"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Однажды он, правда не выдержал.

Священник как раз негромко втирал что-то парочке закадычных друзей, которые, забыв про работу, слушали его с величайшим вниманием, когда молодой человек остановился неподалеку от них и заставил себя выдавить улыбку.

— Привет тебе, отче… — говорил он при этом сквозь улыбку, сквозь зубы, и голос его звучал соответственно, — Я давно хотел спросить — как твоя шея? — парень немного сузил глаза, — Может быть, мне стоит еще раз ее осмотреть?

Священник, живо обернувшись, ответил улыбкой чрезвычайно мягкой и вежливой, исполненной всеобъемлющего терпения.

— Да зачтет Господь тебе доброту твою, сын мой, — он истово перекрестился, — Но не стоит так волноваться — мне становится много лучше, и я…

— Я вижу, что ты двигаешь головой с усилием! — с нажимом перебил его Чарли, — Идем в мою каюту, я осмотрю тебя! — он на миг сжал губы и, сделав страшные глаза, прибавил с еще большим давлением, — Я не хочу, чтобы… что-то случилось.

Уточнять, с кем может что-нибудь случиться, он не стал — прекрасно знал, что «священник» поймет его и без дополнительных объяснений и, говоря откровенно, готов был, если тот сейчас продолжит ломать комедию, подстрелить его из пистолета, а затем сказать, что теперь попу есть, что лечить. Впрочем, не исключено, что от выстрела чертов мерзавец бы легко уклонился.

— Ну, что ж… — по лицу святоши пробежала тень глубокой задумчивости; он потер подбородок и покусал губу, размышляя над словами доктора, — Пожалуй, от такой искренней помощи отказываться было бы с моей стороны глупостью. Прошу меня извинить, друзья мои, но, как видите, наш судовой врач желает совершить доброе дело, и кто я такой, чтобы ему в этом препятствовать?

Слова, казалось, были правильными, шутки не содержали, но глаза мерзавца в эту секунду так красноречиво сверкнули, что его слушатели громогласно расхохотались в ответ.

— Иди-иди, отче, наставь этого доброго самаритянина на путь истинный! — напутствовал один из них и, хлопнув товарища по плечу, вновь вернулся к работе.

Священник, тем временем, приблизился к ожидающему его человеку и вежливо изогнул бровь. То, что Чарли желает отнюдь не осмотреть его, он, разумеется, понял — в конечном итоге, дураком Чеслав никогда не был. Как понял, безусловно, и то, что беседовать с ним экс-пират собирается не на палубе, посему, одарив его откровенно издевательским взглядом, «святой отец» приподнял подбородок и, заложив руки за спину, надменно направился в сторону каюты будущего собеседника.

Чарльз, испытывая безмерное желание приставить к его спине пистолет, решительно зашагал следом.

В каюту оборотня он практически втолкнул и, не успел тот отреагировать, сгреб его за ворот, хорошенько встряхивая.

— Что ты вытворяешь?! — Чарли практически шипел, не желая быть услышанным, поэтому эффект производил самый, что ни на есть, сильный, — Думаешь, я не вижу, что ты подстрекаешь ребят к бунту?! Думаешь, не замечаю, как они косятся в сторону капитанской каюты?! Что ты задумал, Чес, черт бы тебя побрал, что?!!

— Спокойнее, капитан, — Чеслав, которого экс-пират тряс, как тряпичную куклу, легко положил свои руки на его, и улыбнулся, — Я же сказал — единственное мое желание заключается в восстановлении справедливости. А справедливость для меня начнется тогда, когда ты вновь займешь свое место на мостике, капитан Бешенный. Чарли, я ведь стараюсь для тебя! Я хочу вернуть тебе прежнюю жизнь, я подарю тебе ее!..

— Хочешь сделать меня пиратом, шакалий выродок, хочешь, чтобы я вновь убивал и грабил?! — теперь уже Бешенный зарычал, стискивая ворот сутаны сильнее, — А меня ты спросил?! Мне к дьяволу морскому бунт на корабле не нужен, каракатица ты безмозглая, чтоб тебя акулы на куски разодрали! Я жил спокойной жизнью и хочу продолжать…

