— Ты, конечно, соглашение нарушить не успел! — сказал Игорь, повернувшись к Дурсу. — Но я знаю, что ты собирался. Просто не успел. Поэтому условия для тебя будут те же, что и для Сеэта. Снимай доспех и уходи. У тебя есть шесть дней, чтобы накопить пять тысяч УЕ для оплаты выхода. И больше я не хочу тебя видеть! Выживешь и уйдёшь — считай, молодец. Не выживешь — плакать никто не будет.
Дурс, может, и хотел бы поартачиться, но не стал. Он молча стянул доспех и, кинув на землю, плюнул на него сверху. Символично и гордо, но выглядело как-то жалко.
— Тысвободен. Я освобождаю тебя от рабства! — объявил Игорь, сокрушённо мотнув головой, как бы показывая, что он думает о такой дешёвой гордости.
Раб Дурс, сын Кауса, освобождён!
Сделка между вами выполнена в полном объёме.
Дурс прочитал все сообщения Упорядоченного и ушёл. А потом, как на конвейере, Игорь продолжил разбираться с другими рингадами и кетами, участвовавшими в заговоре...
Каждый из них, появляясь, оказывался схвачен ополченцами. В считанные доли секунды он лишался оружия, а потом — получал свою долгожданную свободу. Каждому из них Игорь предварительно сообщал, что знает про задуманный бунт. И что подозревает их в поддержке бунтовщиков.
Несмотря на это, каждому из них давался выбор. Они могли остаться и служить дальше. В этом случае им вернули бы оружие, а ещё выделили место в казарме и небольшой оклад. В перспективе каждый из этих рабов мог дослужиться до большего оклада. А также получить свой дом в крепости, как другие жители. Но сначала надо было доказать, что им можно доверять.
А вот если бывший раб хотел покинуть узел, то лишался и оружия, и доспеха. И должен был уплатить стандартный налог для выхода с узла, который можно было собрать, пережив пять ночей.
Из Крепости Игорь больше никого не гнал. Хочешь оставаться — оставайся. Разрешено было даже охотиться в окрестных лесах, чтобы с голода не помереть. И только перед уходом всю добычу надо было сдать за вознаграждение, пусть и небольшое.
Озвучивая условия, Игорь чувствовал себя каким-то капиталистом-эксплуататором, который раздевает своих работников до нитки перед увольнением. Ну или просто не выплачивает положенную зарплату и компенсацию за отпуск, выпинывая на улицу.
С другой стороны, приходилось руководствоваться принципом: «С паршивой овцы хоть шерсти клок». И успокаивать себя тем, что обернись всё иначе — и эти же самые кеты и рингады убивали бы его людей.
В результате ещё двенадцать рингадов и десяток кетов остались. Правда, они не хотели больше ни с кем воевать. Зато у них были полезные навыки. Да и защищать крепость от хтонов они не отказывались.
А все остальные решили уходить и сняли доспехи. Игорь не стал оставлять их без крыши над головой на следующие шесть дней. Он приказал выделить бывшим рабам места в казарме, а ещё кормить их утром и вечером. Правда, порции были им положены небольшие, но даже такой шаг навстречу можно было считать благодеянием.
Наконец-то решив вопрос с бывшими рабами, Игорь отправился ужинать. А после этого он мечтал выспаться и отдохнуть… Однако не судьба: как правителю узла, ему нужно было срочно решить ещё одну задачу. Вместе с Эрином и Стражем он спустился во двор, где их уже ждал дежурный отряд ополченцев.
Игорь призвал три десятка фердиатов. Им он приказал стоять в сторонке и строить зверские рожи. Что, кстати, здоровяки с удовольствием выполнили. Им, похоже, это даже нравилось…
Вообще фердиаты были долбанутыми на всю голову. Как объяснил Страж, они не просто воевали против ф’дара, причём с немалым успехом. Фердиаты нередко совершали набеги на его узлы, брали рабов и грабили поселения.
Женщины в обществе этих суровых воинов котировались лишь как рабская сила. Поэтому фердиатов нечем было шантажировать. Всё, что можно было у них отобрать — это жизнь, которую они и без того не особо ценили.
Ведь всё, кроме войны, фердиаты считали скучным. Пить? Скучно! Брать женщину? Если не с боя, то скучно! Вся их культура была культурой войны.
