— Дарова! — ответил я. — Как твоё ничего?
— Нормально, — сказала она, улыбнувшись. — Как сходил?
— Не без происшествий, — сообщил я ей. — В основном, не без позитивных — торговцев привёл, а также привёз четырёх бывших рабынь одного типа, которого пришлось убить.
— Наверное, это очень интересная история, — произнесла Фура. — Расскажешь вечером — нужно собраться.
— Да, расскажу, — пообещал я. — Щека в здании?
— Нет, он ушёл на разведку, — покачав головой, ответила она. — Нам скоро отправляться на юго-запад — будет затяжной рейд в дуэте.
— Ах, да, я помню, — сказал я. — Круто, блин, что вам можно вдвоём… Мне с Лапшой больше нельзя… Сколько, кстати, она уже принесла виры?
— На доску в лобби не смотрел? — нахмурившись, спросила она.
Точно! Там же висит обновляемая с каждым рейдом таблица, на которой можно отслеживать процент выплаты Лапшой виры. Это был мудрый мув от Профа — так никто не забывает, что на ней вира, а ещё все видят, как она справляется с её выплатой.
— Как-то не обратил внимания, — признался я.
— 34% выплачено, — назвала точный статус Фура. — Если всё будет идти так же и дальше, то ещё два месяца и она выплатит виру и больше не будет ничего должна.
— Ох, круто… — улыбнувшись, сказал я.
— Пока ты отсутствовал, она привезла БМП-1 с полным боекомплектом и десантным отделением, набитым оружием, — сообщила Фура. — Похоже, что наткнулась на какую-то военную базу — подробности не раскрывает, как обычно…
— И это рациональная стратегия, — произнёс я.
Ей никто не запрещает наводить наши группы на ценный лут, но тогда засчитывается только 50%, ведь Фронтир будет тратить ресурсы и время на эвакуацию, а это Лапше невыгодно.
— Да, — согласилась Фура. — Ладно, пойду я. Вечером ждём в рестике «Лагуна» — мы там зависаем почти постоянно.
— Окей, сделка, — ответил я. — Успехов.
Захожу в номер, принимаю ванну с пеной и ароматизаторами, что было опрометчивым решением, так как пена сразу же стала серой — надо было сначала душ принять…
«Херово, блин, что я не воспользовался ванной в доме на колёсах», — пришёл я к выводу, подняв серую пену рукой. — «Надо приватизировать этот хоромымобиль или как его назвала Канада — так рейды становятся комфортными, в стиле лакшери».
Циркуль, охуевшая сука, устроил себе пёрфект лайф — жил бы нормально и дальше, если бы не полез ко мне.
Но в этом вся проблема: когда всех вокруг безальтернативно нагибаешь, растёт толерантность к успеху, поэтому возникает почти непреодолимое желание повысить ставки. А в моём случае он вообще не воспринял угрозу всерьёз, так как Троцкий, действительно, был его приятелем и они должны были встретиться на Мене.
Канада, по дороге в Волгоград, рассказала мне о Циркуле и ситуации в степи очень много интересного.
У них там стихийно сформировался своеобразный разобщённый социум, который живёт по своим уникальным законам. Вернее, закон всего один — в условленных местах мочить друг друга нельзя и нужно вести себя там прилично. Во всех остальных местах нет абсолютно никаких правил, поэтому в степи почти постоянно происходит всё то же самое, что и в обычной дичи вокруг нас.
Это никто не согласовывал, никто не регламентировал, а просто все как-то негласно договорились, что на местах мены никто никого не трогает, а если очень хочется кого-то потрогать, то есть право поединка, как в ебаном Средневековье.
Я думаю, такого рода мены всем выгодны, поэтому все условились, что это будет: по моей версии, в одиночку или малой группой в степи выживать, конечно, можно, но это такой капец, что невыносимо. Людям, а КДшники это, как ни крути, всё ещё больше люди, чем нелюди, нужна коммуникация, поэтому что-то вроде мен должно было появиться.
А такие чуваки, как Галстук, пошли ещё дальше — они гоняют по степи, между существующими населёнными пунктами, и очень выгодно торгуют разными ценностями.
