Московский вояж закончился.
И, пожалуй, не без подсказок.
Глава 12
Перед тем, как ехать на лекции в понедельник утром, я высыпал из пузырька на ладонь горсть вересковых кристалликов серебрянки. Не стал растирать их в кашицу, а просто сосредоточился, анализируя ощущения.
Да, теперь я чувствовал серебрянку гораздо лучше. Этому поспособствовали визиты в миры, где она проявляла себя иначе. Я, в некотором смысле, увидел её там с новых сторон. И да, я вроде бы получил подсказки, которые могли пригодиться здесь.
Но этими подсказками я пока ни с кем не делился. Чувствовал — информации не хватает, чтобы истолковать их чётко.
А значит, требовалась ещё одна вылазка. Об этом я сказал Нэссе на перемене, когда мы вышли во двор. Добавил:
— Зато я знаю, в какую альтернативу надо сходить, чтобы окончательно разобраться. И приблизительно представляю, что изобразить на картине. До завтра конкретизирую.
— Постараюсь сделать дверь быстро, — кивнула Нэсса, — но, Вячеслав… Мы выбрали верный план? У меня есть много сомнений…
— У меня тоже. Если предложишь что-то более эффективное, я готов. И нет, я не ёрничаю. Выслушаю внимательно.
— К сожалению, таких предложений нет, и это меня тревожит. У меня ощущение, что мы отстаём по-прежнему. А ещё меня изводит необходимость сидеть и ждать результатов очередной твоей авантюры.
— Протестую и оскорблён в лучших чувствах, — высокомерно ответил я. — У меня серьёзные исследовательские вылазки.
— Да, — сказала она, — это ощущается буквально в каждом нюансе. Вот, к примеру, костяшки на кулаках…
— Просто поцарапал.
— О чью-то физиономию? Ты же наследный лорд, Вячеслав. Применить мозги вместо рук не пробовал?
— Нет. Думаешь, понравится?
Она усмехнулась и больше ничего не спросила.
А Илса с Рунвейгой мне намекнули, что надо бы съездить в книжный и выяснить, как продаётся комикс. Я подтвердил — да, помню.
Под вечер Илса осталась у себя в общежитии, Рунвейга же села ко мне в машину, и мы отправились по нужному адресу. Там нас уже ждал толстячок-директор. Вид он имел несколько растерянный.
— Не выгорело? — спросил я. — Нет спроса?
— Ну, почему же? — вздохнул директор. — Спрос-то отличный… Собственно всё распродано. Поначалу брали не так уж много, но слух прошёл, наверное, по окрестностям, и народ потянулся. Заглядывали в книжку, обсуждали её друг с другом. И покупали, да. Последние экземпляры ушли сегодня с утра. Вот только…
— Проблемы?
— Видите ли, ко мне периодически обращались наши постоянные посетители. Они с беспокойством спрашивали, означает ли новый ассортимент, что мы собираемся перепрофилировать магазин. Они не критиковали содержание вашей книжки, некоторые даже её листали с умеренным интересом. Но их смущал тот шумный ажиотаж, который возникал возле стола с новинкой. Они говорили, что ценят прежнюю, привычную атмосферу. И, если честно, я теперь в затруднении. Прошу понять меня правильно, лорд-наследник, но в этих обстоятельствах я вряд ли готов закупать вашу продукцию массово…
— Всё нормально, — сказал я. — Зато мы убедились, что книжка интересная.
— Я попросил бухгалтера, он вам выдаст оговорённый процент от прибыли…
— И на том спасибо.
Когда мы вышли на улицу, Рунвейга сказала:
— Жаль. Илса уже готова была продолжить. А у меня была даже мысль наладить сотрудничество с каким-нибудь автором из моего мира, у нас ведь там комиксы популярны… Купить у него права на переиздание, например…
— В твой мир я бы не совался, — возразил я. — У вашего Конгломерата там слишком длинные руки. Если вдруг пропавшая сыщица объявится через год и начнёт юридическую активность, пусть даже самую безобидную, могут и озадачиться. Сунут тебя в чёрный фургон — и всё, до свидания. Короче, план отклоняю. Вето.
— Фургоны у них синие, — уточнила Рунвейга. — Но насчёт вето я поняла.
И мы отправились в кампус, к Илсе.
