– Ладно, – произнес Матвей, – зайдем с другого бока. Барсик, появись.
И тут же из воздуха выплыл и лениво помахал крыльями дракончик. Он держал в лапах кусок мяса и жадно жрал. По его лапам стекала кровь и капала на камни дороги.
– Тебе чего, хозяин? – безразлично спросил он. – Не видишь, я занят, нельзя меня отвлекать от моих важных дел. Прощай…
– Стой! – рассердился Матвей и тут же рассмеялся. – Что это за такие важные дела у тебя появились, что ты решил ослушаться моего приказа?
– А ты кто? – нагло спросил дракончик.
– Я твой хозяин, паразит ты эдакий…
– И что? Я тебе не вещь и не раб. Мы, отверженные драконы, не признаем власти над нами. Мы сами по себе. Наша программа…
– Заткнись, – приказал Матвей. – И слушай меня, анархист хренов. Я твой хозяин, а ты мой питомец. Замри и отвечай. Куда нам идти?
– А куда вам надо, хозяин? – осторожно спросил Барсик и сунул мясо под крыло. Воровато огляделся и стал бочком отходить от Матвея.
– Ты не спрячешься, морда твоя наглая. Встань предо мной, как конь перед травой, и отвечай.
– Не знаю, – ответил обиженный дракончик. – Ты злой и крикливый, а вот самочки, драконихи…
– Самочки будут у тебя, когда ты сможешь вернуться. А сейчас ты мой помощник…
– Ладно, – покладисто ответил дракончик и стал жрать свое мясо, не обращая внимания на Матвея. За этой картиной с интересом смотрел мессир Базкеле.
– Какой интересный типаж, – проговорил он и облетел вокруг Барсика. – А что это вы употребляете в пищу, мой крылатый друг?
– Не дам, – отвернулся от него Барсик. – Мне самому мало. Меня хозяин не кормит.
– Надо же, – не обращая внимания на слова дракончика, проговорил Базкеле. – Химера – это потому, что сам себя пересадил в тело лича? Интересный экземпляр, его стоит изучить, когда вернемся в Рунг. Вы позволите мне его распотрошить? Видимо, изменения произошли в поджелудочной железе этого субъекта.
– Но-но, – отлетел Барсик от призрака архимага, – не надо меня потрошить.
– Зря, очень зря, мы могли бы много узнать нового…
– Хватит болтать, – прекратил их препирательства Матвей. – Вы мои помощники и должны мне сказать, куда идти дальше.
– Мы не знаем, – одновременно произнесли Барсик и Базкеле.
– Мы не обязаны за тебя, хозяин, думать. Ты командир, ты и думай, – ответил Барсик, а призрак Базкеле поддакнул:
– Совершенно с вами согласен, мой крылатый друг.
– У меня два помощника, и те без мозгов, – огорченно, но с радостным выражением на лице произнес Матвей и всплеснул руками. Как так-то?
Глава 2
«Если шарик лопнул, его уже не надуешь. Вернее, надуешь, но другой».
Жизнь – это дорога, полная взлетов и падений. Каждый день приносит испытания, которые могут сломать человека, но только сильный дух и вера в лучшее помогают ему продолжать путь. Трудности закаляют характер, превращая человека в того, кто способен вновь подняться на ноги после каждого падения.
Матвей посмотрел на своих спутников и понял, что они даже не думают, что делать дальше. Барсик сожрал свое мясо и теперь вылизывался, как кот, а Базкеле летал вокруг него и рассматривал питомца.
– Ладно, – произнес вслух Матвей, – будем делить нашу проблему на части и спланируем первые три шага. Итак, – он посмотрел на дорогу, почесал голову и дальше произнес: – Дорога имеет два конца…
– Вы сделали очень глубокомысленное наблюдение, Рунг, я вами восхищен, – всплеснул руками Базкеле, но в его глазах Матвей увидел насмешку.
«А мессир не так прост, как хочет показаться», – догадался Матвей и махнул рукой на призрака.
