— Костяную пыль добудем из вездесущих останков. А кровь возьмём у гробзиков.
Ширайя просиял. Вернее, огоньки в его глазницах вспыхнули ярче обычного.
— Именно! Начнём подготовку немедленно.
Глава 16
Ритуал завершился. Едва мы втроём покинули круг из костяной пыли, как сразу ощутили изменения. Обстановка в гроте стала восприниматься иначе, словно появилось дополнительное, седьмое чувство.
Окружающие мертвецы предстали в новом свете. Каждое подёргивание плеча или наклон головы теперь читались с пугающей ясностью. Вот свежепризванный зомби в остатках крестьянской рубахи сжимает и разжимает кулаки. Обида жжёт его изнутри. Другой мертвец покачивается, перенося вес с ноги на ногу. Суетливость пронизывает каждое движение. Женщина-зомби застыла у стены, её челюсть отвисла чуть сильнее обычного. Шок от осознания собственного состояния.
Новое восприятие затягивало. Я поймал себя на том, что слишком пристально изучаю худощавого мертвеца с проломленным виском. Секунда, другая — и в сознание хлынул поток чужих переживаний. Гнев обжигал изнутри, за ним накатывала волна растерянности, потом снова гнев. Пришлось отвернуться и несколько раз встряхнуть головой, выталкивая чужеродные эмоции.
Такеши застыл рядом, его глазницы медленно перемещались от одного зомби к другому. Скелет поднёс ладонь к черепу и потёр височную кость. Жест удивления, который я научился распознавать за короткое время, проведённое в некрополе.
Ширайя парил в стороне, внимательно наблюдая за нашей реакцией.
— Любопытно, — произнёс он после долгой паузы. — На вас двоих эмпатическая связь не распространяется. Разумные души сохраняют ментальный барьер даже в мёртвых телах.
Это не могло не радовать. Собственные мысли хотелось держать под замком.
Следующий час мы с Такеши изучали поведение новоприбывших. Физиогномика мертвецов оказалась предсказуемой. Опущенные плечи выдавали покорность, выпяченная грудь сохраняла остатки гордыни, мелкая дрожь в пальцах указывала на подавленную ярость. Примечательно, что ни один из них не демонстрировал признаков страха. Смерть, похоже, навсегда выжигала эту эмоцию.
Ширайя созвал нас к зиккурату, когда очередная партия мертвецов разбрелась по гроту.
— Удалось расшифровать ещё один ритуал! — в голосе лича звенело нетерпение первооткрывателя.
— И что же на этот раз?
— Обряд слияния взоров, — костлявый палец постучал по странице. — Позволит мне видеть глазами зомби-пса. Вы не представляете, как надоели эти каменные своды. Двести с лишним вексов одни и те же стены, одни и те же трещины в потолке. Хочу увидеть некрополь, узнать, как живут его обитатели.
Практическая польза очевидна. Да и нервная система Ширайи получит передышку от постоянного беспокойства за нашу сохранность.
— Нам бы тоже пригодилось такое умение. Для разведки незаменимо.
— Увы, привилегия доступна исключительно магам. Каждая активация требует ману, которой у вас попросту нет.
— Понятно. Тогда тебе придётся налаживать отношения с Чернышом.
Челюсть лича яростно клацнула.
— Предлагаю подобрать другого кандидата. Более покладистого и менее… своенравного!
Черныш поднял голову и издал низкий рык. Красные угольки глаз сузились в предупреждающие щёлки.
— Забываешь важную деталь. Мои комплименты подействовали только на него. Проведёшь ритуал с другим псом? Пожалуйста. Но как заставить незнакомого зверя следовать за нами? Маска знати работает исключительно на зомби, остальным приказывать я не могу.
В итоге Ширайя нехотя согласился. Пальцы его сжались и разжались несколько раз, прежде чем лич решился приблизиться к Чернышу. Он подлетел к псу, рука потянулась ко лбу животного. Питомец отпрянул назад, когти заскребли по каменному полу грота.
— Стой на месте, чудище! — раздражённо буркнул Ширайя.
Черныш развернулся и нырнул мне за спину.
— Я же говорил! — возмутился лич.
