Направо от Юпитера (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич

Новый день начался как обычно. Накануне они с Иваном никуда не ходили. Не то чтобы не собирались, просто очередная мелкая авария в растительном цехе случилась перед самым отбоем. Макс оказался среди тех, кого направили на её устранение, так что они до глубокой ночи возились с очередным сошедшим с ума биостанком, который отчего-то решил, что корпуса новых истребителей должны быть втрое меньшего размера, и их должно быть вдесятеро больше, чем обычно. Провозились до самой ночи, вместе с инженером из атлантов. Тот, к слову, был не менее усталым, чем земляне, и оттого злым, как сто чертей.

В свою комнату Макс вернулся за три часа до побудки, и сейчас мерзкий писк будильника на браслете вызывал только одно желание — расколотить эту адскую штуковину на мелкие кусочки, а потом оставшееся растереть в пыль.

Макс постоял под душем — он его давно починил, но даже прохладная вода не смогла придать бодрости.

— Кофе хочу, — сообщил Ермаков. — Горячий, чёрный кофе с сахаром. И чтобы минералкой запивать. Холодной. И домой хочу, на Землю, к людям. Надоели эти нейроумки, и атланты надоели. Пошли они к чёрту, уроды.

Примерно этими словами он приветствовал каждый день. О кофе оставалось только мечтать, нейроумки тоже никуда деваться не собирались. Ну, почти все. За месяц погибли ещё двое. Оба раза несчастные случаи. Макс этого не видел, был на других работах.

Сегодня нужно было опять идти на седьмой этаж, помогать тому инженеру. Максу его даже жалко немного было. Атлант за прошедшую ночь научился русскому мату, и к концу работы уже разговаривал почти исключительно на нём. Не то чтобы он из-за этого стал относиться к землянам с меньшим презрением, но в глазах иногда проскакивало одобрение — за счёт перехода на «профессиональный язык» скорость работы выросла чуть ли не вдвое.

Пока Макс залипал в потолок в душе, появился Иван — такой же усталый и недовольный. Молча дождался, пока Макс натянет спецовку, побрёл вместе с напарником в столовую. И опять отвратная каша, которую Макс закидывал в желудок, как уголь в топку — без удовольствия, и радости.

«Может, самогона сварить? — размышлял Ермаков, поглощая сероватые комки. — Сварганить аппарат, это несложно. Натырить побольше той хурмы у атлантов, или как этот фрукт называется? Сахара в ней, вроде, много, должна хорошо забродить. Только зачем? Не хватало ещё спиться. Или типа по приколу? Напоить нейроумков, устроить диверсию? Чтобы что?»

Так же, как и остальные, они сдали посуду и побрели к лифтам. Но не дошли, потому что по станции разнёсся противный визг сирены, который тут же продублировался на личных браслетах. И у Макса — тоже.

— Да ладно, это даже уже не смешно. Надеюсь, в этот раз эта долбаная станция рухнет в тартарары, — вяло простонал Макс. — Ну или хотя бы на Юпитер.

— Максим! В этот раз что-то другое! — Удивлённо воскликнул Иван. — От нас требуют идти на четвёртый этаж, в ангар!

Это было необычно. В ангар, к кораблям, их до сих пор не допускали — там, в общем-то, нечему было ломаться. В душе шевельнулся интерес.

Он так и гадал, что же там могло случиться, но реальность оказалась интереснее любых предположений. В ангаре их уже ждал инструктор. Он оглядел жиденький строй из семи нейроумков и Макса с Иваном. Все — новички из последней партии.

— Среди нас оказался преступник, который предал великую Атлантиду и своих товарищей. Злоумышленник украл корабль и пытается сбежать. Наша задача — найти его и захватить. Предатель очень опасен — это опытный пилот, который прошёл не одно сражение. Наша задача догнать его и доставить обратно на станцию. Убивать нельзя — он ещё пригодится Великой Атлантиде. Вы — самые перспективные из будущих пилотов. Несмотря на то, что вы не до конца прошли тренировки и вам ещё рано выполнять такие задачи, под моим руководством вы справитесь. А теперь — по машинам.

Макс чувствовал, что по мере объяснений у него глаза на лоб лезут от изумления. Даже сонливость и вечная усталость отступили — в кои-то веки что-то новое и интересное! Он переглянулся с Иваном — у того в глазах тоже горело угасшее было любопытство.

