Отдраив себя до скрипа, оттираюсь, надеваю банный халат и ложусь на кровать.
Набираю Лапшу.
— Тебя ждать? — спросил я.
— Нет, не жди, — ответила она. — Я собираюсь в новый рейд.
— А чего так? — нахмурившись, уточнил я.
— Нужно поскорее выплатить виру, — объяснила она свою мотивацию.
— Если пару часов проведём вместе, никто от этого не умрёт, — возразил я. — Признаться, у меня яйца синие, Севда — прошу отнестись с пониманием и всей серьёзностью…
— Нет, придётся потерпеть, — сказала она.
— Издеваешься надо мной? — возмущённо спросил я. — Мне скоро в затяжной рейд!
— Ничего не могу с этим поделать, — произнесла Лапша. — Придётся терпеть.
— Ты играешь с огнём, женщина, — предупредил я её.
— Нет времени, — сказала она. — До встречи.
— Ага, до встречи, — попрощался я.
Ох, блядь!
Да что с ней не так⁈
Я уже настроился, блин, на бессонную ночь, а тут такой «Динамо», Москва…
Понимаю, что ей осталось притащить дохрена всего, поэтому работы остался непочатый край, но, блин…
«Ну, зато отношение людей к ней выравнивается, постепенно», — посетила меня слегка успокаивающая мысль.
Среди нормальных людей мнения до сих пор разделены, но доля сторонников Лапши неуклонно растёт — все следят за таблицей и понимают, что она честно выполняет свою работу.
Лут ведь не осядет в хранилищах каких-нибудь жирных уёбков, типа Пиджака или Брома, а пойдёт на увеличение общего благосостояния населения Фронтира, поэтому население испытывает положительные ощущения каждый раз, когда Лапша привозит что-то.
«Жаль, что нельзя помогать ей», — подумал я. — «Я бы помог, с удовольствием. Вообще, я бы не прочь ходить с ней в рейды вместе…»
Испытав прилив очень тёплых чувств, я включил телевизор и выбрал Третий канал, по которому крутят исключительно аниме.
Первый канал я не смотрю, потому что там хуй угадаешь, что сегодня будет — гонят фильмы и сериалы, без разбора и фильтрации.
Второй канал посвящён новостям, авторским передачам, в которые не входят стримы Щеки, которого все желающие смотрят по интернету, а также записям старых программ. Всякие «В мире животных», «Дом 2», «Давай поженимся» — ну, про зверей, короче…
А вот Третий канал — это наше достояние, сообщества анимешников Фронтира…
«Код Гиас», — с удовлетворением узнал я тайтл. — «Восьмая серия первого сезона…»
Но не успел я досмотреть эту серию, как дверь в номер отворилась.
— Член на досмотр! — потребовала ворвавшаяся в номер Лапша.
— Боги ответили на мои истовые молитвы! — воскликнул я.
*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 4 декабря 2027 года*
— Скоро открою курсы похудения, блин… — пробурчал я, посмотрев на себя в зеркало.
Очередное повышение «Энергетического уровня» не прошло бесследно — да, теперь Е-6, но какой ценой…
Фактура куда-то исчезла, а я стал тощим, как дистрофик — даже мышцы, большей частью, потеряли в объёме. На функциональности это не сказывается, потому что хранящаяся в мышцах физическая дурь просто сжимается, как пружина, но психологически как-то дискомфортно видеть себя в виде анорексика-рецидивиста.
Да, до зоошизы я был, плюс-минус, таким — только вот времени прошло много, очень много чего произошло, поэтому я привык иметь атлетическое телосложение.
— Ложись — нужно сделать биопсию, — приказала мне Анна Робертовна.
Медики уже окончательно переехали в отдельное здание, но в «Хилтоне» остался постоянный медпункт со всем набором медицинской техники и лабораторией, потому что это удобнее, чем гонять КДшников туда-сюда.
— А это точно нормально? — тихо спросила одна из новеньких медсестёр.
