Командор (СИ) - Киров Никита

— Слава Небожителю Моктару! — раздавались отдельные голоса, когда машина проезжала мимо.

Ещё встречались знамёна, где была изображена глефа — современный герб имперского государства Калуроса. А ещё — это оружие Небожителя, который раньше правил ей.

— Чёрный Волк! Чёрный Волк! — продолжали скандировать войска.

Солдаты совсем не походили на наших. Многие в возрасте, многие носили бороды.

Единой формы не было вовсе, а некоторые вообще были облачены в стальные нагрудники.

А их вооружение — кошмар для логиста. У некоторых были винтовки, как заряжаемые обоймой, так и однозарядные. А у некоторых были автоматы старинного образца, с пузатым барабанным магазином. Не самые надёжные на своё время, но очень дорогие. Видел и пулемёты с кожухами водяного охлаждения и более старые, с блоком стволов, который вращался при повороте рукояти.

И ещё у каждого солдата при себе был меч или сабля. Штыков нет вообще.

— Чёрный Волк! Чёрный Волк!

Я понял, почему всё так странно. В те времена не было имперской армии и РВС. Каждый глава Малого Дома собирал своё собственное ополчение, когда ему приказывал Наблюдатель Великого Дома.

Отсюда никакой унификации. На что хватило денег, с тем и посылали в бой. Да и не было смысла закупать самое дорогое, ведь исход боя решали Небожители, а не армия. Даже первые танки не были для этих полубогов угрозой.

Но скоро всё изменится. Я знал это, но люди тогда об этом и не думали.

— Чёрный Волк! Чёрный Волк!

Крики постепенно затухали. Мотоповозка ехала дальше, оставляя войско позади.

Впереди показались чужие знамёна. На них можно было разглядеть ветвистое кольцо, разделённое на восемь частей, внутри каждой было собственное оружие. Это герб Юнитума, эмблемы правящих Небожителей под властью Таргина Великого. Герб почти не поменялся с тех пор.

Мотоповозка остановилась там, где ждали парламентёры, между позициями двух армий. Парламентёров трое: молодая светловолосая женщина в кожаной куртке и двое усатых мужчин в военной форме старинного образца.

Все трое держали оружие Небожителя с красными клинками, чуть прозрачными, от которых исходило едва заметное свечение. У женщины было копьё, у одного из усачей — длинная алебарда, у третьего — меч.

И меч был необычный: его лезвие было разделено на сегменты и свисало вниз до самой земли, как хлыст. Но владелец поднял его, и сегменты собрались сами, со щелчком образовав клинок.

У того, через чьи глаза я смотрел, в руках появилось такое же оружие — глефа. Очень длинная и тонкая, но вряд ли она погнётся от удара. Лезвие, должно быть, очень острое. От одного взгляда порезаться можно.

Но не это главное оружие этого Небожителя, которого все называли Чёрный Волк. Он способен на другое.

— Ты нарушил Кредо Небожителя! — грубо произнёс усатый с алебардой.

— Знал бы ты, что сделал наш отец, — с усмешкой ответил Чёрный Волк.

— Отец готов тебя простить, — произнесла женщина. — Вернись, и Таргин примет тебя назад. Просто отведи свои войска.

— Знаете, какой у него план? — голос Чёрного Волка звучал спокойно. — Таргин создал Небожителей из осколков своей души, чтобы наши предки захватили для него континент. А теперь он хочет все осколки назад. Он нас предаст и уничтожит. Одного за другим.

— Как ты смеешь так о нём говорить? — взорвался тот, что был с алебардой. — Да я тебя…

— Молчать, — отрезал голос, и Небожитель с алебардой отшатнулся. — Поэтому он создал меня. Разбил свой осколок ещё на один. Чтобы я смог сожрать ваши души.

— Ты безумен, Моктар, — женщина покачала головой.

— Так и есть. Это он меня таким сделал. Хотел, чтобы я поглотил силу, а он бы потом забрал всё это у меня. Но он испугался, что я стану сильнее его. И прислал вас меня добить.

Все трое переглянулись.

— Моктар… — начала было женщина.

— Но он не отступился от своего плана, поэтому занялся тобой, Агли Дерайга, — Моктар указал на женщину. — Ты беременна, но твой ребёнок уже получил осколок сущности пожирателя. Когда он вырастет, то уничтожит всех нас, и Таргин…

— Замолчи! — воскликнула она.

