ЭХО-012. Книга I (СИ) - "allig_eri"

Эби вздохнула, когда народ направился на выход.

— Снова облом, — проворчала она. — Почему в фильмах что ни паб, то драка, а в реале такого вообще не происходит?

— Потому что владельцам не нравится, когда такое случается, — хмыкнул я. — И они всеми силами препятствуют подобному.

Лично я был рад, что обошлось без потасовки. Плевать, что уверен в себе — суперкостюм и возможность замедлить время давали мне существенную фору. Просто… на кой-хер оно мне надо? Случайно кому-то рёбра сломать, чтобы получить очередной судебный иск? Не, я пас!

Остаток вечера провели дома. Трой вернулся поздно, быстро ушёл к себе, но я заметил фингал у него под глазом, не преминув сказать об этом Эби.

— Может свои же врезали? — хмыкнула она. — Он, кажется, не стремился поддержать их в том наезде.

— Возможно Трой не такой уж идиот?

— Угу, а летом идёт снег. Совсем уж херни не говори?

Ночью Эби быстро уснула, а я пялился в потолок, думая о завтрашнем дне.

Утро прошло в спешке и суете. Вроде бы никаких проблем с тем, чтобы встретиться с матерью, — особенно чужой для меня! — но во всём теле ощущалось волнение. Эби, несмотря на улыбку и привычные шутки, недалеко от меня ушла.

Ничего удивительного, что мы вышли заранее.

Одри проживала в Бруклине, в довольно неплохом районе, хотя дом был не из лучших и уже довольно старым: пятиэтажка из красного кирпича, в которой почему-то расположился лифт с западающими кнопками.

Эби предложила купить вина, чему я не возражал, хотя по финансам после вчерашнего ощущался дефицит.

— Нервничаешь? — уже не в первый раз спросила она.

— Мы сейчас оба, считай, впервые знакомимся с моей матерью, Эби.

— Это же твоя, — сделала она акцент на последнем слове, — мать.

— Угу. От этого лишь труднее.

Она хмыкнула.

Нас встречали. Одри выглядела довольно молодо и широко улыбалась. Вид Эби вызвал ощутимое удивление, но будто бы приятное.

— Иэн, — обняла она меня, — снова похудел!

— Соблюдаю режим питания, — едва заметно растянул я губы в подобие улыбки. — Это Эби, — и положил руку девушке на плечо.

— Очень приятно, миссис Лоуфорд, — подала она вино. — Это вам!

Одри заохала, будто мы преподнесли ей ключи от новенького «Мерседеса».

— Не стоило, я сейчас… э-э… предпочитаю особо не пить.

— Приятные новости, — зашёл я за матерью в квартиру, которая тут же пробудила воспоминания тела. Казалось, я знал каждую мелочь, которая здесь была. Ну, по большей части. — Надеюсь не из-за проблем со здоровьем?

Пахло жареным мясом и овощами, желудок тихо пробулькал, намекая, что идея ничего не есть с самого утра была вполне себе достойной — сейчас больше влезет.

Конечно же мы не разувались, к чему я уже немного привык, хоть и приходилось, бывает, себя ломать. Когда у меня будет своя квартира, я точно не буду ходить внутри обутым! Бред же, бред!

— Боюсь, — раздался незнакомый голос, в первый миг заставивший напрячься, — это моя вина.

Из кухни вышел мужчина, лет сорока, в синей рубахе и тёмных брюках. Смуглый, чуть ниже меня, с усами и аккуратно подстриженной бородой. На висках едва заметно проступало серебро седины. На губах — мягкая улыбка.

— Израиль Белстоун, — протянул он мне руку.

В голове пронеслись все стереотипы, которые я когда-либо слышал. За обе жизни!

— Иэн Лоуфорд, — ответил я, не ожидая встретить тут ещё одного человека.

— Сегодня день знакомств, — чуть нервно хохотнула Одри. — Не ожидала, Иэн, что ты тоже приведёшь… э-э… девушку.

— И я тоже окажусь смуглой, — добавила Эби. — Похоже на семейную черту.

Смех Одри стал ещё более натянутым.

Я по инерции оглядел гостиную, примечая свои детские фото на стенах, телек на тумбочке, диван с пледом, заправленным под подушки, полки с книгами — явно не для интерьера, ведь корешки выглядели ощутимо помятыми.

Внимание привлекли разложенные карты Таро и висящий у окна ловец снов.

