— На нас нападают?
— Не знаю, но я их бо… не люблю. Я из древнего рода Лакомчевых, мне не пристало…
— А-а, забей, — прервал я её и пнул улитку по панцирю.
Та подвижным бесформенным телом выгнулась, вновь перевернулась панцирем вверх и продолжила неспешный путь, не обращая на меня никакого внимания.
Есть у меня… странный пунктик. Вот, не знаю, откуда это у меня. Наверное, очень плохое качество. Но… не могу я причинять кому-то вред первым. Прямо психологический барьер какой-то. И, если эти улитки будут отвечать мне в стиле Ганди, игнорируя бесноватого меня, то я тоже ничего с ними не сделаю. Не буду я рубить то, что мне никакого вреда не причинило.
— Ну же, хреновина. Я тебя не уважаю. Отомсти мне, — провоцировал я животину, но та и во второй раз встала после пинка и развернулась в противоположную от меня сторону. Само собой, наши скорости были несопоставимы, но свои чувства улитка мне показала.
Да блин…
— Так, Маруслава, тащи сюда тачку.
— Ты серьёзно?
— В прошлых кругах здесь была. Там где стройка, видишь?
Я глянул в сторону «стройки» рядом с домом Красноглазки.
— Тьфу ты…
Ручная тачка — прошлый век. Роботы строили привозя всё нужное для строительства с собой. Так что шиш мне, а не тачка.
— А почему просто не перевезти улитку на твоём байке? — спросила Маруслава.
Хм. А действительно, почему бы?
— Сторожи Красноглазку. Я сейчас… кстати, где Церхес?
Словно в ответ раздался смех парня, который катался верхом на одной из улиток. Самой жирной из заползших сюда. Отдельный вопрос, как эту метровую хрень грузить…
— Так… а как ты планировала его грузить на байк? — спросил я, сопоставляя размеры и отсутствие грузового отделения.
— Если тебе необходимо перевозить небольшой груз, доступна система балансировки, — сообщила система из кармана.
— А есть способ погрузить тушу сюда?
— Сейчас я свяжусь напрямую с устройством. Жди, — порадовал голосовой помощник.
В ответ на байке выдвинулись две панельки, и решётчатая сетка для груза. Всё равно маловат для самой крупной, но с большинством справимся. Сколько их тут всего? Один, два, три… всего шесть штук. Всё не так плохо. А нет, семь, восемь… Всё, теперь точно всё.
— Я не стану контактировать с этими существами, — заранее предупредила Маруслава.
— Тогда убивай.
— Почему я?
— Тогда не убивай и неси тачку.
Любопытно, что к самим улиткам система отнеслась с полным равнодушием. Ну ползают себе зверушки, и фиг с ними.
— Ну, вроде работает, — осмотрел я появившийся у байка багажник. Затем поднял первую улитку. Чуть не надорвался. Понял, что без акцессии не обойтись, и стал вызывать в себе сильные эмоции. Вспомнил Таню, загрустил, осознал, что так дело не пойдёт, и отошёл заказать чего-нибудь выпить.
Да, позор мне. Чтобы вымучить из себя какие-то эмоции, я прибегаю к местному сидру. Но я понял, что ресурс эмоций не безграничен, как мне раньше казалось. И вымучивать из себя эмоции, раз за разом вспоминая одно и то же, рано или поздно станет бессмысленно. Эмоций в перепрожитой несколько раз ситуации оставалось всё меньше.
Об этом я обязательно подумаю позже. Когда-нибудь. Но сейчас нужно было сделать дело, пока слова Маруславы не стали истиной.
32. Тени грядущего
Насчёт уничтожения всей зелени вокруг она сильно преувеличила. Не со скоростью улиток. Но суть была в целом верна, и, дай мы им пару дней, именно так бы в дачном кооперативе и произошло.
Идея насчёт алкоголя принадлежала Маруславе. По её словам местная выпивка имела одну интересную особенность подачи. К каждой бутылке прилагалась бесплатная таблетка с сильным сорбентом, мгновенно снимающим опьянение и похмелье.
Она же первой и заказала себе три бутылки. Так она оценивала грядущую работу и тот внутренний барьер, через которую ей придётся переступить.
