— Ха! Уважаемый! Уважаемый!.. — позвал он мужчину, стоявшего за барной стойкой. — А налей-ка нам кружечек шесть этого вашего шнапса!..
— Шейнаписа? — переспросил тот.
— Его! — обрадовался Муся. — И сок какой-нибудь! Есть?
— Вам какой? — уточнил бармен.
— Да я понятия не имею, я местных фруктов не знаю! Налей красненького, жёлтенького… И ещё какого-нибудь! Для ребёночка! — Муся указал на Веру, а та скорчила вредную физиономию и показала ему язык.
В этот момент с кухни появилась официантка с горячим для Игоря и Веры. И началось маленькое незапланированное застолье. Благо, помешать развесёлая компания никому не могла. Потому что в ресторане никого из посетителей больше и не было.
Через некоторое время Игорь отправил Веру спать, а сам остался, слушая перепалки Муси с Бизоном, подколки Трёпы и замечания Эрина. Кухня закрылась, а бармен прошёлся, затушив большую часть ламп. И только над столом последних гостей ещё оставался свет.
Муся сделал последний заказ, обещав не буянить, и вскоре служащий ушёл спать в каморку за барной стойкой. А затем и Игоря потянуло в сон. Они ушли вместе с Эрином, оставив Мусю, Бизона и Растрёпу одних.
Постепенно закончилась закуска и выпивка. Два здоровяка тоже отправились в комнаты. А Растрёпа сидела и задумчиво смотрела в окно.
Наконец, встала и она. Вот только спать ей не хотелось совершенно. Её терзал один-единственный вопрос, который она тихонько и пробормотала в тишине зала:
— Кто такие бублюсы?
Глава 6
Кто такие бублюсы?
Ещё день назад Игорь бы покидал Мессампер с сожалением. Но, налюбовавшись на эталонных снобов в центре узла, делал это теперь даже в охотку. Взглянув на тёмную сторону счастливого узла, он как-то сразу успокоился. И перестал переживать, что на Мессампере его семье было бы лучше.
Упорядоченное всё так же жестоко, всё так же несправедливо и всё так же не ценит человеческие жизни. Да и люди тоже не изменились. Просто на Мессампере они настолько разбогатели, что могли себе позволить делать вид, будто у них все равны.
На этот раз у Игоря и его спутников не возникло никаких проблем с проходом по сектору торговцев. И они двинулись к монументу по кратчайшему пути, заодно поглядывая на товары в местных лавках.
Правда, всё самое необходимое было куплено заранее. А на покупку нового снаряжения просто не было лишних средств — у Игоря, во всяком случае. Поэтому и задерживаться у лавок не стали.
А потом вся их компания вывалилась на Туманные дороги. И отправилась в сторону первого намеченного узла.
Надо сказать, рядом с Мессампером вообще хватало самых разных осколков. Да и сами Туманные дороги были здесь благоустроенными. Они даже не напоминали отдельные островки, висящие посреди непонятного ничто.
Дороги были куда шире, чем обычно. Острова так плотно примыкали друг к другу, что почти не оставалось щелей. А столбы стояли так же часто, как фонари в самом Мессампере. Да и светили они в полную силу, активно разгоняя клубящийся мрак.
Правда, чем дальше уходил отряд, тем более дикими становились окрестности. Но происходило это так постепенно, что и заметно почти не было.
Во всяком случае, когда вдали показался нужный узел, Туманные дороги всё ещё напоминали шестиполосное шоссе. Просто слегка затянутое туманом.
— А как этот узел называется? — между делом, спросил Игорь у Муси.
— Игорь, ну я тебя умоляю! Как может называться какая-то ферма? Никак! Ферма! — успокоил его рыжий здоровяк. — Зато мне тамошний староста слегка-таки должен… Так шо приютит твоих друзей, как родных и почти бесплатно!
Свернув с дороги, весь отряд направился к узлу по хрустальному мосту.
Почему по хрустальному мосту? Ну потому что это был самый удобный вариант из всех доступных, чтобы перейти с Туманных дорог на осколки. У Эрина — тот самый коридор с чёрными плитами под ногами. У Бизона — череда камней, по которым надо прыгать. У Муси — какая-то болтающаяся лента из непонятного материала.