— Если ты не сдашься прямо сейчас, — мужчина с мечом поднял оружие, — придётся начать бой.

— Конечно, — Моктар усмехнулся. — Но знай, что ты следующий, Тэрта. Потом ты, Фойл, — он перевёл взгляд на того, что с алебардой, и посмотрел на женщину. — А вот ты умрёшь уже скоро, Агли. Но твой сын изменит всё. Запомните это, вы все. Когда будете умирать, вспомните, о чём я предупреждал.

Они попытались напасть, но отшатнулись, когда увидели яркую вспышку в горах. А после побежали назад.

Целая армия отступала, ведь Моктар применил свою способность…

И вокруг меня снова темнота, очень плотная и густая, но вдали мерцали огни, тусклые, как звёзды в небе.

Что я только что видел?

Но если подумать, то сопоставить всё не составит труда, ведь я же изучал историю Юнитума.

Восстание Небожителя Моктара, которого называли Чёрный Волк из Сидара, было первым восстанием Небожителя против власти Таргина. И самым кровавым.

Оно длилось долго, и погибли десятки тысяч человек. Сам Моктар взорвал месторождения игниума в горном хребте, вызвав такую сильную реакцию, что игниум растопил ледяные шапки в горах и затопил долину.

Но в конце концов его убили.

А через двадцать лет восстал Небожитель Тэрта, тот самый, который был вооружён мечом-хлыстом. Затем на столицу пошёл Павел Громов, начав Войну Небожителей, в который победил и стал императором. И, как говорят, его матерью была одна из Небожителей рода Дерайга. Та женщина с копьём…

Так что Чёрный Волк мог быть прав.

Темнота загустела, а огоньки вдали стали мерцать сильнее. Но это не звёзды. Это пустые свечи духов, которые манили к себе.

Дух Небожителя Моктара решил со мной поговорить.

— Каждый человек после смерти оказывается в этом месте, — раздался голос поблизости. — И если бы он видел то, что видишь ты, он бы легко нашёл свечу, в которой мог бы поселиться. Но духи слепы, и находят свечи только по чистой удаче, а кому не повезло, уходят в игниум. Зато каждый Небожитель видит, где поселиться.

— Кто ты? — спросил я. — Ты тот самый Моктар? Чёрный Волк?

— Да. Кто ты, я не знаю. Зато вижу, что отец с тобой. Тот, кто называл себя нашим отцом. И постой. Я вижу три души. Откуда третья?

Я не видел его самого, но тьма передо мной будто становилась гуще, заслоняя собой свечи. И это голос того человека, который был в воспоминании. Но сейчас он был пропитан горечью и язвительностью.

— Ты заманил его в ловушку. Хитро. Он теперь привязан к тебе и так легко не вырвется. Значит, к тебе подселили пожирателя. Вот она, эта третья душа. Чувствуешь голод, когда здесь? Я тоже. Так же сделали со мной.

— Что это значит?

— Таргин сделал меня Небожителем, а затем добавил осколок пожирателя. Но твой пожиратель хитрее. Он таился много лет, чтобы Таргин не почувствовал подвоха. Поэтому ты и сам не знал о нём. И он, — голос стал задумчивым, — он не один из нас. Его не было среди изначальных Восьми.

— Откуда ты знаешь?

— Когда умрёшь, поймёшь сам, что знают духи мёртвых. Это не понять живым. Но мне нравится это видеть. Таргин хотел, чтобы я уничтожил всех и вернул ему силу. Но я отказался. И вот я здесь.

Он хочет поговорить, ему надоело одиночество. Но пока мы здесь, снаружи идёт бой, а его дух в свече стоит на бомбе, готовя реакцию для взрыва. И если воспоминание мелькнуло быстро, то сейчас время затягивалось.

— Твою душу используют, чтобы взорвать бомбу, — сказал я.

— И что? Это же хорошо. Я сражался против империи, и теперь она умрёт. А когда умрёшь ты, то личность Таргина исчезнет навсегда, останется только твоя. И меня это устраивает. Я всё равно не понимаю мир снаружи. Он изменился. Не расстроюсь, если он исчезнет.

Упрямый он, да и что ему терять? Даже, наоборот, он своим бездействием добьёт давнего врага. Ему нет смысла помогать мне.