Похоже, мои слова о скромности произвели слишком сильное впечатление. Ребята ударились в другую крайность.
— Погоди-ка, — вдруг насторожился я, вслушиваясь в общий гул. — Что ты только что сказал, Мутуа?
— М-миротворцы? — пробормотал он робко, оглядываясь по сторонам. Даже во тьме было видно, как на его щеках проявился румянец, что крайне странно для его происхождения.
Трюм замер. Потом кто-то фыркнул. Потом ещё. И понеслось — бойцы заржали как кони. Ещё бы! Представьте себе разбойников, убийц-маньяков и лиходеев под именем «Миротворцы».
Это же… гениально!
— Решено! Отныне мы — Миротворцы! Будем нести мир огнём и мечом! — голос мой зазвучал торжественно, без намёков на шутки. — Будем отправлять в райские кущи всех, кто встанет на пути Миротворцев!
ДА-А-А-А!
Стая взорвалась рычанием, потрясая кулаками. Трюм содрогнулся не от ударов волн, а от воя. Ох и любят же пошуметь!
После битвы с пиратами мой авторитет в их глазах взлетел до небес. Это они ещё не видели, как мы с Драксусом умеем танцевать.
— Хе, по такому случаю грех не накатить! — ухмыльнулся Янис. — Бутыль в круг, братва! И-ик! Где ваши стаканы́?
Он нырнул в рюкзак, извлекая очередную порцию огненной воды. В его шальных глазах плясали отблески лампад и детская радость.
Шхуна снова содрогнулась от удара волны, но теперь это не пугало. У нас было имя. У нас была цель!
В образовавшийся круг вошли освобождённые кайты. Шли они как-то дико — на каждый шаг приседали и разводили руки в стороны, словно птицы, готовящиеся взлететь. Видел я подобное и раньше, но чтобы в движении, да ещё в качающемся трюме…
Но выглядело забавно.
— А можно и нам по чарке, да? — спросил первый кайт, его глаза жадно следили за бутылкой в руках Яниса.
— Тоже хотим быть Миротворцами, возьмёте, пожалуйста? — второй говорил с такой надеждой в голосе, что даже жалко стало.
Быстро оценил их данные. Девятнадцатый и двадцать пятый уровень. По классам личности — «Телохранитель» и «Вор». В принципе, их навыки могут пригодиться: один прикроет спину, другой сможет достать что-то нужное, если это будет уместно.
Но меня терзали сомнения. Кайты — народ своевольный, гордый. На Новой Земле ведут себя как короли, хотя по факту — всего лишь гости. Дисциплина у них хромает на обе ноги. А что, если поднимут бунт?
С другой стороны… Вдвоём против наших волков много не навоюют. Старожилы быстро объяснят новичкам, где их место и как себя вести. А лишние мечи никогда не помешают.
— Берем, — решил я, окидывая их холодным взглядом. — Первое время будете простыми матросами. Драить палубы, таскать канаты, выполнять любые приказы без лишних вопросов. Если докажете свою верность и покажете зубы в бою — войдёте в абордажную команду.
Их лица расцвели в улыбке.
— Эстебан позже объяснит все правила.
Едва слова сорвались с губ, как судно тряхнуло с такой силой, что показалось — мир перевернулся. Внутри живота всё сжалось и перекрутилось, словно на аттракционе, когда кабину срывает с высоты и швыряет вниз.
От страшного крена вся утварь сорвалась с мест. Ящики с провизией, бочки с водой, личные пожитки экипажа — всё полетело с одной стороны трюма на другую. Грохот стоял такой, что уши закладывало.
Кто-то не успел среагировать и с размаху впечатался в борт. Послышался глухой удар и болезненный стон. Один из кайтов кубарем покатился по полу, сшибая всё на своём пути.
Я же успел среагировать. Рука метнулась к верёвке гамака и вцепилась как следует. К удивлению, нить выдержала мой вес, хотя натянулась как тетива.
В полумраке трюма слышались проклятия и скрежет досок. Кто-то матерно ругался. Кто-то кряхтел, выбираясь из-под упавших ящиков.
Но шхуна выровнялась. Медленно вернулась в более-менее горизонтальное положение.
Не теряя ни секунды, рванул наверх. Захотелось проверить, как там Эстебан справляется. Едва голова показалась из люка, как дыхание перехватило.