И в итоге ф’дар придумал, как обратить их буйный характер себе на пользу. Он предложил им сделку. Фердиаты становились рабами-воинами, а их выводили из рабских вместилищ только перед битвой. Здоровяков устроило предложение бесконечно воевать. И бросив свои хозяйства, они отправились служить. Причём, почти в полном составе. Лишь немногие из них поняли, чем это грозит их народу. Но добить таких умных труда не составило...
В общем, призывая фердиатов «на постоять», Игорь сильно рисковал. Если здоровяки решат, что условия их сделки не выполняются... Однако всё вышло неплохо. Воины корчили рожи и пугали даже ко всему привыкшего Игоря. И им это явно нравилось. А значит, недовольства с их стороны можно было не ждать.
Их зверские рожи нужны были Игорю, чтобы без проблем заменить освобождённых рабов. Нельзя было рисковать обороноспособностью. Поэтому Игорь достал три ящика: один с отрядом кетов и два с рингадами. А затем выбрал и активировал первых попавшихся бойцов, чтоб узнать, кто у них командиры.
А уж потом Игорь вызвал командиров и приступил к переговорам... Он учёл предыдущие ошибки. И очень надеялся, что это позволит привлечь большую часть бойцов на свою сторону.
— Приветствую вас, воины, — сказал он, когда командиры кетов и рингадов перестали оглядываться по сторонам. — Вы уже бывали здесь. Раньше это место называлось Цитадель Стражей. И, кстати, Стража вы наверняка помните. Меня зовут Игорь, сын Алексея Калинина, и я — правитель узла Священной Пирамиды. А как зовут вас?
Командира кетов звали Горах, а командиров рингадов — Вап и Дун. Игорь снова решил не скрывать от них правду. Он кратко обрисовал ситуацию, заодно сообщив о том, что сменился эон.
— Да, вы служили ф’дару из страха за свои семьи, но больше вам нечего бояться, — не давая рабам опомниться, продолжил Игорь. — И каждый из вас, уверен, хотел бы стать свободным человеком. И я готов сделать вас свободными. Я даже готов сделать это прямо сейчас… Ну или, точнее, завтра с утра, потому что сегодня был тяжёлый день.
— Так что тебе мешает, правитель? — взглянув из-под густых бровей, спросил Горах.
— Есть две причины, — оповестил их Игорь. — Так повелось, что все, кто уходит с узла, традиционно должны оплатить пять тысяч универсальных единиц.
— Что?! — возмутился Вап, а остальные командиры сделали недовольные лица, но промолчали.
— Да! Знаю, эта цифра выглядит нереальной, но… Это особый узел. За пережитую ночь здесь каждому, кроме рабов, Упорядоченное дарит тысячу единиц. А значит, за пять дней вы легко наберёте эту сумму… — Игорь посмотрел на командиров, заметив сомнения в их глазах. — Вы не первые, с кем я разговариваю. До вас нам служил один отряд кетов и один отряд рингадов. Я обещал им, что они будут свободны, как только выполнят ряд условий. И я выполнил своё обещание.
— Мы сможем пообщаться с сородичами? — уточнил Горах.
— Конечно, — Игорь пожал плечами. — Не вижу никаких препятствий.
— Так что ты хочешь, правитель? — спросил Дун. — Ты сказал, что есть две сложности, а назвал только одну…
— Вторая сложность заключается именно в том, что предыдущие отряды служили мне до того, как получили свободу, — ответил Игорь. — Служили больше шестидесяти дней. Было бы крайне несправедливо по отношению к ним освободить вас сразу.
— Служить — значит, рисковать своими жизнями! — заметил Горах.
— Увы, рисковать жизнями придётся каждому из нас! — ответил Игорь. — И тем, кто свободен, в том числе. На узел вторгаются хтоны. Стоит вам освободиться, и вы получите массу задач от Упорядоченного. Ваши сородичи расскажут вам, каких именно. А в случае нашего поражения, штрафы лягут и на вас тоже, даже если вы уйдёте. Так что я предлагаю вам два месяца службы. Я готов завтра призвать вас, чтобы вы всё обсудили со своими бойцами и пообщались с сородичами.
Правитель узла сделал паузу, чтобы командиры успели оценить ситуацию. А затем продолжил:
