Людей в закрывшихся проломах находиться не могло: мы заранее через систему приказали всем выйти наружу и по возможности избегать сражений.
— Бедствие… ты… мне прямо на позвоночник приземлилась… — простонала Юэ, замерев в траве. — На Австралию же плевать, верно?
— Сильные существа, пришедшие в мир, не будут сидеть там вечно, — заметил Теодан. — Как только их отвяжут от родных проломов — если они не могут сделать это сами — они разойдутся по миру.
Я расслабился и сел на траву, посмотрев на мировое древо, около которого сияли блекло-золотистая и зелёная звёзды.
Посланник Эсхария лучше меня понимает, как действовать в такой ситуации. Если бы полностью доверял, делегировал бы ему больше обязанностей.
Сиюсекундной реакции не требовалось.
— У меня есть новость получше. Разрушение моста переноса, — улыбнулась Мэль, посмотрев на меня. — Барьер успешно установлен. Мы можем выдохнуть.
— Выдохнуть… и больше не вдыхать… ха… — Полина захихикала, тоже садясь на траву. — Надо Ибрагима успокоить… и направляться на зачистку.
Все на мгновение полностью расслабились и будто бы сосредоточились на моменте триумфа. Одного из триумфов, которых мы должны достигнуть ради защиты Земли.
— Теодан, простите что пришлось нас прикрывать. Сейчас лучше осознаю, насколько же мы слабы, — простонал Михаил, лидер отряда антимагов. — Надеюсь, мы были хоть немного полезны.
— Не сомневайтесь, — ответила за него Мэль. — Вы дестабилизировали контакт этих олухов с магической формацией, ослабили их защиту и дали нам дополнительные несколько секунд.
— Секунд… — переспросил Михаил, переглянувшись с остальным отрядом. Все антимаги выглядели вымотанными: в тот момент они запустили сфокусированное поглощение на предел. Всё равно, что выполнить быстрый и предельно мощный удар для мага — это отбирает особенно много сил.
— В наших реалиях это огромной промежуток времени, — пояснил Теодан. — В этой битве обе стороны старались обмануть другую и удивить. Не сомневайтесь, вы внесли большой вклад. Замечу, Непокорные сами предлагали мирно разойтись и первые атаковали. Им нельзя верить.
Этот факт никто не оспаривал. Тем временем Мэль вытащила из чехла на поясе амулет со светящейся алым филактерией.
— Какой же ты ворчливый. Сделаешь себе новое тело! Будто бы у тебя недостаточно материалов! И ещё доберёшься до Сириона. Чем тяжелее путь, тем слаще победа! Кроме тех случаев, когда она лишает цели. Ещё сразишься, кстати мы забрали твои мечи.
Трофейное оружие астрарха Эласа валялось на земле рядом с нами. Мне не нужно было спрашивать, чтобы понять как Константин сокрушается о потере ресурсов.
Немного придя в себя, я коснулся Нихилима.
— Как ты?
«Потеря тела-марионетки для меня не настолько болезненна, но всё же неприятна. Мы прошлись по грани».
— Хах… тяжело обмануть настолько опытного врага. Интересно, где они ядерную бомбу откопали? И есть ли у них ещё? Надеюсь, из чистой мстительности, не начнут разрушать планету.
— Не в их стиле. Это бессмысленно… пока мы обороняемся, — уточнила Мэль. — Если станем врагами, как астральные паразиты, могут пустить в ход и геноцид. И да, я вижу у вас всех вопрос: наш интуит сделал всё правильно. Ха, хотела бы я видеть морду этого Гаспара, когда он понял, что портал на Землю открыть не удалось! Зато барьер не успел накрыть Австралию. Так, извини, мне надо заняться трофеем.
Израненный гуманоид, пронзённый чёрными шипами, лежал рядом и истекал кровью из незаживающих ран, поражённых тьмой. Мэль применила на нём Регалию, тогда как я подошёл к Зандару, также окружённому зеленоватым свечением. Его доспех расплавился и был полностью уничтожен — тело покрывали жуткие ожоги. Но изменённый остался жив.
— Гайя, спасибо… так… Мэль, похоже сейчас в нём доминирует чуждый разум и активная подчиняющая печать. Очень интересно, его пока оставим живым. Полина, ещё есть новости о мире?