– Не мешайте думать, мессир, коли своих дум у вас нет. Видимо, понять, что у дороги два конца, вам не дано. – Базкеле от проповеди ученика открыл рот. Хотел сказать что-то резкое, но закрыл рот и отвернулся. – Поэтому вариант пойти в нужном направлении оценивается в пятьдесят процентов. Это уже полпобеды. Что нам надо в этой ситуации? – Краем глаза Матвей видел, как Базкеле перестал летать и стал прислушиваться к его словам. – Нам нужна подсказка друга, это второй шаг, – радостно произнес Матвей и позвал: – Гензель, вылазь. – И тут же в руках Матвея оказался череп с искорками в глазницах. – Гензель, вот дорога, видишь?
– Вижу, – ответил череп.
– Как ты думаешь, куда нам идти?
– А куда вы хотите прийти? – в ответ спросил Гензель, и Матвей задумался.
– Ну, лучше всего в подземелье, где мы с тобой встретились, Гензель.
– Это невозможно, – ответил Гензель, и Матвей оторопел.
– Как это невозможно? – почти шепотом спросил он.
– Нас нет на острове Магов.
– А где мы? – оторопело спросил Матвей.
– Вы на материке, а мой пост в подземелье на острове… Брумус сказал, что вас сюда перенес «головоног». Эта местность является закрытой… э-э-э… Вспомнил! Локацией.
– И что, выхода нет, хотя есть дорога? – спросил, не чувствуя огорчения, Матвей. К нему даже пришел прилив необъяснимой радости. «Мы сдохнем тут», – подумал он и произнес это вслух.
– Вы не очень-то оптимистичны командор, – осторожно произнес Базкеле.
– Выход есть, – ответил из черепа дух Гензеля. – Если пойти направо, то вы попадете в разрушенный храм, там есть обширные подземелья. Если пойдете налево, то попадете в крепость, там тоже есть подземелья, но это тюрьма для преступников, в которой содержат тех, кто стал противником бога Ра Нгира. Из подземелий есть выход из этой закрытой локации.
– Я так понимаю, что хрен редьки не слаще, – произнес Матвей. – Слева темница, там храм с чем-то страшным – иначе чего бы ему там стоять. И выбор между плохим известным и неизвестным, но вполне себе ужасным. Пойдешь налево – в тюрьму попадешь, пойдешь направо – смерть найдешь, пойдешь прямо – жену найдешь. И что хуже?..
– Я вам так скажу, мой юный друг, – ответил мессир Базкеле. – Жена бывает хуже тюрьмы и смерти, поверьте, я был на такой женат. Так что предлагаю… – Он сделал театральную паузу. – Сделать выбор вам за всех нас. Вот. И не благодарите меня. Я должен был вам помочь. И какой интересный экземпляр у вас в руках! Там правда бедняга Гензель?
– Только часть его души, мессир Базкеле, – ответил череп. – Приходите в гости. Господин Рунг одарит нас своей магической энергией.
Призрак метнулся к Матвею и исчез в черепе.
– А тут у вас недурственно, Гензель… – прозвучал из черепа голос мессира Базкеле.
Матвей подержал череп и со вздохом сожаления, смешанного с необъяснимой радостью, убрал его в заплечный мешок. После этого он стал оглядываться.
– А по сторонам дороги горы, – произнес он. – На них снежные шапки. Может, там есть выход? Может, там живут гномы в своих подземных городах? – размечтался Матвей. – Барсик, лети, посмотри, что там.
– Сам лети. Я тебе не гонец и не разведчик. Мне силы надо беречь и толстеть. Драконихи любят драконов в теле, – произнес с ноткой мечтательности дракончик.
Матвей из-за отказа дракончика выполнить его приказ не расстроился. Он неожиданно произнес:
– Слева горы, справа горы – это Кавказ… – А затем повторил уже певуче:
«Слева горы, справа горы – это Кавказ.
Если хочешь быть здоров – занимайся,
Тренируйся и летай, отжимайся.
Девкам нравятся атлеты,
А не жирные котлеты…
Так что быстренько в полет ты со-обирайся…»
И, размахнувшись ногой, врезал ей по толстому заду Барсика. Тот полетел по дуге, как футбольный мяч. На середине полета он истошно заорал и выпустил газы, замахал крыльями и стал нарезать круги над Матвеем, затем сложил крылья и в пике устремился на Матвея. Матвей понял, что его питомец решил напасть на своего хозяина, он отпрыгнул в самый последний момент, и дракончик врезался в камни дороги со всего маха. От удара он расплылся кляксой, и замигала иконка:
