— … Хаос, — криво улыбнулся я, и получил плюс пять баллов к доверию.
Литавр хлопнул меня по спине так, что едва не вышиб дух, по-лошадиному заржал и продолжил идти вперёд.
Поддерживать разговор я уже сильно не пытался. Пока даже не понимал, нужно ли мне его сопровождать или свалить и сказать, что сделал что мог? Если больше отрядов не будет, то мои блуждания с ним бесполезны.
Здесь нужны Вечные или кто-то соизмеримый по силам. Может, бывшие стиратели, вроде такие были на службе у сходок. Но судя по тому, кого они послали, они или не понимали, насколько он силён, или заведомо отправили этих бедняг на убой.
Хотя, смотрелись они достаточно внушительно, пока Литавр не начал действовать.
В любом случае, ситуация получалась патовая.
Литавр кривыми блуждающии шагами шёл по улице, периодически рубя топором столбы или разбивая голову о стены.
Когда мы пришли к статуе, посвящённой героям труда, Литавра стошнило. Светящимся радужным сиянием, которое собралось у него под ногами, будто лужа бензина, после чего из неё полезли мелкие животные и насекомые. Мыши, крысы, хомяки, хорьки, белки, полчища тараканов, рои мух и пчёл.
— Надо было… ик… оставить девицу живой. Или тех забрать. Прости, я забыл твой подарок… — повинился Литавр, а я подумал, как там подвешенная за ноги в воздухе Саша. Боюсь, пиццей я тут не отделаюсь.
— Сейчас ты сможешь высвободить её всю, — сказал я и указал на статую. — Слава Мару!
— Слава Мару! — повторил Литавр. — А чё делать-то?
Я немного завис. Понятия не имею.
— Имя его Мару, — начал я придумывать на ходу. — Лапы его быстры, когти остры, а разум охватывает саму вечность… начинай вкладывать ману в будущий алтарь.
— Да как ёпт?
— Ну, попробуй способность применить.
— Я? Да я как-то… само получается, — пожал плечами Литавр.
Это меня запутало ещё больше. Но Хаос решил сжалиться над нами, потому как мы были уже не одни.
— Водою священной, отец возлияний без похмелья, окропить надобно, — послышалось из под низко опущенного капюшона.
Голос показался отдалённо знакомым, будто где-то я его уже слышал. Только говоривший был старцем, судя по торчащей из под капюшона седой бороде.
Он протянул пластиковую бутылку минералки с сорванной этикеткой.
— Я понял, это проверка, — произнёс старец. — Моей веры хватит на всех. Как ты исцелил меня, владыка Мару, так я исцелю этот мир от твоего отсутствия и людей от незнания. Славься МАРУ!
Я в совершенном офигевании от происходящего попятился назад. Откуда вообще взялся этот старик и какое ему дело до бога из другого эхо? Пробуждённый? Ещё один Хаосит? Тогда зачем он мне подыгрывает? Или… он реально местный поборник Мару? На шестом эхо, где есть только базовый комплект религий?
— Именем Хаоса, славься МАРУ!
— Славься МАРУ! — едва не пропустил я свою очередь и воздел Гераний к небу.
Старик открутил пластиковую синюю крышку, и та со звоном покатилась по земле. Он поднял руку и опрокинул содержимое бутылки на постамент, и в тот же миг в статую ударила жёлтая молния.
Литавр снова замотал головой. Вернее, головами — их снова было три. Старик упал на колени, низко поклонился памятнику и принялся повторять имя нашего с ним бога. Я тоже встал на колени. Перед богом лени это прямо мем какой-то.
— Восславим же Мару! — произнёс я.
Литавр становиться на колени явно не хотел. Но он поступил ещё лучше — из его рук потекла рыжеватая энергия хаоса, вливаясь в памятник. Именно этого я и хотел от него добиться. Один только вопрос — зачем мне это? Я думал, что просто уйдёт лишняя энергия и Литавр станет менее опасен. Но похоже, ритуал работал.
Я с изумлением увидел, как по небу пробежалась вторая, третья, четвёртая молния. И били они в одно единственное место — в старый советский памятник, который от напряжения начал плавиться. Молнии больше не уходили, а продолжали плясать вокруг постамента, а металл раскалился и стал менять свою форму.