— Не лги мне! — голос Чеслава внезапно обрел силу; желтые глаза его опасно полыхнули, — Не лги, капитан, я слишком хорошо знаю твои желания! Да ты до обморока мечтаешь вновь вернуться на свой фрегат, занять свое место, ты хочешь носиться под всеми парусами по морям и океанам, гордый, неукротимый, с черным флагом на мачте! Ты хочешь этого, Чарли, не спорь со мною, хочешь! И, знаешь, что, капитан? — оборотень как-то на редкость ядовито и отвратительно улыбнулся, — Ты получишь это! Получишь назад фрегат и, клянусь, «Semper Vivens» вновь станет грозой морей! Никто не сможет одолеть его, ни одна пушка не повредит обшивку его деревянных бортов, и знаешь, почему? — Чес сбросил руки своего капитана, немного наступая на него, — Потому что он, черт возьми, «Всегда живой», Чарли, и он останется таковым! Хватит! Хватит спорить со своей судьбой, Бешенный, возьми в руки штурвал и веди нас вперед! Матросы не любят капитана, многие согласны с тем, что ты и только ты достоин занимать это место!

— Бред! — попытался, было, вновь возмутиться на самом деле страстно желающий того, что так ярко живописал собеседник, Чарли, но тот не дал ему этого сделать.

— Мы вновь соберем свою команду, Бешенный, вновь соберем их всех под нашими парусами! Ты думаешь, они существовали лишь в том мире? — рыжий ухмыльнулся, — Как бы не так! А ваш кок — здоровяк Боб, разве ты не помнишь его? Добрый Боб, в том мире он пошел к акулам, но здесь он жив и еще даст прикурить врагам! А Чедвик? Это же наш Чед, первоклассный моряк, ты всегда хвалил его! Да в конце концов… — оборотень глубоко вздохнул и, покачав головой, демонстративно понизил голос, — В конце концов, взгляни на того, кого ты называешь капитаном. Питер Вандерер — Пит Бродяга, неужели ты не узнал его за столько лет совместного плавания? Чарли… — видя, что собеседник растерян, Чес схватил его за плечи и резко встряхнул, — Чарли, мы соберем вновь нашу команду, и волны будет вновь резать нос нашего фрегата! Я делаю это для тебя, Бешенный, клянусь!

— Для меня?! — Чарли, который еще секунду назад пребывал в некоторой растерянности, и даже почти был готов дать убедить себя, вновь вспылил. Прозвище Бешенный он заработал не просто так — нравом экс-пират обладал и в самом деле крутым, вспыхивал, как фитиль от спички, а спичкой сейчас, как и прежде, служил этот рыжий мерзавец перед ним.

— Да мне черти в аду милее, чем такая благотворительность! — он едва ли не рычал от ярости, — Я не просил твоей помощи, крыса корабельная, и никогда ее не попрошу! Если ты возведешь меня на мостик, сделаешь капитаном, знай — первым делом я велю вздернуть тебя на рее! Мне не нужны бунтовщики на борту, гром и дьяволы, я обойдусь без этих выкрутасов!

Чеслав на секунду притих, откровенно любуясь разгневанным собеседником, внимая ему с давно забытым наслаждением и, вместе с тем — трепетом. Чарли продолжал разоряться, а оборотень молча смотрел.

Да… Да, именно такой союзник и был ему нужен. Именно Бешенный поможет ему, отвлечет нормондцев и поможет ему перебить их, всех и каждого! Он сумеет склонить этого парня на свою сторону, а тот, сломав жизнь себе, сломает ее и тем, кого звал друзьями… Нет-нет, он обязательно вернет капитана Бешенного в этот мир! Он непременно возведет его на мостик, он заставит его принять командование возвращенным из небытия фрегатом!

— Наследник Рейнира… — негромко, но почему-то очень различимо проговорил рыжий, и Чарли осекся, непонимающе глядя на него, — Носится по морям и океанам, верша разбой… Такова твоя судьба, Чарли, тебе никуда от нее не деться. Не спорь… не сопротивляйся. Я проведу тебя к счастью прямой тропой, только позволь мне это сделать! А впрочем… — по губам его внезапно скользнула откровенно дьявольская улыбка, — Ты все равно уже не помешаешь мне, морской волк. Ребята слушают меня, верят мне — они даже и подумать не могут, что священник будет подталкивать их на неправедный путь! Помни, капитан, помни — ты грозен только пока тебя действительно боятся, страх дает силу, а чтобы исполнить свое предназначение, сила тебе понадобится. Помни об этом, Бешенный, не забывай! И… не путайся у меня под ногами, — Чеслав подмигнул несколько обескураженному собеседнику и, не желая продолжать беседу, резко развернулся, покидая его каюту.