Я вновь остался один на один с мрачным пейзажем умирающего мира. Воздух пах железом и химией. Практически никакой растительности, лишь сухостой и слякоть.
— Серость взаперти серая на слух… — вспомнил я строчку из любимой песни Тани.
Хотелось взять с собой сувенир отсюда, но до города было идти далеко и опасно. Стоит ли? Ближайший человек, толстая бабка в респираторе, с тяжёлой клетчатой сумкой застыла спешащей неизвестно куда. Интересно, а что если попробовать вынести её ящиком? Так-то люди сразу превращаются в дымку при пересечении границы…
Кстати, а ведь действительно, такой же эффект был, когда дымка настигла человека, когда я общался с Миртом. Выходит, это работает в две стороны? Это казалось странным, будто так нарушается какая-то выстроенная в голове логика, но думать об этом будем потом.
Итак, идти мне вниз или не идти? Понятно, что бабку я в ящик никак не засуну. Но на ребёнка лет двух-трёх, если тот свернётся обняв колени, может быть места и хватит.
Я взмахнул Геранием. Клинок на этой стороне ничуть не изменился. Уже хорошо. Затем попробовал с фокусировкой срезать пучок сухой травы. И здесь меня уже ждал облом — никакой фокусировки.
Не, нафиг-нафиг, я туда ни ногой, — решил я и развернулся обратно.
В голове заметались глупые мысли в духе «а что, если я не найду путь назад?». Но я их гнал прочь, сосредоточившись на физических действиях. Шагнул в туман и ощутил себя один посреди пустоты.
— Аэа? — позвал я духа, но она не отвечала.
Почему на меня накатывает паника на ровном месте? Это вообще, мои чувства или воздействие?
Нервно оглянулся.
Никого.
Повернулся назад.
Ощутил дуновение ветра и услышал низкое рычание. Тяжёлые шаги, причём откуда доносится звук я не мог уловить. Будто отовсюду одновременно.
Сжал клинок так, что побелели костяшки. Собрал всю волю в кулак. Невзирая на страх, продолжил идти вперёд. В окружении тумана, без единого ориентира я легко могу заблудиться, если собьюсь с пути. Зачем я вообще сюда сунулся, не подумав о том, что могу банально не найти дорогу обратно?
Снова панические мысли, которые я уже с большим трудом подавил и бросился бежать вперёд. В том направлении, которое считал правильным.
И почти сразу же едва не врезался во взявшуюся словно из ниоткуда тварь.
Видимо инстинкты я всё же начал нарабатывать, потому как сумел уклониться от когтистой лапы. Фокусировка всё ещё не работала. Сердце бешено колотилось.
Монстр шагнул ко мне, и я ударил его клинком. Гераний высек искру и отклонился в сторону с жалобным звоном.
Чего?
Клинок впервые не справился с чем-то.
Монстр наклонил голову. Я увидел как напряглись его нечеловеческие ноги, будто лапы у ящера и понял, что сейчас будет рывок вперёд. Потому изо всех сил бросился в сторону и сумел спасти свою жизнь.
Пробежав мимо меня, монстр остановился и развернулся. Снова приготовился к рывку, а я что есть сил побежал вперёд, молясь, чтобы направление оказалось верным. А когда услышал за спиной быстрые шаги — резко отскочил в сторону.
Тварь мелькнула у меня за спиной. Я почувствовал, как меня нагоняет поднятая им волна ветра. И ускорился — так, как никогда в жизни не бежал.
К счастью, я не сбился с курса. Когда за спиной снова послышались шаги, я отскочил в сторону, неудачно зацепился за корягу и повалился на асфальт.
Ладонь левой руки оказалась счёсана до крови при попытке замедлить падение и не вписаться в асфальт мордой. Только тогда ощутил, что фокусировка снова работает, увидел летевшего на меня в прыжке монстра и перекатился в сторону, через дорогу. Ящик полетел куда-то в кустарник у обочины.
Поняв, что нахожусь уже в пределах Города, я вздохнул с облегчением. Липкое холодное чувство страха, которое крепко держало меня за горло, тут же исчезло, как та чёрная дымка.
Но не исчезло чудовище.
