираясь спиной о камень, и тяжело дышал. Руки дрожали так, что я с трудом достал из кармана бутылку с водой. Я выпил залпом. Пробой второго уровня был закрыт. В одиночку. Но не грубой силой. Знанием. Терпением. И пониманием, что иногда лучшая атака — это грамотная стабилизация.
Через час, когда силы немного вернулись, я собрал несколько ценных кристаллических образований, оставшихся от элементалей — отличный материал для артефактов. И отправился к выходу. Моё тело ныло, разум был опустошён, но внутри горел холодный, ясный огонь уверенности. Я нашёл свой стиль в этом мире. Не стиль мага-воина. Стиль «мага-инженера». Того, кто не ломает, а разбирает систему на винтики. И это было куда страшнее.
По дороге домой, уже двигаясь на мотоцикле, я получил уведомление от гильдии: «Задание № 4471 „Осколки Пустоты“ выполнено. Рейтинг повышен на 180 очков. Текущий рейтинг: 285/1000 до Бронзы». Итог: Двести восемьдесят пять. В тонкости подсчёта я вникать не стал — не за рулём мотоцикла такое делать.
Ещё четыре — пять таких Пробоев, и я получу право создать свой отряд. Легально. А там… там можно будет думать и о МОНках, и о многом другом.
Но главное — сегодня я не просто закрыл Пробой. Я проверил себя. И убедился, что путь, который я выбрал — путь знания, точности и терпения — работает. Даже в этом мире. Даже в одиночку.
Глава 19
Рейтинг имеет значение
Когда вопрос рейтинга стал понятен, я озверел. Рейтинг мне нужен! Нет, я не кинулся закрывать те Пробои, которые мне в сольном варианте не по силам, но забрал себе сразу все три «индивидуалки» с доски, которые мне подходили.
Так-то все они на небольшую пати рассчитаны, но заранее извиняюсь — чего нет, того нет. Пойду соло.
Из хорошего — все задания не так далеко, не больше, чем в ста километрах.
Из плохого — количество особей там точно больше одной, а то и как бы не больше десятка.
Нет, это не Пробои. Просто стаи Тварей, которые ушли далеко от аномальных зон и теперь лютуют в окрестностях мелких сельских поселений.
Первыми у меня на очереди оказались псевдоволки. Их, ради красоты иногда называют Снежными Волками, но это уже выдумка меховщиков. Да, мех у них хорош. Как по виду, так и по своим качествам. И, понятное дело, он не дёшев. Так что парням я сразу наказал готовиться к обработке шкур. Учителя я им нанял, а все реагенты они должны будут без меня закупить, из расчёта на четыре Твари. Именно столько было указано в задании Гильдии.
Теперь осталось придумать, как мне правильно разместить Порталы, чтобы не попортить очень ценные шкуры. Решил посоветоваться с Савельичем.
— А ты их на козлёночка возьми, или на барашка. И тот и другой сойдут, лишь бы голосили громко, — посоветовал опытный таёжник.
— Тогда мне твой Орлик нужен, — мотнул я головой, — А может ты и «живца» знаешь, где купить?
Так-то я на мотоцикле планировал поехать, но не с барашком же за плечами… А в пространственный карман живых засовывать нельзя. Там никто не выживает, кроме семян растений.
— Можно и на Орлике. Но тогда одно сердце с волка моё — Стрелке отдам, и ты своей скорми, увидишь, как у них прыти и выносливости добавится.
— Хм, а если самому такое сердце съесть?
— А ты его будешь есть сырым? Учти, там только подсолить слегка можно. И никакой термообработки, иначе весь эффект мимо.
— Могу и съесть, если там паразитов никаких не бывает.
— Сколько ели, никто ничем не заразился, но на вкус говорят, наиотвратное. Не каждый сможет удержаться, чтобы не блевануть.
— Да я, ради роста, хоть слона готов сожрать! — разухарился я в ответ.
— Ну-ну, моё дело предупредить, — хмыкнул Савельич в седые усы, — Но чем быстрей ты его сожрёшь, тем больше пользы.
Выехали. Узнали у деревенских где и что, а потом я подготовил поляну. С деревом посередине, на которое сам взобрался. Порталы натянуты в три ряда, двойными струнами. Голодный годовалый козлёнок верещит на весь лес. Дух сканирует местность, а я держу наготове заклинание невидимости. Мало того, Савельич ещё и обрызгал меня из пульверизатора со всех сторон концентрированным хвойным экстрактом. Так что, пахну я, как ёлка, под которой насрали. В последнем этот козёл виноват. Как только я его к дереву привязал, он начал гадить. Пусть и маленькими порциями, но часто. А с виду он вроде такой небольшой… Но воня-я-я-ет… Одно слово — козёл!
Проблемы доставил только последний из их четвёрки. Он умудрился перемахнуть через все мои ловушки, потеряв всего лишь одну лапу.
— Главное, шкурку не попортить, — повторял я про себя, и может, из-за этого чуть было не пропустил его рывок, в самый последний миг приняв его на Щит.
— Молния! — врезал я ему по башке, пока он не успел придти в себя, — Вот твоё сердце я и сожру, шустрый ты наш.
На словах это оказалось легче, чем в деле. Впечатления… непередаваемые!
Скажу проще — доедая Сердце я плакал. Когда тебя тошнит — слёзы сами по себе ручьём.
Сдержался чудом. Испытание — врагу не пожелаю!
— Если Савельич пошутил про прокачку — убью гада! — мысленно пообещал я, проталкивая в себя последний кусок сердца.
Чтобы отдышаться мне потребовалось четверть часа и одно Малое заклинание Исцеления.
— Поехали старосту будить. Волки — всё, готовы, — холодно известил я своего водителя.
— Никак Сердце съел? — участливо поинтересовался Савельич.