По дороге он говорил мне, что бывал в Алматы, Новосибирске, Омске, Астане, Тюмени и казахстанском Петропавловске — везде живут люди, пусть и в следовых количествах…
Такой партнёр очень ценен для Фронтира, поэтому, прямо сейчас, Галстука и его деловых партнёров обхаживают в отельном ресторане, потчуя деликатесами — Проф окучивает его с целью установления надёжной торговли и включения Волгограда в межрегиональную торговлю.
Оказывается, устойчивая межрегиональная торговля уже существует, просто в Волгоград никто даже не думал заходить — у торговцев сложилось убеждение, будто тут никто уже давно не живёт.
У меня есть версия, что кто-то побывал здесь до нашего прибытия, увидел, что местные черепахи ебут всё, что видят, поэтому город представляет ценность исключительно с точки зрения лута.
Но всё изменилось, поэтому можно ожидать, что в город будут приходить многочисленные караваны, которые будут свозить сюда все ценности из далёких земель…
«Черепахи уже давно не проблема», — подумал я, наливая в стакан первосортный вискарь. — «Интересно, как поживает Натан?»
Лежу в ванне, пью виски, смотрю в белый потолок и размышляю о хуйне — какое мне дело до Натана?
Он, конечно, наш маскот — очень умная черепаха, которая решила, что лучше не лезть к людям и будет тебе счастье. И это работает — я вспомнил о нём впервые за долгое время.
Беру с края раковины телефон.
«Нарк, даров!» — написал я.
«Студик! Братан!» — ответил он. — «Погоди, сейчас позвоню! Минута!»
Вливаю в себя весь стакан и наливаю новый.
— Алло, — ответил я на вызов.
— Студик, родной! — воскликнул Нарк из трубки. — Ты где⁈
— Я у себя в номере, — ответил я. — Ванну принимаю.
— И это правильно — мало ли какую заразу ты притащил с собой! — похвалил меня он. — Я уже делаю нарезку — мне передали твою камеру!
— Да, я попросил передать её немедленно, — сказал я. — Но я хотел кое-что узнать. Ты давно видел Натана?
— Ну, он мигрировал южнее, — ответил Нарк. — А что?
— Не знаю, просто вспомнился он, — произнёс я. — Далеко мигрировал?
— Ближе к Ахтубинску, — сказал Нарк. — Но он такой — бродяга-парень. Ходит по Волге туда-сюда, съедая всё, что встретит на своём пути. Видел один раз, как он пустил сеть на лютика, решившего попить из Волги…
— У него теперь и сеть есть? — с удивлением спросил я.
— Да, у него целая система по охоте на сухопутных зверей, — ответил Нарк. — Долго бегать он не любит, поэтому переключился на засадную тактику. Для этого он вырастил себе целый орган, мечущий сеть на дистанцию до десяти-пятнадцати метров. Раскрывается она по сигналу, как я понял, поэтому, если Натан уверен, что не попадает, то оттаскивает сеть назад и уходит — зря не раскрывает. Видимо, на это расходуются килокалории. Но и это ещё не всё! Он в своём развитии настолько преисполнился, что отрастил себе кислотную пушку, как… ну, ты понял.
— Понял, — подтвердил я.
— Но эта пушка нужна ему для самообороны, а не охоты, — добавил Нарк. — Короче, если ты хотел узнать, как дела у Натана, то официально заявляю, что у него всё хорошо.
— Хоть какая-то стабильность в этом безумном мире, — улыбнувшись, сказал я.
— Ролик твоей схватки с Верблюдом, а затем перестрелки с теми уёбками, будет где-то минут через пятнадцать, — сообщил мне Нарк. — А потом, после выкладки, я закину короткий ролик с дуэлью. Бля, бро, это такая жесть…
— Я и сам не рад, что она произошла, — произнёс я.
— Как он посинел — это пиздец… — сказал Нарк. — Ладно. Я бы и рад поболтать ещё, но нужно работать.
Мне было дискомфортно просматривать ту часть дуэли, в которой я душил Циркуля. В тот момент мне показалось, что он взглядом умоляет меня не убивать его — при просмотре я понял, что не показалось.
— Хорошо, — ответил я на это. — Вечером увидимся.
— Окей, до связи, бро, — попрощался Нарк.
Завершаю вызов и убираю телефон обратно на край раковины.
Заканчиваю с ванной и принимаю нормальный душ, потому что в настолько грязном состоянии принимать ванну — это была стратегическая ошибка.