А вот у Растрёпы — хрустальный мост, единственным недостатком которого была прозрачность. На ощупь он казался слегка шершавым, а ширина составляла где-то метра три. Ну а ещё по краям имелись очень даже осязаемые перила. Поэтому весь отряд дружно решил, что путь будет прокладывать именно Растрёпа.
У моста был и второй, не столь очевидный недостаток: надо было ещё заставить себя сигануть с него в сторону узла… Ну то есть сознательно прыгнуть в туман, клубящийся на границе. Но к этому неизбежному злу на Туманных дорогах быстро привыкаешь…
Узел встретил отряд тишиной ночи и пластами тумана, стелящегося по земле. Путники сгрудились у монумента, бдительно оглядываясь по сторонам. Конечно, можно было надеяться, что порождений здесь немного… Но надежда не должна заменять здоровую паранойю.
— Неудачно получилось! Лучше б у них утро было… — подытожил ситуацию Бизон. — Муся, ты хоть помнишь, куда идти?
— Да ну, я такие мелочи даже запоминать не хочу! — отмахнулся Муся. — Рассветёт, вот тогда и решим!
— Ещё бы знать, сколько до рассвета… — буркнул Эрин.
— Сколько бы ни было — всё наше! — отозвался рыжебородый, укладываясь прямо на землю.
Стоило ему закрыть глаза, как один край неба тут же начал светлеть. Игорь всё равно постелил спальник, но спать отправил Веру, а сам уселся на землю. В семействе Влада тоже уложили детей спать в телеге, да и сами, кто где, прикорнули подремать. А Василий и Андрей изо всех сил крепились, облокотившись на монумент, но заметно клевали носами.
Не спали только сам Игорь, Эрин, Растрёпа и Бизон. Нюхач расчерчивал защитные знаки вокруг монумента, а Бизон разводил костерок — как он сказал, для уюта. И когда пламя начало активно потрескивать, поедая собранный хворост, стало и в самом деле уютнее.
Солнце всходило над узлом медленно. Будто нехотя выбираясь на осколок неизвестного неба и смывая с него неизвестные звёзды. А туман понемногу отступал, давая рассмотреть всё больше подробностей.
Вокруг монумента раскинулся заросший травами и кустарниками луг. С одной стороны тянулась деревянная изгородь, опоясывавшая поле, на котором росли какие-то грибы в половину человеческого роста. А вдоль изгороди пролегала дорога, огибая луг с монументом.
С другой стороны от монумента виднелось совсем крошечное поселение, больше похожее на хутор, чем на центр узла. Это было скопление двухэтажных покрытых соломой домиков, которые явно сооружали, из чего придётся.
Поселение окружал деревянный частокол. Над печными трубами вились струйки дыма. А значит, местные жители уже встали и готовились к новому дню. Вскоре Муся шевельнулся, сел, потирая глаза и глядя на поселение. А затем громко предложил:
— Ну и шо мы тут сидим? Солнышко встало! Муся встал! Пора ногами двигать!
Остальные просыпались с тихим недовольным шёпотом. И, отчаянно позёвывая, готовились идти. Не прошло и десяти минут, как отряд наконец-то двинулся к домикам прямо через луг.
В селении их заметили. Ворота в частоколе приоткрылись, и навстречу вышел пожилой мужчина, который щурился, силясь ещё издали рассмотреть гостей. Наконец, он улыбнулся и весело крикнул на диалекте, распространённом в Мессампере:
— Моисей! Ты ли это, бродяга?
— Ну а кто же ещё, Бубан! Как твоё ничего?
— Слава Порядку, всё хорошо! А кто твои спутники?
Муся прямо на ходу начал всех представлять. Так что к моменту, когда отряд добрался до пожилого мужчины, можно было сказать, что знакомство уже состоялось.
— Что вас привело на наш скромный узел? — спросил Бубан, когда путники остановились.
— Дружище! Ты-таки не мог бы нам помочь? — не став ходить вокруг да около, спросил Муся.
— Ну, если это будет в моих силах, — согласился мужчина.
— Не мог бы ты временно приютить вот это достойное семейство и вот этих не менее достойных молодых юношей с ржавыми ружьями, пока мы поможем нашему другу Игорю в весьма опасном деле, которое надо выполнить очень-очень скоро?
