— Лучше так, а потом в бою попадать по врагу, чем выпустить все то же самое, но мимо. Да еще и людей потерять.
— Жалованье и солдатам будет увеличено?
— Все верно, но… — Шереметев напомнил самое главное условие. — Для перевода в новые части нужно будет сдать новые нормативы. Ну и требования к составу там будут выше.
Все покивали в ответ, словно ничего другого и не ожидали. Вот так все просто и получилось. Если бы Шереметев принялся вводить требования, как во 2-м Сибирском, через силу, народ бы взбунтовался. А так он дал людям выбор. Естественно, даже так большинство сначала будет выжидать, но они и не готовы взять сразу всех. До того, как придет время массового набора, нужно отработать программы и подготовить тех, кто станет по ним учить.
А там — вместо пары рот придут полки, потом и целую дивизию можно будет перегнать на новые рельсы, ну а в итоге придет черед и всего корпуса. Те, кто примут новый путь — получат то, что заслужили. Те, кто нет… Для них тоже все было заранее продумано. Офицеров — по домам, солдат — в нестроевые части. Право носить оружие и форму новых рот, полков и дивизий еще нужно заслужить!..
Степан Сергеевич с каждым днем все больше и больше погружался в создание новой армии. Время на посиделки с друзьями сократилось до пары часов в неделю, и он бы и их не тратил, но… Когда он так неделю просидел в части, к Шереметеву пришла Вера и положила на стол несколько газет. Одна сербская, три австрийских, и в каждой авторы рассуждали только о том, что скорая война — это единственный способ наставить неразумных соседей на путь истинный.
В тот момент Шереметев осознал, что чуть не упустил из виду еще одну важнейшую часть работы — разведку. Раньше-то она всегда на Макарова замыкалась, а сейчас — он за него. Пришлось возвращаться в высший свет, собирать слухи, рассылать дозоры, а еще… По каким-то образом появившейся традиции Вера все так же приходила каждое воскресенье и оставляла на столе газеты. Причем взяла за привычку делать это еще до того, как Шереметев проснется.
И вот очередное воскресенье, рядом никого, и только в воздухе еле заметный запах сирени.
1 сентября 1905 года, Инкоу
В месяц мы не уложились, и в лето тоже, но вот наступил первый день осени, и мы начали погрузку. Кто-то скажет, и что тут такого, а я такому человеку дам в морду. Одни расчеты, что, как и в какой очередности засовывать в трюмы, заняли несколько недель. И это при том, что из-за того, что мы расширили и углубили бухту Инкоу, тут можно было обойтись без перегрузочных барж. Подгоняли корабли, краны грузили заранее расставленные контейнеры с маркировкой для конкретного корабля…
Тяжелое вниз, легкое наверх — это база, и это же только вершина айсберга. Технику старались разбирать. Для того, чтобы занимала меньше места, для устойчивости, ну и чтобы крепить было удобнее. Были бы у нас стальные контейнеры с пазами для фиксации, было бы проще. Но тратить время еще и на них мы просто не могли, поэтому в основном в ход шло дерево. А потом уже на корабле все дополнительно фиксировалось цепями и специальными распорками.
— Куда бочку потащили⁈ — один из помощников Мелехова, поставленного старшим на погрузку, заметил самоуправство кого-то из рабочих и тут же побежал к нарушителю. — Забыли? Топливо — только в специальные изолированные секции! А то что будет, если оно полыхнет?
Если полыхнет топливо, то, несмотря на все меры предосторожности, вряд ли корабль уцелеет, но… Если пожар удастся изолировать и замедлить, то это даст шанс спасти команду. Уже огромная польза!
Так же, как и топливо, в отдельные секции загружают и патроны. Пользуясь случаем, мы постарались избавиться от обычного бардака и провести ревизию. Разложили все по калибрам, убрали подозрительное старье, проложили все сеном и бумагой для амортизации. Или еще один проблемный груз — еда. Небольшой ее запас поедет вместе с людьми, но остальные тысячи тонн, которых должно хватить на три месяца, пока мы не решим вопрос на месте, надо затаскивать на корабли уже сейчас.
