— А теперь я уберу руку, и ты мне тихо расскажешь, где Ральф и есть ли ещё охрана в доме. Если понял — кивни.
Охранник медленно кивнул. Я убрал руку.
— Н-н-наверху, в с-спальне, — заикаясь, прошептал он.
— Ещё люди есть?
— Д-да, он т-там не один.
— С кем?
— С-с ш-ш-шлю…
— Понятно, — оборвал я. — Сиди тихо — будешь жить.
Я оставил охранника под пристальным присмотром пантеры, а сам аккуратно, чтобы не шуметь, поднялся на второй этаж. Найдя нужную дверь, прислушался. Внутри было тихо. Дверь оказалась не заперта, я медленно ее приоткрыл и заглянул внутрь.
На кровати спали двое. Сперва я разбудил ночную бабочку и проводил ее к охраннику на кухню. Затем вернулся наверх и, стоя у кровати со спящим Ральфом, раздумывал, как бы поэффектнее его разбудить. В итоге схватил за ногу и резко скинул с кровати.
Ошеломленный таким пробуждением, невысокий пухлый мужичок с круглым лицом и поросячьми глазками взвизгнул. Он попытался вскочить, но я остановил его, приставив к горлу раскалённый плазмоклинок.
Удивление быстро сменилось злобой. Его глазки сверкнули, и он прошипел:
— Ты хоть знаешь, кто я?
— Знаю, иначе бы не пришел, — холодно ответил я.
— Чего тебе надо, отброс⁈ Вали отсюда! И я, может быть, забуду про это! — Он заозирался. Не найдя подружки, стянул одеяло с кровати, прикрывая своё дряблое тело.
— Сперва я получу то, за чем пришел! — для придания большего веса своим словам я пнул его в живот.
Ральф согнулся, но злобно посмотрел на меня.
— Тебе п…ц, парень, я тебя из-под земли достану! — продолжал шипеть он.
— Видимо, ты неправильно оценил ситуацию. Не советую мне угрожать. — С этими словами я наступил ему на руку своим тяжелым ботинком и воткнул плазмоклинок в его раскрытую ладонь.
Он завизжал, как свинья. Я пнул его под дых еще раз, чтобы заткнулся. По лицу Ральфа текли слезы, он баюкал раненую руку, обматывая ее простыней, которая быстро пропитывалась кровью.
— Чего тебе надо, сволочь⁈ — провизжал он.
— Верни то, что должен, и уйду, — спокойно озвучил я свои требования.
— Я никому нечего не должен! — продолжал визжать Ральф.
— Еще раз заорешь — и забудешь про баб навсегда! — я активировал плазмоклинок и указал им на его пах.
— Ладно-ладно, говори, зачем пришел.
— Синтэксы за страховку рабочего, который сегодня пострадал у тебя на фабрике. Быстро!
Он встал, прижимая руку к груди, и, таща за собой простыню, направился в угол комнаты. Скинув со стены здоровой рукой картину, скрывавшую кодовый сейф, стал набирать цифры. Когда дверца открылась, порылся внутри и достал оттуда пару пачек синтэксов.
Когда он протягивал их мне, я заметил его довольный и надменный взгляд. «Что-то тут нечисто», — подумал я, забирая синтэксы.
— Тебе п…ц, — прочитал я по его губам.
— А вот это ты зря. — С этими словами я взмахнул клинком — и безголовое тело Ральфа рухнуло на пол.
Я быстро сгрёб всё, что нашел в сейфе, и упаковал в имплант. Вспышкой пронёсся по ступеням вниз. Пробегая мимо кухни, крикнул пантере:
— Они твои, охраняй дом!
Я выскочил во двор и услышал, как возле дома остановился энергомобиль. «Пантера их задержит», — подумал я, перепрыгивая через ограду и бросаясь наутёк.
Меняя направление и петляя по улочкам, спустя десять минут я понял, что за мной никто не гонится. Остановился, выравнивая дыхание. Заглянул в айтемы — золотая иконка пропала. Видимо, среди приехавших нашлись те, кто смог победить пантеру. Я проанализировал свой первый призыв и пришёл к выводу: если хищницу убить, она через некоторое время просто исчезает. Очень удобно: никаких следов или доказательств.
Отдышавшись, я спокойным шагом пошёл домой. Следовало отдохнуть, ведь рано утром надо явиться на сбор в гильдию.
Дома было тихо, никаких плачущих женщин и прочего. Я поставил ворта на охрану и отправился отдыхать.
