Чернокнижник из детдома 2 (СИ) - Богдашов Сергей Александрович

— Если это была шутка…

— Ты чо, паря! Такими вещами не шутят! Два — три дня и сам всё поймёшь! А если мы собакам Сердца дадим, то они у нас будут всем на зависть!

Хм. Ну да. Так-то я ещё и собаку прокачиваю. По моим прошлым знаниям — полный бред, а здесь такое видимо работает. Опять же, у меня до этого собак никогда не было, а зря.

Что могу сказать. Съеденное Сердце работало, ещё целых два дня. Внезапные позывы в туалет, «по большому», и приступы тошноты тому свидетели. Кстати, Белка такими изысками не страдала. Схомячила сердечко примерно за полторы минуты и лишь потом взглянула на меня, интересуясь добавкой.

— Похоже, вам волки более сродни, чем мне, — придумал я для себя оправдание.

Такое себе, если честно, но лучшего мне на ум не пришло.

На третий день, когда я уже почти пришёл в себя, у меня возникла дилемма: кого первыми гасить?

Или стаю ночных вампиров-кровососов, или трио лосей.

Как я уже говорил, со стайными целями у меня есть некоторые проблемы. По сути, работая с ними, я предпочитаю активную защиту. Вроде того же Огненного Щита, а атакую их или Цепной Молнией, или Огненной стеной. Впрочем, половина успевает самоубиться, врезаясь в Щит, но с лосями это может не сработать.

Ладно, начну с вампиров. Это всего лишь летучие лисы — мутанты.

Из приятного. Задание я закрыл. Из не очень приятного — они сумели меня зацепить, и не один раз.

Как⁈

Вроде бы вполне справедливый вопрос. По крайней мере — для моего мира. Но их оказалось много и они умели моментально менять направление полёта. Кто видел полёты летучих мышей, тот меня легко поймёт. В итоге каким-то образом сумели пробить мою защиту и располосовали плечо и руку. Как так вышло…

Объяснить пока не готов, но три Камня с них добыл, пусть и мелких. На своё восстановление пришлось потратить Среднее Исцеление. В итоге выложился по мане почти под ноль, но надеюсь — оно того стоило.

Про третье задание, с двумя лосями, долго рассказывать не стану. По факту — они меня унизили поначалу. Оказались слишком непредсказуемы для прямых атак файерболами, от которых мастерски уворачивались, пытаясь в свою очередь атаковать мои иллюзии. Так себе вышло противостояние, если честно. Мне даже было жалко убивать этих животных, пусть и мутантов.

Однако лось — мутант, как оказалось — это не только грозный противник. Они довольно умны. По крайней мере мою шутку с иллюзиями раскусили после пары неудачных атак и, прянув ушами, понеслись на звук. Но нарвались на мои мини-порталы и лишились ног. Так что туши мне достались частично разделанными, а там и в приюте резко увеличились запасы мяса.

После удачного апробирования идеи с распылителями маны я не стал ничего менять. Магический фон в центральном здании ровный, и по сути, не превышает по своему уровню тех значений, которые бывают в усадьбах аристократов, построенных на Источнике Силы. Это было важно — чтобы наши внезапные «таланты» не выглядели искусственной аномалией. Всё должно было казаться естественным стечением обстоятельств. Удачным местом, хорошей генетикой, усиленной питанием. И главное — системными занятиями.

Именно занятия стали ключом к камуфляжу и развитию. Два вечера в неделю я отводил под «спецкурс» для наших новоиспечённых одарённых. Не в подвале, а в обычном классе после уроков — это было частью легенды о «профориентации». На столе стояли не кристаллы и артефакты, а… обычные предметы. Кубок с водой. Кучка скрепок. Лист бумаги. И пара живых цветков в горшках.

Четырнадцать пар глаз смотрели на меня с трудно скрываемым волнением. Катя сидела в первом ряду, её пальцы нервно перебирали чёрный пластиковый браслет на запястье. Тамара — напротив, спокойная и собранная, вела конспект в тетради по биологии.

— Первое и последнее правило, которое вы выучите сегодня, — начал я, не повышая голоса, — Это контроль. Вы не дети, у которых внезапно открылась суперсила. Вы — ремесленники, которым выдали необычный, хрупкий и опасный инструмент. И ваша задача — не махать им как дубиной, а научиться им пользоваться. Сначала для мелких дел.

