Анна подняла руку, я кивнул, и она заговорила:
— Позвольте и мне. Мои способности прямо пропорциональны уровню. Кстати, у Натальи тоже.
— Плюс двое, — сказал я.
Слово взял филиппинец Алехандро Магсайсай, средних лет, невысокий, жилистый, с двумя седыми полосами, перечеркивающими черные волосы от висков и до затылка, словно он специально так покрасился.
— Позволь, Денис, я выскажусь. Может, я должен был помалкивать, но считаю справедливым привлечь внимание к вопросу. Нас тут десять мужчин, тех, кто был в заложниках у клана «Щит». Мы ничем себя не проявили, поскольку у нас не было возможности. Я и сам понимаю, мы безнадежно отстали от вас и являемся балластом. Но нам не хотелось бы быть балластом! Позволь прокачаться и проявить себя! Понимаю, бездушные нас переросли и убьют, но иначе мы так и будем нахлебниками…
Абай поднял руку.
— Готов идти в сопровождение!
К нему присоединились остатки клана «Свои» и Тетыща, поскольку сами недоразвитые филиппинцы местным бездушным на один зуб и уж тем более — скейрам, если таковые нападут.
Образовались три группы: боевики, бойцы, потерявшие уровни, и бойцы в перспективе.
Я попросил вывести их списком, чтобы оценить масштаб катастрофы. Да, он впечатлял. Не считая женщин и Магсайсая, их было десять.
Антонио Манансала, претендент 10-го уровня;
Луис Кабрера, претендент 11-го уровня;
Карлос Дельгадо, претендент 13-го уровня;
Фернандо Малабанан, претендент 14-го уровня;
Эдуардо Пангилинан, претендент 15-го уровня;
Мигель Сантос, претендент 10-го уровня;
Рауль Бакунаван, претендент 12-го уровня;
Даниэль Виллар, претендент 11-го уровня;
Хосе Луис Бакани, претендент 12-го уровня.
Все эти люди изъявили желание прокачиваться. Броневиков у нас не осталось, значит, им придется занять четыре машины с учетом группы сопровождения. Плюс мы займем три, чтобы не тесниться.
Есть ли у нас столько? Должно быть, учитывая раздолбанные легковушки, на которых они приехали. Мы выдвинемся на БТСе и джипе.
— Советую закупиться щитами, — сказал я. — И холодным оружием. Огнестрел против бездушных неэффективен. Пятнадцать минут на сборы — и выдвигаемся. Ориентируетесь на меня, я умею подчинять бездушных и управлять ими. Я ловлю такого, вытаскиваю к вам, вы его разбираете — он не сопротивляется.
— Вот это да! — восхитилась Наталья. — Не умение, а мечта.
— Вооружаемся, собираемся, — повторил я для всех и напомнил: — Поскольку поблизости бродит Костегрыз, нас будет сопровождать мой питомец Виракоча, не пугайтесь.
— Мао? — спросил Крош, видимо, о том, идет ли он со мной.
Потянулся, выгнув спину, выпустил когти. Я погладил его по гриве.
— Идем, львиная ты башка!
Спустя пятнадцать минут проверили машины, оставленные на дороге за куполом, отобрали более-менее исправные и собрались выдвигаться навстречу приключениям. Как обычно, Лиза проводила меня, поцеловала и пожелала удачи.
Удача-то у меня проапгрейдилась, теперь чаще будет перепадать всякое полезное.
— Сейчас появится моя зверушка, не переживайте.
Мысленно я призвал Виракочу — вздрогнула земля, и над джунглями возвысился титан. Питомец, видимо, отдыхал. Экономил ресурс. Как-то я не подумал, чем же нам его прокормить.
И тут произошло странное: Виракоча поднял лапищу и…
— Мне одной кажется, что тварь нам помахала? — удивилась Вика.
Виракоча прижал пятерню к груди и поклонился.
— Он что, разумный? — не поверила своим глазам Руфина. — Или, Денис, это сделал ты? В смысле, приказал ему?
— Нет, не я. И больше никто не умеет управлять бездушными…
— Кроме скейров, — подсказал Тетыща, и я сразу же скомандовал:
— Колонна, стоп! Возможная опасность: скейры.
«Фазовым взглядом» я пробежался по окрестностям, но не обнаружил поблизости никого крупнее попугая.
