– Сегодня твой день, Перуо! – сообщил Эрин, вытягивая вперёд руку, на которой, измазанный рвотой и слюнями, блестел снежно-белый кругляш. – Мне нужно снаряжение, одежда, карты, расписание караванов и новости из объединения Фиргало. Особенно те, которые касаются осколка Лёдное… А если ко всему этому приложится парикмахер, запас провизии и просто вкусная еда, то сдачи не надо!
Перуо, ещё не веря своим глазам, протянул руку к белому кругляшу. И осторожно взял его, тщательно осматривая со всех сторон.
Ошибки быть не могло. Это оказалась самая настоящая, воплощённая в реальности, системная монета. Надо было только проверить её на гибкость и упругость. И если первое легко совершалось пальцами…
Впрочем, Перуо не стал сильно брезговать: протёр монету и проверил её на зуб. Нет! Это определённо был невероятный и неповторимый Снег Упорядоченного: внесистемный и, в принципе, неуничтожимый. А значит, и монета была определённо настоящей.
К тому же, Эрин сын Ванна наблюдал за его манипуляциями совершенно спокойно. И такое его поведение как бы подсказывало: он полностью уверен в той валюте, которую предлагает торговцу.
И всё же Перуо на миг засомневался: а стоит ли игра свеч? А потом обернулся, взглянув на свой захудалый магазинчик… И решительно спрятал монету в скрытое хранилище.
– Всё самое лучшее, соро Эрин! Снаряжение, оружие, карты и припасы. И, само собой, парикмахер и еда за счёт заведения! – улыбнулся Перуо своей самой доброжелательной улыбкой. – Вы не пожалеете! С возвращением из Марева! И добро пожаловать в Упорядоченное!
Осколок Туон был дырой. Правда, дырой более или менее обжитой. Моложе него в объединении Фиргало было только Лёдное, но совсем недавно оно пало жертвой вторжения Хаоса. Правда, в кабаке, где, натянув на лицо капюшон, рыцарь Мих пытался напиться, об этом никто ещё не знал…
Конечно, прибытие горстки людей не осталось незамеченным в Туоне. Однако пока ещё власть Миха худо-бедно затыкала рты бывшим обитателям Лёдного. Впрочем, очень скоро они и сами поймут, что обратного пути уже не будет. Поймут – и сдадут властям своего неудачливого правителя…
И вот тогда… Что будет тогда, рыцарь Мих и думать не хотел. Это был позор, катастрофа и серьёзная угроза его жизни – причём в одном флаконе. Он прекрасно понимал, что подобный провал ему никогда не простят. И дело было даже не в том, что его накрыло ужасающим штрафом от Упорядоченного…
Ни в Фиргало, ни в окрестных объединениях ему теперь было нечего делать. Дурная слава о неудачливом рыцаре разойдётся, как лесной пожар во время засухи. И тогда плакали планы и мечты о безбедном будущем…
А Миша очень хотел безбедное будущее. Он родился на излёте СССР, в обычной советской семье рабочего и учительницы. До восьмого класса вокруг ещё сохранялось подобие порядка. А потом рухнул Советский Союз. Вслед за ним обрушилась экономика, а затем – и благосостояние обычной ячейки общества, в которой несчастного Мишу угораздило родиться.
Отец запил, не просыхая. А мать едва зарабатывала на китайский ширпотреб, который невозможно было носить, и на простую еду, которая имела вкус картона и дерьма. А дальше для Михаила всё пошло по накатанной – попытки прибиться к крутой компании, подвальное помещение с матами и занятиями борьбой, обдирание одноклассников побогаче, уличный разбой, грабежи, разборки…
Двадцать четыре года по совокупности ему впаяли, уроды! А ведь ему ещё и двадцати двух не исполнилось… Ему предстояло сидеть больше, чем он прожил на этом свете. Как же Миша был расстроен! Как он был зол! Как молил всех богов о том, чтобы ему дали ещё один шанс!..
И кто-то услышал его мольбы. Кто-то дал ему второй шанс. Автобус с заключёнными провалился в Упорядоченное. Ещё несколько суток охрана отбивалась от порождений Хаоса, приходивших по ночам. Пока патроны не закончились. А потом… Кровавый бунт, убийство охранников – и бегство.
