— А она точно погибла?
— Тебя эта Элира покусала⁈ — вспылил дед. — Отец твой постоянно твердил это, теперь и ты начал, да?
— Да не кусал меня никто, чего ты завелся⁈
— Любил я мамку твою. Как бабка твоя померла, так никого ближе дочки у меня и не осталось. А она любила тайны всякие, с детства ее тянули загадки. Папашу твоего встретила — два сапога пара. — Дед налил себе еще, выпил и продолжил: — Как ты родился, я думал, может, поуспокоятся они маленько, так ведь нет.
— Мама что, тоже рейдером была?
— Нет, ученым она работала, изучала технологии довоенные. Как я радовался, когда мы из столицы сюда перебрались! Думал, может, хоть тут им во вратах искать нечего будет, а они тебя на меня сбросили и пуще прежнего начали. Эх…
— А почему ты мне этого раньше не рассказывал?
— Хотел, чтобы тебя это стороной обошло… Чтобы ты во врата эти не лез… А оно смотри как вышло.
— Ну, у меня к вратам другой интерес.
— Суть-то это не меняет, — ответил дед грустным голосом.
— Извини, деда, ты прав; давай не будем. Кстати, что Артур сказал?
— Да ничего особенного. Сказал, что на фабрике этой не нашли они ничего, а у Виктора на тот вечер алиби железное. На собрании у мэра он был, его там полгорода видело лично.
— Как же так?
— А вот так. Не переживай, Артур дальше рыть будет. Пусть запись и не дала ему сейчас ничего, но ты ему сильно помог.
— Да, жаль, что не вышло. Но, с другой стороны, может, ты был и прав. Виктор тут ни при чем.
— Может быть. Ладно, чёт мы засиделись. Давай приберись тут, а я пойду, ждут меня, — сказал он, хитро прищуриваясь.
Не успел я донести посуду до раковины, как старика и след простыл.
А после, закончив уборку на кухне, я лежал на кровати в своей комнате, рассматривая семейную фотографию в рамочке.
Счастливые и молодые, отец с матерью, широко улыбаясь, вдвоем держали меня, малютку, на руках. Я прикидывал различные варианты, что конкретно мог искать отец. Но, не найдя подходящего объяснения, которое бы связало все произошедшее воедино, я, со злости, швырнул рамку о стену.
Стекло разбилось, рамка разлетелась на куски, и я, осознав, что натворил, вскочил и стал аккуратно собирать осколки с пола.
Когда я поднял фотографию, то на обратной стороне обнаружил длинную комбинацию букв и цифр. «Это что еще такое?» — мелькнула у меня мысль, пока я ее разглядывал.
Сканер подсветил одинокую строчку на оборотной стороне фотографии и выдал надпись: «Код доступа уже использован».
И тут меня осенило: это же пароль к карте памяти отца! Я два года потратил на то, чтобы найти специалиста, который смог бы взломать эту карту, а пароль все это время находился у меня под носом! Раздосадованный, я выкинул осколки в ведро, лег в кровать и долго пытался заснуть.
Проснулся я от того, что кто-то легонько тряс меня за плечо. С трудом продрав глаза, я увидел Риту.
— Извини, что разбудила, но к тебе пришли, — сказала она полушепотом.
— Ко мне? Кто? — не понимая, что происходит, спросил я.
— Мужчина; говорит, что он твой капитан.
— А?
Я тут же вскочил с кровати и начал натягивать на себя вещи.
— Он на кухне с дедом, — добавила Рита и вышла из комнаты.
Застегивая на ходу штаны, я свернул на кухню, где за столом сидел Гордон со стариком. Завидев меня, они тут же прекратили разговор.
— Алан, нам срочно нужно в гильдию, — резко сказал капитан.
— Что случилось? — спросил я, растерянно оглядываясь.
— Срочный общий сбор, — капитан посмотрел на меня серьезно и добавил: — У тебя десять минут.
— Пятнадцать! — неожиданно вставил дед.
— Пятнадцать, — согласился Гордон.
Я развернулся на сто восемьдесят градусов и рванул в душ. Когда мы с молчаливым капитаном вышли за калитку, я увидел энергомобиль гильдии. Усевшись в салон и затолкав туда ворта, спросил:
— Так что случилось, кэп?
— Общий сбор.
— Это я уже слышал. А зачем?
— Война.