Пошло чуть лучше. Перед глазами застыл образ Маруславы. Затем вспомнились вечера в теплице Тани, а затем я взял улитку и спокойно уложил её на байк.
— Вытряси на той стороне и возвращайся, — приказал я технике, и та поспешила внутрь картины Красноглазки.
Невозмутимость техники меня немного настораживала. Голосовой помощник кажется вполне разумным. Более чем достаточно для того, чтобы понять, что здесь происходит что-то странное.
К счастью или к сожалению, меня хватило в тот момент только на осторожный вопрос: «что думаешь по поводу этих улиток?». На что я получил скучный ответ, что объект в базе не обнаружен.
Ну, раз всем пофиг, то и мне нечего беспокоиться.
В ход пошла вторая улитка. Тяжёлая, сволочь. Но акцессия подтолкнула физическую силу и позволила сбросить её на байк.
Улитки оставляли за собой склизкий след на земле, от которого та покрывалась странной субстанцией, в которой я узнал признаки зарождающейся плесени. Существа как-то распространяли за собой нечто, что грозило перерасти в такое же болото, какое нарисовала Красноглазка.
Выходит, стоит нам с Маруславой и Церхесом оплошать с Красноглазкой, и от нас в Город пойдёт искажение, нарушающее эхо. И готово, новый кризис параллельно с задуманным сюжетом круга. Причём от стихии хаоса.
Может, Хаос с самого начала задумал проникнуть сюда и как-то захватить Город с помощью Красноглазки?..
То, что она у меня появилась — случайность. Даже, пожалуй, набор из случайностей. Благодаря Мирту я вышел к нужному месту. Благодаря предателю Ральфу, я остался один и был вынужден прятаться в той квартире от беспредельщиков.
То, что я на первом эхо с первого раза попал в осознанный сон — вообще чудо. Шанс на это был мал. Теперь я понимаю, что важны были и другие мелочи. Нервы и ожидание смерти. Настороженность, с которой я прислушивался к каждому шороху снаружи квартиры. Неудобная поза, в которой я прятался.
Всё это вместе — факторы, которые помогли мне сохранить сознание, когда меня вырубило. Так я нашёл Красноглазку. Но почему я решил взять её с собой? Как часто люди подбирают на улице раненых девушек без сознания и несут к себе домой?
Парадоксальным образом, обилие случайностей даёт полное право подозревать вмешательство Хаоса. Мелочи, которые так сильно повлияли на мой путь. Или… это влияние сказки Сивиллы? Ведь я у неё просил пути к силе. И вот, у меня невероятный прогресс для новичка.
После инцидента с улитками я подумал, что сдерживание нашими способами рано или поздно даст трещину. Если однажды оттуда полезет добрая хтонь хтонических размеров, мы её обратно можем и не затолкать.
Вдалеке виднелась стена с порталом. Мы с Маруславой вылили кучу краски над ним, чтобы тот, стекая вниз, закрашивался без прикосновения к портальной поверхности рисунка. Я так радовался, что это легко получилось, и вот теперь — картина просто проступила сквозь краску.
Я сделал глоток сидра с необычным цветочным привкусом. На вкус было отлично. Как яблоко с чем-то вроде сирени и лёгкой горчинкой трав. Цвет у напитка тоже был слегка зеленоватым. Аромат — будто в клумбу упал.
Пошёл за второй улиткой. Мысли не собирались, эмоций не было. Акцессия не спешила повышать физические параметры, улитка не поднималась. Я с тоской подумал о море, которое рисовала Красноглазка. Вот бы там было тепло и без лишних эффектов от воздуха!
Не заметил, как опустошил бутылку почти до дна, прежде чем решил поинтересоваться составом. Внимательно перечитал. Дважды. Выругался. Хотя, может, это и к лучшему в нынешней ситуации.
Помимо всего, что есть в обычном составе сидра, в наличии была некая эссенция забродившего сока дамианы. Название этого цвета я надолго запомню и буду впредь всегда смотреть на состав, прежде чем что-то пить в этом мире.
Взгляд сам переместился на усталую Маруславу, будто магнитом. А затем я поднял громадную тушу улитки и переложил на аэробайк. Умная машина сама знала, что ей делать дальше, и отправилась в картину, чтобы сбросить незваного гостя из иного мира обратно в его родной.