— Никого, — отчитался я.
— А если они в невидимости? — спросила Вика. — Версия, что титан умный, мне нравится больше, чем вероятность нападения скейров.
— Что делаем? — спросил Дак, который был за рулем машины, где ехала на прокачку вторая группа и Анна с Натальей.
Можно было бы проверить, я уж и собрался, но решил отложить на потом, потому что нас ждали более важные дела.
— Выдвигаемся, — скомандовал я, и колонна из семи машин тронулась с места.
За ней, сотрясая землю и выискивая врага, шагал Виракоча.
— Далеко ли Костегрыз? — спросил Тетыща.
— Поблизости его нет, — ответил я. — Костегрыз не дурак. Он проверяет противника на прочность и, как только понимает, что не сдюжит, сматывается. Это не раз спасло ему жизнь.
— Значит, не одному мне показалось, что титаны ведут себя более-менее осмысленно, — проговорил Рамиз.
— Фигня, — не согласился Сергеич.
— Недостаточно информации, чтобы делать выводы, — сказал я. — Бездушные стали покидать поле боя, понимая, что противник сильнее, в первую неделю Жатвы, точно это помню. Разум ли это или прошитая программа, непонятно. Давайте вернемся из Мабанлока, и я изучу вопрос подробнее.
Я глянул в окно, наблюдая, как Виракоча сопровождает колонну.
Одновременно я шарил «Фазовым взглядом» по окрестностям, выискивая бездушных для прокачки. Никого. Ни ползуна, ни амбала, ни другой нечисти. Всех выбил Костегрыз. Наверное, и Виракоча присоединился — надо же ему как-то восстанавливаться, бездушные — каннибалы.
В общем, бездушные обнаружились только в тоннеле, где прятались от титанов. Сразу три штуки. Я без труда взял их под контроль, включив «Сокрытие души».
Вышли нюхач 35-го уровня, амбал 27-го и щелкун 31-го, я аж ностальгию испытал — родные все рожи, как давно я вас не видел! Можно сказать, соскучился!
— Первая группа, бойцы, — распорядился я, — нюхач ваш. Вторая группа, слабая, атакуйте щелкуна, он вас не тронет. Просто бейте его, пока не расковыряете. Если я вам помогу, урон запишут мне, вам достанутся крохи.
Машины остановились, и началось избиение бездушных.
— Слабые места нюхача — основание черепа, где башка соединяется с позвоночником, — подсказал я. — Щелкуна — нижняя челюсть, глаза, сухожилия под коленями и на локтевых сгибах.
Началась расправа. Бездушные не шевелились, даже не моргали, люди шуршали, лязгали металлом, матерились. В итоге первыми справились профессиональные бойцы из первой группы. Разобрали нюхача только так, но получили лишь очки упокоений, потому занялись амбальчиком.
Только разделавшись с ним, все подняли по уровню. Младшая группа снесла щелкуну только 22% «активности». Ковыряли они его минут десять, зато все левелапнулись. Араб так сразу 5 уровней поднял и чуть не воспарил от счастья. Но чем выше уровень, тем медленнее прокачка.
— Завидно, — пожаловался Макс, вздохнул. — Руки чешутся.
Рамиз сказал:
— Успокойся, дай мужикам прокачаться.
— Едем дальше, — распорядился я.
Даниэль Виллар похвастался:
— Видели бы вы, как мы тут все расчищали! Тоннель был завален машинами! Приятно, что все не зря.
Я сказал:
— Очень хотелось бы, чтобы наша поездка принесла результат.
И подумал: «Интересно, что я должен исправить?»
Скоро узнаем.
Эпилог
По ту сторону тоннеля бездушные стали попадаться чаще, все посильные для наших «малышей», которые накидывались на них с остервенением и разбирали.
Я смотрел на них и жалел, что у нас так мало времени, — хорошо ведь работают! Гораздо больше пользы от них было бы, прокачайся они хотя бы до сороковых уровней. Но что имеем, то имеем. Будем работать с тем, что есть.
По серпантину мы спустились в частично разрушенный Мабанлок и двинулись колонной: в авангарде БТС, прикрывает Тетыща на джипе, в середине самые слабые. Бездушные тут были, но нападали не все, приходилось их вытаскивать из нор, подчиняя и приказывая не двигаться.