— Вань, сильно не высовываемся. Как бы не подстрелили, — на ходу бросил он товарищу. Не хватало ещё из-за азарта подставиться.

Настоящий истребитель чем-то неуловимо отличался от имитатора. Или это Максиму так казалось.

«Как велосипед от лошади, — размышлял Ермаков. — Кажется, что он даже дрожит в предвкушении полёта! Прям как я».

Ворота ангара начали раздвигаться ещё до того, как на лицо опустилась маска, так что, когда Макс увидел мир глазами машины, всё уже было готово к вылету. Он плавно шевельнул руками, машина стремительно проскользнула между створок.

«О да, это гораздо круче!»

Он впервые увидел станцию со стороны. Забавная конструкция. Чем-то похожа на сапог, повёрнутый голенищем к планете. Вместо носка — широкие прозрачные стёкла. Голенище опускается вниз, почти касаясь бурлящей атмосферы планеты. Орбита очень низкая, ниже любых естественных спутников. Да и не вращается станция, держится всегда с одной стороны по отношению к Солнцу, так что планета под ней постепенно проворачивается. Юпитер — планета жидкая, закрепляться на ней для того, чтобы выкачивать ресурсы не требуется.

«Любуешься, дебил? Радуешься, что тебе дали поиграться с игрушечкой? А может, подумать немного? У тебя истребитель!»

До Макса только теперь дошло. Ему дали космический корабль. Свобода!

«Так. Если сейчас нырнуть в атмосферу и обойти планету… Надо только, чтобы Ваня не подвёл. И остальные… хотя они не решатся».

Мысли метались, как бешеные. А инструктор между тем говорил:

— Предатель сумел отключить ограничители. Корвет не должен был удаляться от станции дальше определённого радиуса. Но во время патрулирования пилот ушёл с маршрута, и ограничения не сработали. Скорее всего, сейчас он летит к одной из дальних планет, чтобы скрыться на ней. Нам тоже придётся уйти далеко от станции, поэтому сейчас для вас точкой, от которой нельзя удаляться, будет моя машина. Учитывайте это, иначе у вас отключатся двигатели. Впрочем, радиус достаточно велик. Если какому-нибудь идиоту не хватит сферы размером с орбиту дальнего спутника этой планеты, он будет наказан.

«Твою мать. Вот суки! Всё предусмотрели, уроды! А я-то уже губу раскатал!» — Макс едва не выругался вслух, такое сильное было разочарование. — «Ладно. Всё равно глупо было рассчитывать на удачу. Нас бы тупо поймали, если б мы вот так сдёрнули. Даже хорошо, что он предупредил».

Инструктор посчитал, что пока объяснений достаточно, и направил истребитель туда, где в последний раз был замечен беглец. Только теперь Макс смог оценить, насколько быстрые эти машины. Одно дело — знать, что двадцатикратное ускорение — это очень-очень быстро, другое — видеть, с какой скоростью уменьшается у тебя за спиной огромный шар Юпитера.

— Здесь предатель отключил маяк и сошёл с маршрута, — пояснил инструктор. — Судя по вектору движения — он шёл к той планете с кольцами. Вероятно, надеется спрятаться там. Ваши сканеры должны работать в максимально чувствительном режиме уже сейчас, на случай если он летит по инерции, не включая двигателей. Радиус действия вы знаете, скорость корвета — тоже.

Макс вывел карту системы. Сатурн сейчас действительно был близко к Юпитеру.

— Господин инструктор, разрешите обратиться! Зачем ему прятаться на Сатурне? В смысле на той планете с кольцами.

— Затем, что отключить блокировку основных движков значительно сложнее, чем системных, — терпеливо объяснил атлант. — Это нельзя сделать из кабины корабля, нужно физически залезть в двигатель. Сделать это в космосе не выйдет — мы найдём предателя раньше. Значит, нужно будет спрятаться.

— Это я понимаю, — Сказал Макс, хотя на самом деле ничерта не понял. Оказывается, есть ещё какие-то основные двигатели в противовес системным — вот ведь новость!

— Я не понимаю, зачем ему прятаться именно на Сатурне. Разве не проще было бы остановиться на одном из спутников Юпитера? Это ведь и ближе. Или здесь его бы уже засекли?