Статуя начала постепенно обретать очертания — большой куб, на котором большими буквами было написано «ЖИЗНЬ». А над ним, из ящика выглядывала голова толстого кота. Полосатого с белым галстуком, будто сильно располневшая Тау.
Старик поднял голову к памятнику. Под мантией засверкали жёлтые глаза. У Литавра они сперва полезли из орбит, а затем я увидел обратную трансформацию — непропорциональная на человеческом теле лошадиная голова преображалась в человеческую. Проступили очертания безумного бородатого мужика с вылезшим огромным глазом и нечёсанными спутанными волосами.
— Ты жил свою жизнь как раб, преклоняясь перед судьбой, — произнёс старик. — И вот перед тобой, в жизни, появляется Он. Тот, кого ты не ждал, но кто изменит тебя.
А затем Литавр расхохотался, и его смех подхватил старик. И наконец — я сам.
Ничего смешного в этом всём я не видел — безумный хохот сам лился из глотки, и я не в силах был остановить этот поток смеха. От него ноги подкосились, и я упал на асфальт, принявшись стучать рукой по земле, как припадочный.
Всё вдруг стихло в один момент. Хаосит исчез. Старик тоже. И я тоже. Тоже исчез, стоило мне только моргнуть. И открыл глаза в тёмном помещении с резким зловонным запахом.
Вступил ногой во что-то мокрое и стукнулся головой о металлическую трубу с глухим стуком.
Активировал акцессию, вынул телефон, посветил фонариком, понял что нахожусь… в туалете?
Ну, хорошо, что один.
Толкнул дверь наружу — она была открыта. Увидел утреннюю улицу Города.
— Эй, ты откуда вылез? Почему без света? Эй, а ты платил⁈ — набросилась на меня гневная бабулька.
На глаза попалась вывеска «50 коп»
Это что, шутка хаоса такая?
Я молча протянул деньги и вышел на улицу. Места были знакомыми. Я находился прямо рядом с домом Тани. Перейти дорогу, затем минуты две вокруг дома к лестнице, и можно подниматься в теплицу на крыше.
Хаос… просто убрал меня домой? А место — такая шутка. Я вроде недавно упоминал что так можно и в сортире оказаться.
Мне как бы говорят — ты у нас на крючке, мы всё о тебе знаем.
Случайно обронённая фраза. Место рядом с домом Тани, в котором я сейчас живу. Это не может быть просто так. Это — послание.
Стоило отойти от пропахшего нечистотами места, как на телефоне раздался звонок. Михаил?
— Полярис… — начал он. — Ответь только на один вопрос, как бывшему другу.
— Почему бывшему? — спросил я, хотя он и другом моим не особо-то был.
— Что тебе пообещали неспы?
— О чём ты, Миш?
— Скажешь, ты не призвал в Город алтарь какого-то бога?
— Я? Ну, рядышком стоял, да. То ещё зрелище на шестом эхо.
— Чего ты добиваешься, Полярис?
— Миш! — возмутился я. — Я не знаю, что ты там думаешь, но я на стороне Города. Алтарь был меньшим из зол. Хочешь поговорить об этом — приезжай…
Я задумался над тем, куда бы его отправить, и выбрал нейтральное место в виде небольшой пиццерии рядом с рынком и театром, где я когда-то впервые повстречал Анну.
— … приезжай один, — закончил я после того как назвал адрес. — А то ты меня прям перепугал, вдруг ты что лихое задумал насчёт меня.
— Хочешь померяться силами со мной, или у меня будет комитет по встрече?
— Бля… — не удержался я. — И дай на всякий случай клятву своей богиней, что не будешь на меня бросаться. А за ложные обвинения я потребую компенсацию.
Последнее было сказано не столько из корысти, сколько чтобы он понимал, что я точно ни в чём не виноват и никого не предавал.
Несколько остановок трамвая, и я оказался на месте. Вернее, время я не назначал и на всякий случай решил последнюю остановку проехать по заветам зайцев, сзади трамвая.
Сошёл чуть раньше, чтобы убедиться в том, что меня не ждёт куча головорезов. Но Михаил поступил честно и стоял на площадке перед местной пиццерией в одиночестве.
Злой, мрачный, в чёрном плаще и шляпе.
Было утро, но людей в этом месте всегда было много. Дворец пионеров, рынок, крупный универмаг и чуть дальше — кинотеатр, вокруг которого всегда ошивалось много парочек и прогуливающих пары студентов.