Пришлось обойти пса и встать у него за спиной. Мои ладони легли на мощные плечи животного, пальцы зарылись в свалявшуюся шерсть. Я наклонился к уху Черныша, нашёптывая успокаивающие слова. Ладонь медленно скользила по хребту, поглаживая взъерошенный загривок. Мускулы постепенно расслаблялись, дыхание выравнивалось.
Ширайя воспользовался моментом. Его рука коснулась лба животного, и грот наполнился гортанным пением:
— Ма-арох аба-а-ата хоуд р-а-а-а…
Воздух задрожал от магической энергии. По стенам пробежали едва заметные искры, черепа в основании зиккурата слабо засветились. Потом всё стихло. Ширайя отдёрнул руку и покачал головой.
— Чёрная бездна! Не вышло! Для единения требуется взаимная симпатия, которой у нас с Чернышом нет и, заметь, не может появиться по определению! Легендарному магу неприлично водить дружбу с грязными животными!
Кусочки мозаики сложились в цельную картину. В традициях его гильдии или, возможно, всей расы заложено презрение к четвероногим спутникам.
— Собаки, волки, живожоры, морокопсы, — Ширайя принялся загибать пальцы, выплёвывая каждое слово с отвращением. — Все как один! Непредсказуемые, шумные и дурно пахнут! То ли дело более благородные питомцы. Кошки, мурхаи и мои самые любимые — мяусаны! Гордые и величественные создания, которые обожают много спать!
Громкий лай сотряс грот. Черныш вскочил на лапы, шерсть на загривке встала дыбом. Значит, уловил знакомые слова и явно понял их смысл.
Лич-то наш оказался заядлым кошатником. Я же в прошлой жизни одинаково относился и к тем, и к другим. Каждое существо заслуживает тепла.
— В таком случае у нас ничего не получится, — сказал я и направился к выходу из грота. — Нам пора выдвигаться дальше. Ориентировочно вернёмся через несколько часов, но не факт.
После короткой паузы позади раздалось:
— Стойте! Хорошо, я согласен. Что нужно сделать, чтобы снискать симпатию… грязных псов?
Смех вырвался помимо воли. Я подошёл к Ширайе вплотную, встав так, чтобы Черныш не мог разобрать наш разговор.
— Для начала призови ему пару самок и не упокаивай их, — я понизил голос до шёпота. — Обязательно говори тёплые слова самой ласковой интонацией. Когда слегка наладишь контакт, поиграй с ним. Кидай палку, пусть он тебе её возвращает. Не забывай гладить по холке и за ушами. Ну и самое главное — нужно дать вкусняшек. Я с Такеши наловлю гробзиков, а ты покормишь с руки. Прямо с ладони.
Огоньки в глазницах Ширайи потухли почти до полной темноты. Потом вспыхнули с новой силой, озаряя грот холодным светом.
— Так тому и быть.
* * *
Когда мы вернулись с добычей, картина изменилась до неузнаваемости. Черныш кружил вокруг пятерых собак, которых Ширайя призвал с неожиданной щедростью. Пёс обнюхивал каждую самку, его хвост мелькал из стороны в сторону. Новые знакомые отвечали взаимностью, тыкаясь мордами в его бока.
Я развернул промасленную тряпку и передал свёрток личу. Он подлетел к Чернышу и опустил ладонь на загривок пса. Движения приобрели неожиданную мягкость. Первый гробзик исчез в пасти Черныша мгновенно, пёс даже не распробовал. Зато следующие он аккуратно выкладывал перед самками, подталкивая носом ближе к их мордам.
— Хороший, хороший, — приговаривал Ширайя, продолжая поглаживания. Ладонь переместилась на широкий лоб. Грот вновь наполнился гортанным пением. — Ма-арох аба-а-ата хоуд р-а-а-а…
Лич провёл серию пассов в воздухе. Пальцы чертили сложные узоры, оставляя слабые светящиеся следы. В пустых глазницах проявились мутные полупрозрачные сферы, похожие на мыльные пузыри.
— Работает! — восторженно вскрикнул он. — Хвала Парадигме!
— Вот и славно! А нам пора идти дальше.
С собой мы прихватили троих зомби. На всякий случай. Двое громил выделялись отсутствием ушей в силу расовых особенностей. Некротическая эмпатия позволила заглянуть глубже: вышибалы, друзья до самой смерти. Их последняя авантюра закончилась попыткой ограбить факторию Торговой Гильдии.