— С кем на этот раз? Или мир с «Черными» закончился?
— Со всеми.
— Что⁈ Как это — со всеми⁈ — раздраженно выпалил я.
— Узнаешь в гильдии, — отрезал Гордон.
Манера кэпа говорить загадками бесила. Я сделал пару глубоких вдохов и, наблюдая за улицей, немного успокоился. По пути мы захватили Ролина и Валеба. К моему сожалению, никто из них ничего о сборе не знал, и мы, перешептываясь и косясь на капитана, добрались до северного отделения.
Внутри здания творился хаос. Сотрудники, капитаны и отряды перемещались по коридорам и лестницам перебежками. Капитан отправил нас в комнату отдыха, где кроме нашего уже находилось несколько отрядов. Я сразу же встал в очередь к автомату с едой и кофе. Живот бурчал, выказывая свое недовольство тем, что в него до сих пор ничего не закинули.
Пока я стоял в очереди, Ролин принял меня в группу, в которой уже состоял Гордон.
Не успел я проглотить безвкусный полуфабрикат и залить все это кофе, как в комнату отдыха зашел Гордон в компании других капитанов. Один из них взял слово:
— Наверное, многие из вас задаются сейчас вопросом, что же случилось. — Поймав согласные взгляды рейдеров, он продолжил: — Сегодня ночью и утром произошло очень много столкновений между рейдерами. Пока у нас нет точной информации, с чего все началось, но скажу вам одно: сейчас пятерка главных гильдий вошла в состояние войны.
— Вся пятерка⁈ А за кого мы? — раздался голос одного из слушавших.
— Да, вся. Мы ни за кого. Все против всех!
Дав нам полминуты, чтобы переварить информацию, капитан продолжил:
— Пока главы на переговорах, наша задача — удерживать объекты, которые принадлежат нам. Сейчас я назову распределение.
Наш полуотряд получил назначение на охрану захваченного у «Черных» западного отделения гильдии. Как только все покинули комнату отдыха, сюда тут же стали запускать других рейдеров — тех, что ожидали в коридоре. «Все очень серьезно, раз постоянно идут распределения», — подумал я, выходя из здания.
До западного района мы добрались на частных энергомобилях и не успели выйти из салона, как к капитану уже подошел майор Пейн, знакомый мне по операции в северном и захвату этого самого здания. Они пожали друг другу руки. Наша тройка стояла обособленно, поэтому мы толком не слышали, о чем говорят офицеры.
— Гордон, сперва я подумал, что надо мной поиздевались, — глянув на меня, Пейн добавил: — Теперь вижу, что нет.
— Есть идеи, от кого нам ждать нападения? — спросил его капитан.
— Пойдем внутрь, поговорим…
Гордон повернулся к нам и отдал распоряжения:
— Ролин, на первый этаж к техникам. Валеб, ты на второй, за тобой периметр. Алан, вон к тому отряду.
Мы кивнули. Я двинулся в сторону указанного мне отряда, который дежурил возле лестницы, но по пути меня на миг перехватил капитан.
— Держи, — он протянул мне серебристый узкий бокс. — Тут немного, в основном все с «зеленки».
— Спасибо, — сказал я, мельком глянув на содержимое. — Пригодится.
Внутри лежали зерна. Быстренько осмотрев их, я насчитал двадцать две штуки. Высыпал их себе на ладонь — часть тут же отправилась в свободные слоты, остальные я убрал в карман.
Проводив взглядом удаляющегося майора с моим отрядом, я подошел к рейдерам. Мы узнали друг друга: они несколько раз дежурили у меня во дворе. Двое с длинными мечами, похожие — братья Аксель и Ноиль. Третий, как и я, был вооружен коротким клинком, и вроде его звали Хан. Несимпатичная женщина с арбалетом — Нола. И их капитан, Райз.
— Привет, Алан! — помахал он мне рукой.
— Ребят, вы не в курсе, что вообще творится? Наш капитан молчит и толком ничего не рассказывает.
— Да все тут в непонятках. Пока ходят слухи, что пятерка объявила друг другу войну. Как и почему — никто толком не знает, — ответил мне Хан.
— Мы тут как раз с ребятами это обсуждаем… — добавил Ноиль.
— Нет, ну я понимаю — «Черные», мы, охотники. Но оружейники-то куда полезли? И у техников какой интерес? — вынес на обсуждение Аксель.
