– Увы, нет. Они охраняют не меня. Не Илану Стивенс, которую ты хочешь спасти. Они охраняют божественную Айслинд. Снежную Деву, чей сон нельзя тревожить до тех пор, пока сюда не явится её следующая избранница. Они ведь даже избраннице устраивают проверку, а ты посмел явиться сюда и разбудить богиню раньше срока. Эти демоны защищают богиню, а ты пришёл сюда отнять меня у неё и нарушить ход вещей.
– Да уже пора его нарушить. Я не хочу, чтобы ты была жертвой. И мне вообще не нравится идея жертвы…
– Но ради меня ты готов пожертвовать собой. Гай… – она прикоснулась к его бледной щеке. – Ты уже тоже не тот, что прежде. Ты поделился со мной своей жизненной силой, и теперь наша плоть одинакова.
– Что ж… Мы теперь едины телом и душой. Две половинки целого. И путь у нас один. Осталось лишь его найти.
Неожиданно демоны исчезли. Стены и окна храма засияли глубоким, мягким светом. А мгновение спустя Илана и Гай увидели себя в магическом зеркале… Или не себя? Эти юноша и девушка действительно походили на них, словно близнецы. Разница была лишь в том, что девушка держала в руках усеянную лилиями ветвь, а юноша меч. Ана и Анаэль. Вскоре изображение исчезло. Зеркало тоже. Какое-то время на его месте клубился мерцающий туман, а когда он рассеялся, Илана и Гай увидели сад. Всё тот же сад, окружающий храм Айслинд, но только без демонов.
– Меч и куст лилий, – прошептала Илана. – Кажется, это была подсказка. Чудесный меч, который превращается в куст лилий, в язычок пламени, в молнию… В любую материю или стихию. Ты сделал этот меч чудесным, Гай. Думаю, с его помощью мы теперь сумеем открыть врата в нашу реальность.
– Я сделал его чудесным? – рассмеялся Гай. – Мои способности к магии всегда оставляли желать лучшего.
– Магия, наука… Всё это такая чушь. Мир держится совсем не на этом. Дай-ка мне меч.
Они вышли из храма, и Илана воткнула ледяной клинок в землю. На его месте тут же появился куст лилий, который ярко засветился и превратился в язычок белого пламени. Он разгорался, рос. И вот уже пламя охватило весь холм, а потом и сад. Оно не трогало лишь храм, Илану и Гая.
– Пусть всё изменится! – громко произнесла Илана. – Пусть чудесный огонь изменит материю и сожжёт временнýю ловушку. Это место больше не находится вне пространства и времени. Мы хотим вернуться в наше время и в нашу реальность.
Ничего не изменилось.
– Гай, давай представим себе посёлок… Нет, лучше я изображу его.
Пылающий сад изменился. Теперь сквозь язычки светлого пламени угадывались очертания лесного посёлка. На какое-то мгновение они стали достаточно чёткими, но врата туда не открывались.
– Может, лучше дворец здешнего короля? – сказал Гай. – Или наш дворец в Гаммеле… Или Центральный парк?
Они попробовали и то, и другое, и третье. Илана создала ещё несколько картин, изображающих хорошо им с Гаем знакомые места, но врата не открывались. Пламя поглотило уже весь сад, лишь храм Айслинд оставался нетронутым. Белый храм дрожал и колебался среди язычков пламени, словно хотел, но не мог измениться…
Илана вдруг вспомнила другой храм. Тот, что неожиданно появился на месте сгоревшего. Белый, словно снежный мираж, с башней и большими часами. Волшебными часами, которые вот-вот должны показать волшебное время. Они действительно должны его показать! И тогда всё изменится. Исчезнет этот заколдованный круг, не пускающий их в реальность. Туда, где их ждут те, кого они любят. Те, кто любит их и ждёт их возвращения.
– Гай, ты говоришь, Изабелла велела отстроить верденский храм?
– Да. Думаю, он уже готов.
– Так сколько же прошло времени с тех пор, как я сюда ушла?
– Три месяца.
– Три месяца… Три – магическое число. Как и двенадцать. А двенадцать – время перемен.
– Ты о чём?
– Давай думать обо всех, кто нас ждёт. Мы думали друг о друге, и ты меня нашёл. Давай звать их. Может, они нас услышат и помогут нам открыть врата. Изабелла! Мартин!
– Джанни, Хай-Вер! – подхватил Гай.