— Нормально-нормально, — ответила Анна Робертовна, вонзая в меня шприц. — Вы ещё увидите и не такое — нужно просто поработать тут столько же, сколько и я…
Перед кушеткой, на которой я развалился для забора крови и прочих жидкостей, столпилась группа новеньких, проходящих обучение работе с КДшниками — несмотря на то, что вопрос с медицинскими кадрами решён практически полностью, Фронтир не собирается прекращать массовую подготовку специалистов.
Судя по тенденциям прироста населения из разных источников, скоро начнут проявляться проблемы с медицинской помощью, что видит Проф. А он не хочет, чтобы работники умирали по непонятным причинам, поэтому заботится о решении проблемы до того, как она проявилась в полной мере.
Прохожу все медицинские процедуры, обязательные после повышения «Энергетического уровня» — природу этого никто из медиков не понимает, но все очень хотят её узнать.
Гусев вообще говорит, что это физически невозможно — есть биологические пределы, через которые никак не переступить, поэтому клетки БЖУ просто неспособны хранить в себе такие объёмы энергии.
Это невозможно, но это факт — они пытаются найти ответ на эту загадку, но, пока что, получается хреново. Даже более того: всё, что они могут — это накапливать данные, в надежде на неожиданный прорыв…
— Всё, — сказала Анна Робертовна, поместив образец моего ликвора в специальный холодильник.
— Мне нужно пройти усиление способности… — произнёс я без особой уверенности.
Форсреген уже работает и залечивает повреждения, нанесённые мне главной медсестрой, поэтому, примерно через пять минут можно будет усиливаться.
— Ложись на кровать и готовься, — сказала Анна Робертовна.
— А правда, что теперь у вас в клетке жира содержится 73 килокалории? — с сомнением спросил какой-то парень в халате.
— Базаришь… — ответил я, ложась на медицинскую кровать. — Конечно, блин, правда — интерфейс не врёт…
— Но это же невозможно, — заявила русоволосая девушка лет двадцати, также, одетая в медицинский халат.
— Я тебе клянусь! — заверил я её. — Статистика прямо у меня перед глазами!
Энергетический уровень Е-6, согласно данным от интерфейса, довёл объём энергоёмкости 1 грамма жира до 73 килокалорий, а 1 грамма белка и 1 грамма углевода до 27 килокалорий.
Это просто дохрена, поэтому меня практически смяло, как жестяную банку под сапогом — «лишний» объём тела ужался и теперь я выгляжу, как Кристиан Бэйл в фильме «Машинист»…
Анна Робертовна, умелыми действиями, обклеила меня датчиками и надела мне на голову сетку для ЭЭГ.
— Всё, готово, — сказал я, когда форсреген закончил свою работу.
— Начинай, — скомандовала медсестра, сев за компьютер.
Датчиков, с появлением полноценного исследовательского отдела, стало только больше.
Есть там некий Аркадий Львович Галыгин, доктор медицинских наук, десятилетиями работавший в ЮУГМУ, начав ещё при Андропове. Он стар, как лунь, но трезв умом и светел памятью, поэтому быстро вошёл в курс дела — мне повезло, что я ушёл в рейд, а вот остальные подверглись всестороннему исследованию с его стороны.
Мне известно, что Аркадий Львович безжалостно хуесосил Чирова, за то, что тот недостаточно трепетно подошёл к анализу и хранению собранных данных, а Анну Робертовну сильно хвалил, за то, что она «не дала этому безнадёжному алкоголику окончательно испортить исследовательский процесс».
Сейчас за происходящим в медблоке наблюдают не только кандидаты в члены среднего медицинского персонала, но и члены группы исследователей — они смотрят на меня через камеры высокого разрешения. Ну, или посмотрят запись позже.
«Чиров, бедолага, блин…» — вспомнил я некогда главного медика всея Фронтир. — «Теперь он обречён вечно смотреть на пёзды…»
И то, это только если он сумеет побороть алкогольную зависимость — сейчас он проходит курс реабилитации, а как только пройдёт его и добьётся трезвости, его ждёт работа по профилю, то есть, он будет гинекологом, на которого и учился.
Никто не виноват в том, что он алкаш — это был его выбор. И он сам дискредитировал себя, в связи с чем потерял привилегированное положение высококлассного специалиста.