Я указал на кубок с водой.

— Ваша первая задача — почувствовать воду. Не двигать её, не замораживать. Просто почувствовать её энергию, её «холод» и «текучесть». Разделите внимание. Половина — на воду. Половина — на своё дыхание. Вдох — чувствуете воду. Выдох — отпускаете ощущение. Кто начнёт её шевелить или охлаждать — получит дополнительное задание мыть полы в коридорах во всём корпусе. Магией. Без рук.

В классе повисла сосредоточенная тишина. Кто-то зажмурился, кто-то уставился на кубок, пытаясь «увидеть» энергию. Это было самое начало — развитие базовой чувствительности. Без неё любое заклинание было слепым выстрелом.

Через двадцать минут я дал следующее задание.

— Теперь — скрепки. Ваша задача — не поднять их, а просто… прикоснуться к ним своим полем. Ощутить их металлическую структуру. Представить, как ваша энергия обволакивает каждую, как паутина. Аккуратно. Если скрепки слипнутся или начнут двигаться — вы приложили слишком много силы. Останавливаетесь, дышите, начинаете снова.

Это был урок тонкой работы. Магия в моём мире часто была грубой силой. Здесь, в условиях нехватки ресурсов и необходимости скрытности, тонкость была важнее мощи. Умение вплести свою волю в структуру предмета, не ломая его. Идеальная тренировка для будущих артефакторов и лекарей.

Через час, когда у большинства глаза начали слипаться от умственного напряжения, я дал финальное, практическое задание.

— Цветки. У одного из них начал вянуть лист. Ваша задача — не «исцелить» его мощным импульсом. Ваша задача — поддержать его. Пробуйте по очереди. Нужно направить крошечный, едва заметный поток энергии в самую слабую точку, чтобы помочь растению справиться самому. Как капельница. Если цветок завянет сильнее или, не дай Бог, расцветёт за секунду — вы его убили своей «помощью». Тонкость. Контроль.

Именно на этом задании провалились первыми самые горячие — парни, которые рвались к «настоящему» делу. Их порывистая энергия либо проходила мимо, либо била по цветку как молоток. Тамара и Катя справились лучше всех. У Тамары — за счёт дисциплины и методичности. У Кати — из-за её странной, интуитивной связи с живым. Её цветок даже не шелохнулся, но увядший лист будто бы стал чуть плотнее, прожилки на нём проступили чётче.

— Хорошо, — сказал я, когда время вышло. — Записывайте домашнее задание. До следующего занятия — ежедневно по полчаса. Пять минут — на воду, десять — на скрепки, пятнадцать — на любой живой цветок или комнатное растение. Вести дневник наблюдений: что чувствовали, где ошибались. Цель — не сила, а стабильность и постоянство ощущений. Те, у кого не будет прогресса в контроле, на следующий курс по практическому применению не допускаются. Всё, свободны.

Они выходили притихшие, но с горящими глазами. Их мир уже никогда не будет прежним. Они коснулись тайны. И я дал им не силу, а инструменты, чтобы эту тайну исследовать, не сломав себя и всё вокруг.

Когда класс опустел, ко мне подошла Тамара.

— Санчес… а когда будет «практическое применение»? — спросила она тихо.

— Когда вы все научитесь зажигать одну спичку своим полем, не поджигая всю коробку, — ответил я. — И когда никто из вас не будет бояться, что эта спичка вырвется у него из-под контроля и спалит дом. Терпение, Тамарик. Фундамент должен быть крепким. Иначе всё, что мы построим, рухнет при первом же серьёзном ветре. А ветер, поверь мне, будет.

Она кивнула, поняв. И в её глазах я видел не разочарование, а твёрдую решимость. Она верит в меня и безоговорочно приняла правила игры. А значит, могла стать не просто ученицей, а опорой.

Пока мои юные маги постигали азы контроля, я вернулся к своим «взрослым» проектам. Рейтинг в гильдии неуклонно рос. Закрытые мной Пробои и задания приносили не только очки, но и ценные трофеи, и главное — практический опыт. Каждая схватка учила меня чему-то новому о магии этого мира, о её причудах и ограничениях.