Утром проследовал уже привычным маршрутом: сначала пекарня, потом гильдия. За стойкой меня встретила новенькая девушка: длинные, вьющиеся каштановые волосы, карие глаза, милый носик, ровные брови и аккуратный подбородок. Она подсказала мне, где Гордон назначил собрание. Я заглянул к «дамам» и, отбившись от них фразой, что у нас срочный сбор, помчался на совещание.
«Надо поменять пирожное на что-то другое, а то скоро они начнут меня проклинать за набранные килограммы», — улыбаясь этой мысли, я зашёл в комнату.
Все уже были на месте, но, глянув на всякий случай на часы, я убедился, что не опоздал.
— Есть заказ на метакристаллы. Вечером сбор перед входом в восточные врата, ровно в восемь, — объявил Гордон.
— Помнится, в прошлый раз торговля закончилась бойней. Стоит ли туда сейчас идти? — уточнил Ролин.
— После того случая было ещё пять рейдов. Мутанты выплатили компенсацию, инцидент исчерпан, — кэп окинул всех взглядом. — Ещё вопросы?
Вопросов ни у кого не оказалось, кроме как у меня, но я решил задать их напрямую кэпу, так как он всё равно просил меня остаться. Когда все разошлись, я спросил:
— Кто такие эти мутанты?
— Выжившие, как и мы, но им повезло меньше. Их мир сильно пострадал.
— Мы идём торговать с ними?
— Да, но сначала двигаем на склад и набиваем тебя под завязку.
Я пожал плечами, зная словоохотливость кэпа, и больше ни о чем не спрашивал.
На складе нас встретил хмурый кладовщик. Когда он узнал, что я могу упаковать двести пятьдесят кубов груза, невольно изумленно вскинул брови. Мужик молча выскочил из коморки, оставив нас с Гордоном в недоумении. Спустя пять минут вернулся со словами:
— Пойдёт только один.
Гордон кивнул, хлопнул меня по плечу и скрылся за дверью. Я прошёл вместе с «хмурым» на склад, где он указал, какие контейнеры следует упаковать. Как только я это сделал, сразу выгнал меня.
Пофлиртовав немного с симпатичной девушкой за стойкой, я узнал, что её зовут Сейлин. Затем поспешил в клинику к деду: нужно было узнать, как у него дела и когда выписывают.
Зайдя в его палату, я узрел презабавную сцену: пухленькая медсестричка сидела у деда на коленях. Старик что-то нашёптывал ей, отчего её ушки и щёчки пылали ярким румянцем. Я покачал головой, умиляясь этому зрелищу, и кашлянул в кулак, чтобы обозначить своё присутствие.
Медсестра ойкнула, соскочила с колен, и её лицо покраснело ещё сильнее. Не зная, куда деться, она стояла, нервно поправляя идеально выглаженный белый халат.
— О, привет, внучок! — замахал рукой дед. — А я как раз Рите рассказывал про тебя.
— Даров, старик! Как себя чувствуешь? — спросил я с порога, направляясь к кровати.
— Благодаря Рите скоро буду снова как огурчик! — он стрельнул в её сторону глазками.
Со щёк медсестры только начал сходить румянец, как она снова залилась краской.
— Очень приятно, я Алан, — отвесил я лёгкий поклон. — Спасибо, что присматриваете за ним.
— Рита, — кивнула она в ответ. — Я, пожалуй, пойду, оставлю вас одних. — Сказав это, медсестра поспешила на выход.
— Ты, я смотрю, времени зря не терял, — улыбаясь во весь рот, я подмигнул деду.
— А то! Частенько залетал в лазарет на службе. Слушай, Алан, помощь твоя нужна, — дед перешёл на шёпот.
— Слу-у-ушаю, — протянул я, догадываясь, о чём сейчас пойдёт речь.
— Пронеси втихаря ликёра какого-нибудь и сладостей, — он подмигнул и прошептал заговорщицким тоном: — Рита сегодня на сутки… ну ты понял?
— Ну-у-у, старый, а доктор-то что говорит?
— Сказал, завтра на выписку, просил тебя зайти, — пробурчал дед недовольным тоном.
— А я думал, ты будешь рад.
— Конечно, рад, ещё как рад, — ворчливо ответил он.
— Ладно, жди, я к доктору загляну потом, на обратном.
Я сбегал в магазин, прикупил деду ликёра, фруктов и сладкого, вернулся в больницу и заглянул к доктору. Мы договорились, чтобы деда подержали здесь ещё денька два. Я оплатил проживание и дополнительное лечение.
Вернувшись к старику, я сообщил ему, что доктор, наоборот, настаивает на том, чтобы продлить лечение на пару дней. Дед сделал вид, что огорчился, спрятал под подушку ликёр и с довольным видом отправил меня на выход.