Узнав, что книжки распроданы, та захлопала в ладоши от радости. Услышав же про реакцию старожилов, грустно вздохнула:
— Да, я их понимаю. Но всё-таки здорово, что наш комикс получился нескучный! Мы молодцы! Я больше всего боялась, что никто не заинтересуется…
— Дальше рисовать собираешься? — спросил я.
— Вот даже не знаю… В солидных магазинах, наверное, такая продукция действительно неуместна…
— Но логика у них всё-таки странноватая, — сказала Рунвейга. — Там ведь не только высокоумные трактаты лежат, но и беллетристика, просто секции разные. А нас почему-то вдруг испугались.
— Если бы мы принесли просто развлекательную книжку, — сказала Илса, — никто бы не удивлялся. Но с графикой это выглядит слишком непривычно. В других магазинах такого уровня тоже, скорее всего, откажут — и будут, в общем-то, правы… А в лавках, где торгуют откровенной халтурой, я и сама не хотела бы выставляться. Нам просто негде продавать этот комикс…
Посидев в гостях с полчаса, я вернулся домой.
До позднего вечера обдумывал вылазку в очередную «альтернативу». Да, общая идея была, но требовался визуальный материал для Нэссы.
На следующее утро я отсидел первое занятие у декана, а с внешней географии отпросился, чтобы снова наведаться в «монархическую» Москву — всего лишь на час, тихонько, без приключений и драм.
В торговых рядах возле Красной Площади я потратил наличку, оставшуюся с прошлого раза. Купил пару иллюстрированных научно-популярных изданий, после чего нашёл подходящий закоулок среди старинных зданий и шагнул через фото в базовый мир.
А после занятий ко мне подошла Рунвейга.
— Я опять насчёт комикса, — сказала она. — Пытаюсь логически рассуждать. Вот у нас есть товар — востребованный, но нестандартный. Проблема в том, что для него нет рыночной ниши. Или, точнее, ниша-то обнаружилась в плане спроса, но нет подходящего магазина. Так, может, нам открыть свой? Я скопила немного денег, могла бы их в это инвестировать. Если ты тоже поучаствуешь…
— Тут дело не в деньгах, — сказал я. — Сама идея сырая. Тираж мы можем напечатать большой, спрос есть, ты права. Но магазин с единственной книжкой — несколько странновато. Или ты предлагаешь просто снять офис на пару месяцев, чтобы там торговать?
Она чуть смутилась:
— Нет, если честно, мне представлялось нечто вроде небольшого издательства с собственным магазином. Найти ещё художников, пригласить на работу… И нет, я не имею в виду, что надо печатать исключительно комиксы. Можно брать интересную беллетристику и обильно иллюстрировать её в нашем стиле. Какую-нибудь фантастику, приключенческие романы…
— Гм, — сказал я, — в тебе вдруг проснулась предпринимательница?
— Ну, в общем, да — мне давно хотелось иметь свой бизнес, не слишком крупный, но интересный. И я часто вспоминаю, как запоем читала раньше про всякое необычное. Вот и придумала, как это совместить. Но если ты против…
— Погоди-ка минуту.
Я задумался.
Сейчас главное — разобраться, что задумал Вирчедвик. А отвлекаться на бизнес-планы — нелогично и глупо.
Это на первый взгляд.
Но клановый бизнес, как я успел убедиться, может резонировать с магическим фоном. И чем сильнее клан в этом смысле, тем лучше. Ну, и вообще, если люди в его составе будут заняты делом, которое принесёт им и удовольствие, и доход, то это уже неплохо…
— У меня на родине, — сказал я, — есть поговорка: «Инициатива наказуема». В данном конкретном случае это значит, что я дам деньги, а всё организационную работу с издательством ты возьмёшь на себя.
— Я не возражаю, — сказала Рунвейга быстро. — Мне кажется, для начала надо прозондировать почву. Выяснить, есть ли вообще в городе художники, готовые и умеющие работать, как мы хотим. Я не имею в виду, что надо копировать стилистику Илсы. Пусть у каждого будет свой индивидуальный почерк. Но всё-таки требования у нас специфические. Подумаю, как организовать отбор.
— Ты, может, удивишься, — сказал я, — но у меня есть знакомства в кругах богемы и андеграунда. Пора их возобновить. Поехали.
