Как раз тот случай, когда молодости полагалось уступить. Это было бы болезненно, опасно, возможно смертельно, но ничуть не зазорно. И все-таки все получилось иначе. Хотя, принимая во внимание уклончивые отчеты медиков, можно только догадываться, как дорого пришлось заплатить за победу.
– Как вы оказались в апартаментах леди Дор-Делейн?
– Пришла.
– По её приглашению?
– Нет.
Саво изначально не рассчитывал на подробные и обстоятельные ответы, но сейчас сам чувствовал себя как на допросе. Причем собственном. И некстати вдруг вспомнилось, что Ледяная Леди имела ранг не просто советницы, а советницы с правом ведения дознаний.
– Что же побудило вас нарушить правила разграничения личного пространства и осуществить вторжение в чужие апартаменты?
– Веление сердца.
А вот это вообще не было ответом. По крайней мере, его невозможно было приобщить к материалам следствия ни в каком качестве. И младший дознаватель осторожно переспросил:
– Леди?
Безразлично-рассеянный взгляд на мгновение вспыхнул чем-то вроде усмешки.
– Угроза третьей степени.
Совсем другое дело! Генерация фантомного контура допускалась только в особых случаях, главным и основным из которых была угроза жизни, однако… Не все так просто.
Часть 5
По свидетельствам обслуживающего персонала и диспетчеров коммуникационный периметр не функционировал, следовательно, дистанционно обнаружить возмущения, соответствующие появлению фантома, было физически невозможно.
– Леди, я вынужден просить вас уточнить причину…
– Вы получили два ответа там, где не надеялись на один.
Саво смущенно отвел взгляд и, чувствуя, как под ногами разверзается бездна, все же закончил:
– Причину вашего появления в апартаментах леди Дор-Делейн.
В наступившем молчании каждый удар сердца казался младшему дознавателю оглушающим, но когда тишина нарушилась голос Ледяной Леди, Саво Сейен подумал, что лучше бы ему было оглохнуть по-настоящему.
– Вы спрашиваете по долгу службы или потому, что хотите понять?
Правильным вариантом был именно первый, но настоящим…
И отвечать не потребовалось: светлые глаза сощурились, пряча в глубине взгляда что-то, выходящее за рамки правил и традиций.
– Я просто не смогла пройти мимо.
– Мимо чего?
– Мимо угрозы второй степени.
– Вы имеете в виду обстоятельства гибели наследной леди Дор-Даман?
– К тому моменту несчастный ребенок уже был мертв.
– Но тогда…
– Сумасшедшая старуха посягнула ещё на одну жизнь.
О чем нет ни свидетельств, ни заявлений. И главное, нет останков, следовательно, если покушение и имело место, удачей оно явно не завершилось.
– Леди, учитывая фактические доказательства…
– Она выпустила фантом раньше, чем я. Что вам ещё нужно знать?
А нужно ли? Все можно объяснить и без дополнительных деталей.
Почему бы одной леди не зайти проведать другую, особенно на территории, где ранги и титулы не играют почти никакой роли? Тем более, леди Дор-Делейн могла не выказать возражений сразу, а потом…
Они вполне могли повздорить друг с другом. И в конце концов, неважно, по какому поводу. Одно преступление уже было совершено, второе едва не совершилось. Вивис Лан-Лорен защищалась, вот и все. Правда, с такой яростью, словно сражалась не за собственную жизнь. Или не только за неё.
Эксперты, просканировавшие чуть ли не каждую молекулу на месте поединка, утверждали, что схватка вышла за грань разумного. Что леди Дор-Делейн готова была сдаться, но её предложение, а потом и отчаянную мольбу не услышали. Или стали слушать. Ледяная Леди не собиралась побеждать или проигрывать, она желала уничтожить противника. Любой ценой. И значит, либо стремилась утолить собственную ярость, либо…
Желала защитить кого-то ещё. Сделать все, чтобы со стороны обезумевшей старухи не могло возникнуть ни малейшей угрозы.
