– Скоро стемнеет, – сказал Толи во время одной из таких остановок. Он взглянул на небо. Там, особенно на западе, было пока еще светло, но лес вокруг быстро погружался во тьму. Квентин уже с трудом различал ствол ближайшего дерева.
– Они же не смогут нас долго преследовать... по-моему, они отстают, – сказал Квентин с надеждой.
– Им нас не поймать, – уверенно ответил Толи. – Но надо идти дальше. Позже поищем место для ночевки. – Он покрутил головой, прислушиваясь к едва слышным звукам погони. – Держись рядом, – сказал он и снова побежал.
На этот раз они изменили направление и начали подниматься по склону холма. Тропа пошла круто вверх, и каждый шаг становился немного короче предыдущего. Толи сбросил скорость, но шел все так же уверенно. Шум в лесу позади стих. Квентин догадался, что солдаты отказались от преследования, потеряв след.
Теперь Квентин слышал только лесные звуки. С наступлением ночи лес оживал. Зелень листьев, моховая подложка, цвета земли, дерева и синих теней слились в единый фон. Толи он скорее слышал, чем видел. Кончилось тем, что он зацепился за корень, протянувшийся поперек тропы, и упал. Толи услышал и вернулся.
– Давай остановимся, – взмолился Квентин, – хотя бы ненадолго. Темно. Я не могу бежать.
– Да, Кента, я забыл, что ночью ты ничего не видишь. – Толи покрутил головой, прислушиваясь. Квентин тоже вслушался и уловил странный сопящий звук. Толи стоял, раздувая ноздри. – Плохое место. Нельзя здесь оставаться, – наконец сказал джер. Он протянул руку, поднял Квентина на ноги и снова двинулся вперед, но на этот раз гораздо медленнее.
Тропа продолжала подниматься; затем, без всякого повода круто спустилась на дно ущелья, пробитого водой. По дну тек говорливый ручей. Квентин его слышал. Над землей начал подниматься дурно пахнущий туман, он становился все плотнее, рваными клочьями цеплялся за ноги и вообще всеми силами изображал из себя спрута, вытягивая по сторонам цепкие щупальца. Где-то наверху крикнула сова, ей ответила другая подальше. Множество тихих ночных звуков наполнили лес. Однажды Квентин услышал слабый свист в воздухе совсем рядом и почувствовал на своей щеке касание. Он отпрянул от этого мягкого прикосновения, как от удара. Когда он поднял руку, чтобы потереть место прикосновения, его щека оказалась мокрой от какой-то липкой гадости. Он с отвращением вытер ее, обтер руку об одежду и побрел дальше. Зловонный туман сгустился и поднялся выше, в нем образовывались завихрения. Квентину показалось, что он прихватывает его за ноги, будто пытаясь удержать. У земли туман был особенно плотен, так что Квентин уже не видел своих ног. А вот Толи шел вперед, словно ничего ему не мешало. Квентину хотелось свернуть с этой тропы и снова подняться в лес, но он шел за Толи. Наступил на ветку, она сломалась с глухим треском, слышным, как ему показалось, по всей лощине. Из-под ног взлетело какое-то белое существо, такое же бесформенное как туман, но оно издавало пронзительные крики, эхом разносившиеся по лесу. Существо бросилось прямо ему в лицо, и Квентин инстинктивно закрылся руками. Но столкновения не было. Отняв руки от глаз, он успел заметить белые крылья птицы, улетавшей дальше по лощине.
– Толи, давай поищем другую тропу!
Толи остановился и огляделся, оценивая расстояние, которое они прошли.
– Скоро свернем. Еще немного. – И верно, через несколько шагов Толи вскарабкался на крутой, покрытый виноградной лозой склон. Они оказались на берегу небольшого ручейка, впадавшего в лощину со стороны леса. Вода, даже на вид отвратительная, едва сочилась по камням, скользким от черного мха. Квентин поскользнулся в грязи, но вовремя схватился за какие-то кусты и вытянул себя наверх.
Выбравшись из лощины, они оказались на широкой ровной площадке, окруженной деревьями. Позади остался овраг с вонючим туманом; перед ними вздымался густо поросший лесом холм. Не говоря ни слова, Толи начал взбираться на него. Квентин молча лез за ним. Бесполезно было спрашивать, куда они идут и почему именно туда. Наверное, Толи знал ответы на эти вопросы. В любом случае, Квентин не мог предложить ничего лучше.