Монстр тоже прекрасно себя чувствовал в Городе и не останавливал свою охоту. Он вновь ринулся на меня. На этот раз уклониться было намного легче и даже нанести ему в процессе лёгкую рану. Клинок мог ранить врага, но всё равно очень слабо. Будто плоть монстра сопротивлялась не хуже доспехов.
Выиграв ещё несколько секунд, развернулся и побежал кооперативу, по пути хватая за лямку ящик.
Благодаря фокусировке легко взбежал на забор и швырнул свою ношу подальше в огород, чтобы нинароком не сломать. Артефакту и так в этом забеге досталось.
Монстр, бегущий следом, ринулся за мной, но не наверх, а пробил телом металлическую сетку. Только обрывки красного балахона так и остались висеть на ней. Меня он будто на время потерял из поля зрения. И я спрыгнул вниз ему на голову, надеясь как в играх пробить ему черепушку в прыжке.
Но он оказался умнее, в последний момент шагнул назад и резко ударил когтями в область живота.
В прыжке пользователи фокусировки наиболее уязвимы. Всё что я мог сделать — это прикрыться клинком, так чтобы удар пришёлся по нему.
Меня отбросило, и я проехался спиной по грядке картошки.
Чтобы выиграть время, выпустил огненную стрелу, но та не только не замедлила врага, но даже наоборот — пламенная вспышка впиталась в него и в глазах мелькнули огненные языки.
Я понял, что радовался слишком преждевременно, и этот бой возможно будет самым сложным из тех, что мне выпадали в последнее время. Ещё и Красноглазки с её читерным бафом у меня нет.
Да что там, я вообще ничего особого с собой сюда не брал.
Монстра отвлёк зонт, появившийся откуда-то сбоку. Два алых пятна встретились. Чудовище в красном балахоне отшвырнуло артефакт прочь и хотело добить, но тут уже подоспел я и попытался всадить Гераний ему в бок.
Клинок снова задел врага, но не глубоко, будто всё тело чудовища было слишком плотным, чтобы пропускать через себя отточенный кусок металла. Фокусировка позволила увидеть, что и первая оставленная мной рана не затянулась. Регенерации у чудовища не было. По крайней мере, не мгновенная. И это было единственным моим шансом.
Я не мог нанести ему по-настоящему серьёзную рану. Но возможно есть шанс сделать множество мелких, чтобы тварь истекла кровью.
Так я и решил поступить.
Бой на грядке с картошкой продолжился.
Усиленная акцессией фокусировка позволяла мне быть на шаг быстрее чудовища. Но и оно не сильно отставало, так что приходилось следить за каждым своим действием и наблюдать за противником.
В обычной ситуации нетренированный человек без внушительного боевого опыта и специальной подготовки едва ли смог бы сражаться так. Чтобы понять действия врага, я отслеживал положение его ног и вовремя уходил от внезапных рывков. Если не заметить вовремя, уже в самом рывке, фокусировки было недостаточно — тело физически не могло двигаться быстрее.
Но сейчас на кону была если не моя жизнь в целом, то как минимум шесть лет жизни в раю.
Несколько раз оно порывалось использовать магические способности. Я разок попробовал огреть его через знак «кир», но он впитал и эту способность, а потом огрел ею меня самого.
Случилось это так внезапно, что я не успел среагировать и понял что произошло уже в полёте. Но фокусировка позволила сгруппироваться и отскочить с траектории несущейся туши.
Бой начинал затягиваться. Часов здесь не было, но по ощущениям прошло уже пол часа. Я не смог нанести ему ни одной серьёзной раны, но мелкие уже начинали делать врага мокрым от множества кровотечений. Мокрым становился и я, правда больше не от порезов. Тело ныло, не привыкшее к таким длительным нагрузкам.
Я отчётливо осознал, что акцессия бустит не только фокусировку — я был на пять пунктов сильнее, ловчее и возможно даже соображал лучше. Навык старался как мог. Должно быть и с параметрами самого монстра тоже игрался.
Через час я осознал, насколько способность Красноглазки по-настоящему крута, и как мне с ней повезло. Только благодаря ей я ещё тащил этот бой. Ну и фокусировке, конечно. Из неё я вообще не выходил.