— Уточняю пока… по всему миру схлопнулось множество проломов. У людей без личного прямого канала с альтернативным ядром, ненадолго пропадал интерфейс Системы. Единственный оставшийся Якорь действует в Алжире. Удара точно хватило? Земля не будет уничтожена?
Подруга как будто бы не верила в происходящее, но мы действительно справились.
Юэ кое-как вылечилась и осматривала незначительные ушибы. И похоже она ещё не осознала, что едва не погибла. Хорошо, что самый прочный из виденных мной защитных артефактов я отдал именно ей.
Прошедшая буря вновь пронеслась перед глазами.
Мы с самого начала знали, что Орда нас обманет. Догадывались о запуске Резонансного Разрыва раньше оговоренного срока. И пока дырявый барьер в шоковом состоянии, синемордые пришлют как минимум отряд астрархов, способных задавить нас. Или вовсе кого-то с тем особым артефактом «Альдвейг», позволяющим напрямую проломить контуры защиты Цитадели.
Хитрый ход с их стороны — заставить именно нас поддерживать активацию удара. Но Орда не подозревала о моей способности его ускорить. Ценой стало паршивое состояние и выход из битвы, но для удовлетворительного результата драки хватило и остальной команды. Главное, что нам удалось попасть в жёсткие временные рамки и предотвратить попытку нашего устранения.
Немалой ценой в плане расхода ресурсов: Константин ранен и лишился ценного тела, уничтожено три могущественных существа Цитадели, и лишь силу одного удалось поглотить мне.
Когда конструкты умирают внутри — это циркуляция силы. Но если такое происходит снаружи — это безвозвратные потери энергии. Плюс потрачено множество мощных артефактов и стимуляторов.
Праздновать пока рано.
— Все боеспособные, прихватите резерв и отправляйтесь в Австралию — зачистите сколько сможете без чрезмерного риска. Я займусь остальным.
* * *
[В это время, на одном из пространственных кораблей сверхвысокого уровня]
Веспер ур Гласис стоял посреди площади около белокаменного замка, окружённого садами красивых синих растений. Магическая платформа искрила, гул постепенно утихал.
Молодой теург, глава дома, не шелохнувшись замер на месте. Его великолепная мантия, сотканная словно бы из ткани самой реальности, колыхалась на потоках энергии, по канальцам тончайшего доспеха, покрывающего почти всё тело, бегали золотистые искры.
Нижняя правая рука Веспера лежала на чёрно-золотом эфесе полуторного меча. Он держал Альдвейг с самого момента получения, почти не разрывая контакт с артефактом неизвестного происхождения и неизмеримой мощности.
Его нельзя было поместить в экстрамерную сумку. Не потому что это было опасно потерей «Острия миров» при разрушении оболочки артефакта хранения. Напротив — этот артефакт нельзя было уничтожить ни одним мыслимым способом. При помещении в хранилище, он просто разрывал его внутреннюю структуру и оказывался в реальном мире, тогда как остальное содержимое гибло и растворялось где-то за гранью мироздания.
Но даже поистине божественный артефакт не давал пользователю всесилие. Он был не более чем инструментом без собственных источников энергии и не мог помочь теургу попасть на Землю. Иначе вторжение не потребовалось бы вовсе.
План тщательно готовили, поскольку очевидно, что если захватившие Фазовую башню не сдаются при необходимости разрушить барьер, значит способны создать новый. Мэль прекрасно знала, насколько колоссальны силы Орды и никак не могла надеяться просто выстоять перед их валом.
Но им должно было хватить времени. Именно ради этого Веспер ур Гласис прибыл не сразу на Землю, а внутрь одного из особых проломов. Пока он не пересекал границы планеты, помехи ничто не оказывало. Единственная уязвимость была в том, что при целенаправленном поиске станет заметен осколок пространства, с трудом удерживающий настолько сильное существо. Но даже если по какой-то безумной причине сюда лично явится один из совета богов, он либо отступит, либо продержится достаточно для прибытия подкрепления.
— Почему коридор разрушился? — осведомился теург, не поворачиваясь к гуманоиду с сиреневой кожей и очень длинными острыми ушами. — Выясни.