Они шли уже несколько часов, темные деревья смыкались за ними, и не было никакой возможности понять, где они шли только что. Квентин вгляделся вперед и испугался, хотя и не мог понять, чего. Он что-то видел впереди, какое-то существо, мимолетно, краем глаза, но видел. Вот оно мелькнуло снова, видимое лишь при определенном повороте головы. Пропало. Показалось дальше, хотя должно было бы оказаться ближе. Тропа неуклонно шла вверх, и вскоре Квентин потерял призрак из вида. Тогда он решил окликнуть Толи.
– Видишь? Там впереди что-то светится, – он махнул рукой в сторону зарослей на вершине холма.
Еще через десять шагов он понял, что видит костер. Кто-то развел огонь. Они осторожно подкрались ближе. Толи считал, что следует обойти это место, но Квентин был настроен иначе; он хотел понять, с чем столкнулся. Теперь они ползли, и скоро стало понятно, что перед ними маленький уютный лагерь. Они полежали в траве, выжидая. Поблизости никого не было видно. Кто бы ни развел огонь, сейчас он скрывался.
– Солдаты?
Толи покачал головой.
– Здесь им нечего делать. Костер маленький, на всех не хватит.
Шаги они услышали слишком поздно. Нечто бросилось на них из темноты. Толи увернулся, а Квентин не успел. Его сгребли за шиворот и бросили вперед, к огню. Нападавший пару раз саданул Квентина под ребра. Квентин упал и попытался избежать следующего удара. Вверху мелькнуло лицо и спокойный, но очень твердый голос приказал: «Не шевелись!» Квентин поднял глаза и разглядел рослого человека с дубиной в руке. В памяти Квентина шевельнулось какое-то воспоминание, где-то он уже видел этого человека. Он всмотрелся. Невозможно! – подумал он. Не может быть! Но в то же мгновение решил, что в этом проклятом месте ничего не стоит встретить призрак; больше того, было бы странно, если бы они его не встретили. Вслед за этой мыслью пришла другая: зачем призраку дубина? И с какой стати призрак будет бить встречных по ребрам? Но лицо!.. Где он мог его видеть? Давно. Не здесь. Он не хотел верить, боялся верить. Но память упрямо подсказывала.
– Ронсар? – дрожащим голосом неуверенно спросил он. Целых два удара сердца ему не отвечали. А потом мужчина рухнул на колени рядом с ним, свет костра лег на его лицо. Квентин протянул дрожащую руку. – Ронсар, это ты?
Глава тридцать восьмая
– Я-то Ронсар, – ответил человек, стоявший на коленях у огня. – Но кто зовет меня по имени в этом заброшенном месте? – Говорил он мягко, но теперь, когда он наклонился ближе к огню, Квентин видел те же угловатые черты, ту же выступающую челюсть, говорящую о сильной воле. Только рыцарь и на этот раз казался усталым и измученным. Тяжелые морщины пролегли в уголках рта и вокруг глаз.
– Вы меня не узнаете? – спросил Квентин. – Я – Квентин, аколит из храма. Вы передали мне послание для королевы...
Лицо рыцаря внезапно осветила улыбка, разом согнавшая заботы и тревоги, глаза вспыхнули светом узнавания.
– Неужто… Квентин? ... да, я помню... но как? – Вопросы сыпались быстро, они выдавали растерянность рыцаря, пытавшегося понять смысл этого чуда.
– Толи, иди сюда, – позвал Квентин. Он знал, что его друг притаился где-то рядом, вне поля зрения, готовый выпрыгнуть в любой момент. Заросли зашевелились, и Толи встал рядом с Квентином. – Все хорошо, Толи. Все просто замечательно! Это Ронсар, рыцарь, о котором я тебе рассказывал.
– Тот, кто вручил тебе послание, – ответил Толи на родном языке. – Да, и великий воин. – Толи низко поклонился, как Квентин учил его в таких случаях. Но приветствие по всем правилам заставило Ронсара улыбнуться, а Квентина рассмеяться.
– Добро пожаловать, друг леса, – сказал Ронсар. – Я никогда не встречал никого из твоей расы. По правде говоря, не ожидал, что они будут такими воспитанными.