Миша быстро нашёл свой путь. И вскоре стал Михом. Ему так хотелось реализовать свой второй шанс, что он очень-очень спешил. И каждый день заставлял себя сделать что-то, что станет основой его будущего благополучия. Мих скакал по статусам, как горный козёл, надеясь когда-нибудь потом наверстать недополученные навыки и умения…
Стать правителем целого осколка – это был апогей его устремлений. И, кстати, теперь наконец-то можно было заняться собственным развитием… Ну кто же знал, что всего через десять лет именно неполученные навыки и умения станут причиной, по которой Хаос захлестнёт его владения?! Лёдное пало за несколько часов. И спустя ещё несколько часов рыцарь оказался в этом кабаке…
– Слышал о твоих затруднениях, бро! – человек, подсевший за столик, показался Миху не тем, с кем ему хотелось бы сейчас общаться.
На торчков Мих в своё время насмотрелся. И этот ничем от них не отличался. Во всяком случае, на первый взгляд.
– Свалил, дуремар! – посоветовал торчку Мих.
А тот в ответ лишь покачал головой, и рыцарь вдруг понял, что не может дышать. Это было так странно и невероятно, что он даже забыл попытаться закричать…
– Слушай сюда, рыцарь, ля! – сказал торчок голосом, не терпящим возражений. – Ты хочешь снова получить какое-нибудь типа владение? Хочешь жить и не тужить, придурок?
Мих поспешно кивнул, чувствуя, как в его лёгких вот-вот закончится воздух. И вытаращив глаза от предчувствия очень-очень близкой смерти.
– Тогда покладисто улыбнулся мне, как старому приятелю… И давай слушай! – проговорил странный торчок, а Мих с хрипом вздохнул воздух, не забывая при этом дружелюбно лыбиться.
Кем-кем, а дураком он не был никогда…
Туманные дороги заканчивались здесь. Странное облако крутилось в сером вихре, полностью закрывая дальнейший проход. Хан, тем не менее, уверенно привёл группу беженцев именно сюда. И Мих нутром чувствовал, что торчок их не обманул.
– Это точно тут? – неуверенно спросил один из ополченцев.
– Да! – Хан обернулся и недовольно уставился на парня. – Это тут. А если кто-то засомневается ещё раз… Отправлю в Хаос воробушком полетать!
– И ты сможешь открыть нам туда проход? – спросил Мих, останавливаясь рядом с Ханом.
– Не просто смогу, но открою, – ответил тот. – Только не вам! А им. А ты пойдёшь со мной.
– Но ты обещал мне узел!.. – возразил Мих.
– На кой ляд ты мне сдался там с горсткой мудаков, бро? – удивился Хан. – Ты, сука, пока не соберёшь побольше тех, кому удалось вырваться, можешь даже не соваться сюда!
– И как я их соберу? – возмутился Мих. – Уходили-то все в панике…
– Они, короче, застряли на Туманных Дорогах! – уверенно заявил Хан. – Застряли, потому что должны были сразу попасть на этот узел. Но какой-то урод пробил мою ловушку и выпустил всю эту кучу народу блуждать тут… В общем, пока хотя бы тысячу человек не соберём, ты сюда не вернёшься, рыцарь! Понял меня, придурок?
– Да, – хмуро кивнул Мих, не решаясь спорить со здешним богом.
Хотя ему было ужас как неприятно общество этого торчка… Хан был его полной противоположностью во всём. Ребёнок из обеспеченной семьи, скучающий, подсевший на лёгкие наркотики – и так и не слезший с этой дури в Упорядоченном. Этому Хану всё давалось очень легко. В том числе, и божественный статус.
Это вызывало у Миха страшные приступы зависти и душевной боли. Особенно в свете того факта, что он меньше суток назад потерял Лёдное… Однако то, что обещал Хан, сулило гораздо больше выгоды для него, чем задристанный холодный осколок на краю Упорядоченного.
Пока рыцарь рефлексировал, Хан поднял руку, направив её на вихрь. И тот начал закручиваться новой воронкой, образуя длинный туннель. На том конце туннеля действительно виднелся узел. Большой такой узел. И в его центре, как и обещал Мих, находилась гора с какой-то каменной таблеткой наверху.
А по краям «таблетки» светились знаки Порядка. Не один знак, а все знаки. Что Хана явно удивило, и он ещё минуту всматривался в появившееся изображение, которое всё удалялось и удалялось по мере роста коридора.