И тут тоже свои особенности. Что-то стоит держать подальше от теплых зон рядом с двигателями, что-то — от влажности верхних палуб. Какие-то продукты и вовсе приходилось прятать и от того, и от другого. Просто было только с консервами, с которыми можно было делать что угодно… Смотрю на каждый загруженный корабль, что отходит в море, и сердце кровью обливается. Столько сил, столько ресурсов, столько жизней и судеб во все это вложено — если что-то пойдет не так, я себе просто не прощу!
— Катим! Дружно!
Мимо по третьей железнодорожной ветке как раз протащили платформу с очередным контейнером. Там, где было можно, мы использовали паровозы, но вот тут, рядом с морем и по причалам до кранов — уже только вручную. И так везде… Делаешь машины, какие-то проблемы решаешь с их помощью, но без человека рядом все равно ничего не получается довести до конца.
— Хорошенько смазывай! Не жалей!
А это с другой стороны. Там контрольный пункт, проверяют упаковку и состояние грузов — сейчас вот нашли партию недосмазанных двигателей. За час исправят, изменения в сроки погрузки внесут. Ну а с виновниками, из-за которых мы могли лишиться двадцати двух моторов, уже отдельно разберутся. Что там было, просто желание слить немного масла себе — и куда только они собрались его тратить! — или же что похуже, и диверсию кто-то заказал, неизвестно.
Вопросы возникали постоянно. Бывали и несчастные случаи, но процесс шел.
Вся погрузка припасов заняла четыре дня, и это при том, что часть из них как приехала на кораблях, так мы ничего и не выгружали. И как только все собрались, первая половина нашей армады под прикрытием броненосца «Сикисима», двух крейсеров и отряда миноносцев вышла в открытое море. Теперь по плану был положен перерыв в два дня, чтобы эта, более медленная, часть нашего флота успела немного оторваться. А потом начнется погрузка пехоты.
Батальон за батальоном, и отдельно две механизированные роты сразу вместе с техникой. Для них специально доработали под быструю погрузку и выгрузку броневиков пароходы «Байкал» и «Онега».
— Японская часть грузов тоже уже в море, — доложил Лосьев, вынырнувший из толпы вместе со стопкой телеграмм.
— Есть новости по «Микасе»?
Адмирал Того в последний момент загнал японский флагман в доки на осмотр. Как тут же написал князь Ито, исключительно чтобы отвести от себя подозрения, что они тоже куда-то плывут. Но почему-то у меня были подозрения, что все тут не так просто, а под рукой, как назло, не было никого со связями по ту сторону Желтого моря.
— Нет, — вместо Лосьева ответил подошедший с ним вместе Корнилов и отвел взгляд в сторону. Он делал на своем новом месте все, что мог, но Лавру Георгиевичу просто не хватало опыта. — И еще иностранцы, — он поморщился. — Мы закрыли территорию порта, но они как тараканы. Лезут и лезут, якобы случайно. Только сегодня выловили двух французов, которые на лодке — на веслах! — приплыли чуть ли не от самого Гайчжоу. Флот тоже докладывал: отогнали почти с десяток английских и французских кораблей.
Я только глаза прикрыл: еще одна польза от того, что Николай в итоге все узнал — я получил прикрытие со стороны флота. И, честное слово, сейчас я даже не представляю, как бы иначе справлялся только своими силами. Японцев бы англичане точно не испугались, по-настоящему те топить никого бы не стали. И что в итоге? Грузить корабли и делать вид, что мы куда-то тайно плывем, когда на нас будут таращиться с десятков палуб. А то и следом решат прогуляться.
Надо будет передать искреннюю благодарность адмиралу Рожественскому, который и организовал все на высшем уровне. А заодно добавить новую программу в эфир как основной, так и неофициальной радиостанций. Пообсуждаем, кто и что думает о маршруте японской армады. А то последние новости о том, что русские торговцы захватили у Мексики целый город и сейчас торгуются о его возвращении с Порфирио Диасом, уже начали приедаться.