– Лидия, Джереми, Таня!
Они называли имена, а светлое пламя, разгораясь всё сильней и сильней, наполняло всё вокруг странной звенящей тишиной, которая поглощала их голоса. Они замолчали, продолжая мысленно звать своих друзей. А потом сквозь тишину стали пробиваться голоса, похожие на доносящиеся сквозь шум прибоя крики чаек. Илана смотрела на храм, представляя себе тот, с волшебными часами. И белый храм изменился. Исчезли колонны, на крыше засиял золотой крест, а на башне появились часы, стрелки которых неумолимо приближались к цифре 12.
– Идём, – Илана взяла Гая за руку и повела его сквозь белое пламя к чудесному храму.
Внутри его тоже бесшумно бушевало пламя, но оно не обожгло их, а расступилось, когда они вошли. А потом распалось на огоньки, которые напоминали колеблющийся свет множества свеч. Но это были не свечи. Огоньки плавали в воздухе. Некоторые из них разгорались ярче и становились больше, превращаясь во что-то вроде солнечных зайчиков. И в них на мгновение появлялись лица. Илана видела бабушку Полли, отца Джорджа. В одном из светлых пятен возникло прекрасное лицо мага Анаэля, который улыбался, как учитель, довольный понятливыми учениками. Многие лица были ей незнакомы, зато их узнавал Гай. Они вспыхивали и исчезали. В конце концов остался лишь один огонёк. Он вырос, превратившись в маленькое солнце, и разгорелся так ярко, что Илана зажмурилась. А открыв глаза, она увидела окружённую золотистым сиянием высокую фигуру. Она и на этот раз не успела как следует разглядеть этого человека, но теперь она узнала его сразу. И едва не разрыдалась от счастья, потому что поняла – у них всё получилось. Теперь она точно знала – путь открыт.
Храм вновь наполнило тихо и мощно горящее пламя. Оно обволакивало их тёплым, мягким сиянием. Илана и Гай замерли в ожидании чуда, и им было так хорошо, что они готовы были ждать сколько угодно. Но долго ждать им не пришлось. Сквозь звенящую тишину стали снова пробиваться знакомые голоса, которые звали их по именам и звучали всё громче и громче.
– Мы здесь! – хором откликнулись Илана и Гай.
Пламя превратилось в солнечный свет. Он струился в храм сквозь большие окна и так ярко играл на позолоте алтаря, что на мгновение ослепил Илану. Закрыв глаза, она блаженно вдохнула запах свежей штукатурки и нагретого дерева. Такие знакомые запахи. Такие настоящие!
Она ещё не открыла глаза, а её уже стиснули в объятиях. Вокруг звучали знакомые, радостные голоса. Те, которые они с Гаем слышали только что, но теперь эти голоса звучали рядом. Здесь были все их друзья. Даже те, что когда-то разъехались по далёким мирам, собрались теперь здесь, в этом новом, недавно отстроенном храме. Кошачья банда явилась в полном составе. Как и труппа Питера Гейла, который сиял так, словно только что под гром оваций закончилась премьера его нового спектакля. Здесь была даже Ева с младенцем на руках. Хорошенькая четырёхмесячная Илона улыбалась так, словно понимала, что стала сейчас свидетелем необыкновенно важного и радостного события.
– Илана, ты настоящая богиня! – восторгалась Таня Коэн. – Какая же ты красавица! Если бы я продолжала писать стихи, я бы посвятила тебе целую поэму.
– А разве ты бросила?
– Теперь она пишет прозу, – сказал Джереми Лойс, который уже не казался Илане таким невероятно высоким. – И честное слово, это у неё получается лучше. Возможно, когда-нибудь она напишет книгу о твоих приключениях, Снежная Принцесса!
– О нет! Я больше не хочу быть ни ледяной, ни снежной… – Илана опасливо ущипнула себя за руку. И успокоилась, почувствовав боль. Кожа была тёплая. – Гай, с тобой всё в порядке?
– У меня внутри как будто всё заледенело, – мрачно сообщил принц, но лицо его тут же расплылось в улыбке.
– Не смей меня пугать! – похоже, Изабелла рассердилась не на шутку. – Я и так до сих пор не могу поверить, что вы здесь.
– Всё в порядке, дорогая, – Эдан обнял её за плечи. – Они вернулись и больше никуда не денутся. И уж точно не растают. Тебе нельзя волноваться.