Святая Дева! Прямо по курсу на нас катилась стена воды — метров шесть, а то и все семь высотой. В два раза выше уровня палубы!
Нос судна медленно приподнялся, а потом резко нырнул вниз, проваливаясь в пропасть между волнами. Желудок едва не лишился содержимого. В довершение — меня окатило морской водой.
В свете молний, что мелькали в небе каждую секунду, я разглядел силуэт Эстебана. Он держался за штурвал обеими руками. Ноги оторвались от поверхности, тело болталось на руках, как флаг на ветру. Ещё мгновение — и смоет за борт.
Как только рулевое колесо выдерживает такую нагрузку? Ответ пришёл сразу — древесина живоглота. Какой крепкий материал!
Следующая серия волн была поменьше — всего пару метров. Я рванул к корме, цепляясь за всё, что попадалось под руку. Скользкие доски, мокрые канаты, железные скобы — всё шло в ход. Главное — не дать стихии швырнуть себя в пучину.
— Спускайся в трюм, амиго! — заорал я. — У меня масса тела побольше, меня не так легко смыть! Быстро! Это приказ!
Эстебан метнул на меня взгляд — в его глазах читалась благодарность и усталость.
Не дожидаясь, пока он отойдёт, я обмотал пояс толстым канатом и закрепил его на рулевой стойке.
Взял штурвал в руки и сразу понял — Эстебан совершал ошибку. Он направлял нос строго перпендикулярно волне, лоб в лоб. Это, конечно, лучше, чем плыть горизонтально, когда судно может с лёгкостью перевернуться.
Осторожно изменил курс. Теперь мы входили в волну под небольшим углом — примерно в тридцать градусов. Шхуна начала резать воду, а не биться об неё грудью. Сразу стало легче дышать.
Сейчас ещё только вечер. А что же будет ночью?
Утешало одно — до бухты Надежды рукой подать. Ещё немного, ещё чуть-чуть продержаться…
* * *
Шторм помотал нас знатно — особенно меня. Тело превратилось в сплошной синяк.
Корабль тоже пострадал основательно. Парусину на фок-мачте разорвало. Теперь она висела жалкими лохмотьями. Несколько досок на палубе треснули, пару снастей оборвалась напрочь. А ещё одна девятифунтовая пушка проломила перила и канула в бездну.
Но мы выжили. Это главное.
Стоило приблизиться к бухте, как морская тряска странным образом закончилась. Удивительно — шторм обходил акваторию острова стороной, как было описано в глифе о циклах Вортаны. Саму её, кстати, не было видно, ведь небо затянули плотные чёрные тучи, из которых хлестал дождь такой силы, что на мощёных дорогах вода покрывала голени.
Уставшие и промокшие насквозь, но невероятно довольные, мы вернулись в дом. Часть команды тут же переоделась в сухое и рухнула спать. Другие, несмотря на усталость и ливень, потянулись в таверны. Наверняка хотели спустить пар или похвастаться подвигами перед местными девчонками.
Я же ограничился лёгким перекусом и присоединился к первой группе. Кровать казалась самым желанным местом во всём мире.
Утро встретило нас пасмурным небом, но, к удивлению, никаких следов вчерашнего кошмара не осталось. Словно и не было той дьявольской бури, что чуть не отправила нас на дно.
За завтраком объявил команде выходной. После насыщенных дней всем требовался полноценный отдых. Люди должны восстановить силы, залечить раны, привести в порядок нервы.
Исключение составил Давид. Я попросил его разобраться с захваченной добычей и честно распределить доли. Передал квартирмейстеру голову пиратского капитана Крубера Щёлка. Незаметно, под столом, чтобы не портить аппетит, хотя пахнуло весьма-таки мерзко.
Ещё поставил задачу паре грызлингов. Хрум в компании молчаливого друга отправится с Крисом Якобсом на главный остров хомяков с дипломатической миссией. Они решили не брать с собой Жекаруфларда, дабы не позориться. Последний и сам не горел желанием расставаться с братвой, к которой уже прикипел. К тому же племя грызлингов при встрече как следует бы отхлестало молодого и бедового паренька, нарушившего традиции.
Несмотря на выходной, я не собирался тратить драгоценное время впустую. Слишком много планов требовало воплощения.