– Я закончил опрос, леди. Благодарю за понимание и содействие.
Саво поклонился, повернулся и направился к двери, надеясь, что не выглядит беглецом, но не успел прошагать и четверти пути, как услышал:
– Что вы напишете в отчете?
– Что у вас была причина поступить так, как вы поступили.
– Это будет очень любезно с вашей стороны.
Саво подумал, что ослышался. И даже обернулся, что было почти непозволительно и весьма недостойно занимаемой им должности.
– Леди?
– Вы умеете говорить о своих и молчать о чужих желаниях. Замечательное качество.
Младший дознаватель думал, что готов к тому единственному шансу, которым грезил всю жизнь, и все-таки реальность не шла ни в какое сравнение с мечтой. И наверное, нужно было броситься обратно, припасть к краю складчатого подола, принося все возможные и невозможные клятвы, но ноги отказывались двигаться. Даже спина согнулась со скрипом, который, Саво был уверен, можно было услышать в коридоре.
– Почту за честь служить вам, миледи.
– Запомните эти слова. Потому что я их не забуду.
* * *
Айден давно привык встречать у дверей Вивис людей с отсутствующим выражением лица, либо до смерти чем-то напуганных, но юноша в форменном кителе дознавателя не подпадал ни под первую категорию, ни под вторую: шел зигзагами от одной стены до другой, словно пьяный, и улыбался. Благоговейно, как будто только что узрел бога. Или, в данном случае, богиню.
Выбранные Ледяной Леди интерьер и наряд, разумеется, были призваны производить впечатление, но скорее подавлять, чем воодушевлять, и лорд-претендент не мог не поинтересоваться:
– Какие чары были использованы сегодня, добрые или злые? Тот парень, что шел мне навстречу, явно находился в отрыве от собственного сознания. Хорошо, что старые причуды давно забылись, иначе тебя непременно объявили бы…
– Я тоже рада тебя видеть.
По правилам этикета Айден должен был высказаться примерно в том же роде, но это означало бы согрешить против истины.
Такие чувства, как печаль и радость, остались в их отношениях где-то далеко, наверное, ещё во временах юности, а после недавних договоренностей и вовсе перестали существовать по отдельности, слившись в нечто единое и неделимое. Видя перед собой подругу и союзницу, лорд-претендент испытывал весь спектр эмоций, соответствующих ситуации, но именно благодаря тому, что теперь это стало своего рода дополнительным информационным полем, можно было уделять больше внимания другим вещам.
Например, тому, насколько в действительности измучена Вивис.
Как и любой представитель так называемых высоких родов, Айден умел работать с фантомами. Другое дело, что этот вид боевых техник всегда являлся прерогативой женщин, а не мужчин. Кто-то из древних политиков даже шутил по этому поводу, говоря, что мужчины боятся отпустить на волю даже малую частичку своего эго. Как бы то ни было, именно урожденные леди преуспевали в создании и управлении энергетическими матрицами, тогда как лорды…
По сути, процессы были весьма схожи, только в одном случае требовалось расширение сознания, а в другом– максимальная его концентрация на заданном участке. Единственной проблемой использования было то, что приходилось делать выбор едва ли не в самом начале обучения: аннигилировать материю вне себя или напитывать дополнительной энергией собственное тело. Поэтому, зная основы и принципы, Айден, пожалуй, не рискнул бы сотворить фантома даже в самом крайнем случае. И вступил бы в сражение с чужой матрицей, разве что от отчаяния.
Например, та же Вивис была ему не по силам, несмотря на всю свою хрупкость. Разумеется, к отчетам следственной группы лорд-претендент доступа не имел, но успешно распространявшиеся слухи утверждали: Ледяная Леди превзошла все пределы. Правда, это Айден как раз сейчас видел своими глазами.
Энергетическое истощение. Навскидку можно предположить, что одной из степеней верхней дюжины, то есть потенциально опасное для жизни. Оставалось только надеяться, что Вивис определяет границы своих возможностей лучше, чем придворные медики.