— Кхм, — откашлялся Израиль, — соус будет готов через пять минут.

— Ты сам готовишь? — удивился я. — Мам, тебя прогнали с кухни?

— У него получается лучше, — слабо улыбнулась она. — Во всяком случае куда необычнее.

— Всё дело в специях, — мужчина отошёл, оставив нас одних. — Не переживайте, я всё адаптировал. Не все любят кумин в таких количествах.

— Акцента не чувствуется, — заметил я, когда мы остались одни.

— Иэн, — устало вздохнула мать.

— Может присядем? — солнечно улыбнулась Эби. — О, а это что, Таро? Обожаю гадание!

— Ах, сын не говорил тебе? — переключилась Одри. — Я увлекаюсь магией. Видишь ли, деточка, в картах можно многое увидеть…

Боже, — мысленно поморщился я, — она из «этих».

Ладно, не всё так плохо. В чём-то «они» даже оказались правы. Жизнь после смерти есть. Доказано.

Усевшись на диван, я позволил женщинам вести диалог, на миг задумавшись, может стоит заглянуть на кухню, к… Израилю?

Ага, — насмешливо выдал внутренний голос, — мужики на кухне, бабы болтают в гостиной. Не находишь, что должно быть ровным счётом наоборот?

Мне нечего было возразить. К тому же, тема снова успела смениться.

— Как твои дела, Иэн? — спросила мать. Мне почудилось, что вопрос совсем не праздный и за ним, как за троянским конём, сокрыта прелюдия к расширению дыры в моей заднице. Очень неприятное ощущение, от которого не спасал даже костюм, привычно надетый под одежду.

— Неплохо, — попытался я добавить в слова эмоций. — Даже хорошо, я бы сказал.

— О, выиграл на ставках? — в её словах ощущался плохо скрытый яд.

Началось!

Глава 28

Карты (Таро), деньги (кредитные), два ствола (оба чужие)

— О, выиграл на ставках? — в словах Одри ощущался плохо скрытый яд.

Началось!

— Иэн уже давно не играет, — заметила Эби. — Именно поэтому мы и… сошлись.

— Деточка, поверь, я лучше знаю жизнь, — поучительно добавила Одри. — Так легко от зависимостей не избавляются. Посмотри на этих… наркоманов и запойных пьяниц. Могут годами не пить, а потом срываются и всё. Живут на дне бутылки или шприца.

— Тоже самое случается и с совершенно обычными людьми, — улыбнулся я, не собираясь спорить. — Никто не застрахован от искушений судьбы.

Одри наклонила голову, с любопытством меня изучая.

— Она хорошо на тебя влияет, — заметила мать. — Стал спокойнее.

— Так это была попытка провокации? — выгнул я бровь.

— Боже, я просто спросила, как у тебя дела! — взмахнула она руками. — А то совсем перестал звонить, заходить просто так и…

— Навалилось всего, — оборвал я её, выдавив улыбку. — Лучше расскажи о себе. С каких пор решила показать своего ухажёра?

— А ты свою?

— Ты первая.

Эби рассмеялась.

— Видно родство! — вставила она.

— Мы с Эби были соседями, но недавно всё изменилось, — поддался я, решив начать первым. — Хотя с другой стороны, изменений почти нет. Просто…

— Добавилась постель, — заявила Эби, прерывая меня.

— И совместные прогулки.

— Пока без особых планов, — пожала она плечами.

— Слишком рано и быстро, — добавил я.

Одри вытянула губы, беззвучно говоря: «О-о».

— Впечатляющая демонстрация, — цокнула мать. — Лихо наловчились друг за другом договаривать.

— Эм-м… само выходит? — пожал я плечами.

— Он стесняется, но мы над этим работаем, — подмигнула Эби.

Запахи стали сильнее. С кухни показался Израиль, несущий поднос с кучей еды. Я узнал запечённую курицу с ломтиками картошки, несколько разных салатов и… всё. Остальное выглядело незнакомо, но пахло на диво аппетитно.

— Мансаф, — гордо заявил мужчина. — Ягнятина с джамидом, традиционно подаётся на тонком шараке с булгуром. Добавил немного миндаля — сугубо для вкуса.

— Я поняла только про миндаль, — невинно заметила Эби. — Расшифровка будет?

— То есть, — хмыкнул я, — ты не знаешь даже про ягнятину?

Она толкнула меня коленкой.

— Мясо со специями на лаваше, — улыбнулся Израиль. — И рис.