По мнению капитана, кандидат медленно взял старт, но проходил препятствия, не снижая темп, что удивило видавшего виды офицера. Взглянул на часы: пройдены два снаряда, а прошло всего треть отведённого времени.
– По-моему этот быстрее всех идёт, или я ошибаюсь?
– Всё верно, господин полковник, – ответил сержант.
– Главное, чтобы в финале не выдохся, – прокомментировал капитан, – сколько таких резких видел. Половину дистанции проходят на одном дыхании, а потом, словно останавливаются. Не стоит забывать, что это испытание «второго круга» и чтобы пересечь финишную черту испытуемому необходимо преодолеть ещё одно препятствие — бойцов, которые всеми способами будут мешать пройти последние пятьдесят шагов.
– Прям так всеми способами?
– Всеми дозволенными, – подтвердил капитан, – конечно, без использования холодного оружия. Это уже «третий круг».
– И сколько всего кругов? – удивлённо спросил начальник штаба.
– Всего в подготовке четыре круга, – продолжая внимательно следить за кандидатом, пояснял капитан. – «Первый круг», это тот, что прошли первые три, точнее два испытуемых. «Второй круг» – на финальном этапе кулачный бой с двумя противниками, но не тот, к которому мы все привыкли. Это не дуэль, закреплённая канонами Кодекса, а реальная схватка. Никаких условностей, никаких правил и ограничений. «Третий круг» – два бойца вооружены холодным оружием. Правила такие же.
– Вы жесто́ки, капитан. Из-за этого до сих пор и не укомплектуете всего лишь роту! – возмутился штабист.
– Господин полковник, я понимаю ваше недоумение. Но каждый из моих подчинённых с лёгкостью пройдёт «третий круг» испытания, а половина и «четвёртый круг».
– Есть ещё и «четвёртый круг»? – удивился полковник Мигнес.
– Есть. Но он для опытных, прослуживших не менее полугода солдат.
– Такие сложные требования?
– Судите сами. Испытуемый проходит полосу препятствий с оружием и в полном снаряжении…
– …так это без малого тридцать килограмм, получается!
– Браво! Господин полковник, вы не зря возглавляете штаб. Но это ещё не всё, – распылялся капитан, – добавляется два этапа. Сразу после полосы, стрельба из боевого оружия по мишеням на расстоянии в сто шагов. Потом схватка с двумя вооружёнными холодным оружием противниками.
– Жёстко!
– Замечу, что в последнем бою выжили все, кто с успехом проходил испытание четвёртого круга.
– В том бою всем тяжело пришлось. От полка осталась одна треть, – вставая с места, произнёс полковник Мегис, – а если бы не доблесть, оставшейся прикрывать отход гвардии, никого б не осталось.
Офицеры встали с места, почтив память павших. Перед глазами капитана единой картиной промелькнули образы погибших товарищей. Именно боевых товарищей, а не солдат, подчинённых. Почти всех он помнил по именам. Вот капрал Сегни закрыл его своим телом от града несущихся из засады пуль, вот солдат Вансис вовремя прикрыл спину от напавшего сзади противника, вот сержант Тонсин рубанул от души и рассёк пополам противника, душившего капитана.
Нетрис вновь ощутил во рту солёный привкус крови, но сейчас это его кровь. Он достал из кармана платок и вытер прикушенную губу. Тяжело довались ему воспоминания, но надо продолжать жить и готовить солдат, чтобы они имели шанс выжить в том кромешном аду, в который в скором времени попадут.
– Капитан, с вами всё нормально? Вы бледны.
– Благодарю. Со мной всё в порядке, – Нетрис отделался от воспоминаний и взглянул на полосу препятствий. Испытуемый закончил прохождение последнего снаряда и вышел на небольшую площадку, где его уже ждали.
– Как думаете, капитан, пройдёт новобранец испытание?
– Тогда придётся «второй круг» заменять сразу третьим, – недовольно проговорил штабист.
– Если пройдёт, то в скором времени станет одним из лучших гвардейцем во всей роте.
– Почему же?
– Потому что с первого раза никто не проходит. Если удаётся с запасом пройти все снаряды полосы препятствий, то остатки времени теряются на последнем рубеже. Примерно две трети не пересекает финишную черту, побеждённые бойцами, остальным не хватает времени. Сами знаете, выстоять против двоих сразу, без подготовки… не скажу, что невыполнимо, но трудно. Только двое с первого раза смогли и сейчас они лейб-сержанты.
– Что ж посмотрим. Кстати, у него необычное имя: «Валео Мирони». Вероятно, он из древнего, но обедневшего рода. Не думаю, что энц Роила Донса стал просить за простолюдина.
– Тем более странно…
* * *
Стоя на старте полосы препятствий ко мне подбежал сержант:
– Для тебя, кандидат, условия другие. Время прохождения двадцать минут, и ещё, в конце тебя ждёт сюрприз из двух противников. Тебе надо их одолеть.
– С чего такая щедрость? – удивился я. Всё-таки остальные проходили испытания по другим условиям.
– Так ты ж у нас «отличный боец»! Так что, давай, вперёд! Время пошло.
Рассуждать времени не было. Сначала рванул с места, но преодолевая первое препятствие, сбавил темп, войдя в привычный ритм. «Змейка», «бревно», «забор», шаги по чурбакам, перекладина, водная преграда — ничего необычного. Стандартная полоса препятствий. Сколько раз, служа в армии, приходилось проходить такого рода полосы и не упомнишь. Меня только смущал финал. Мельком бросая взгляд в конец полосы, замечал, как нехотя, с ленцой разминаются мои предстоящие экзаменаторы. Для себя сделал вывод, что бить будут сильно и мысленно поставил задачу, прибыть к финальному испытанию не сбив дыхание, и по возможности не устав. Плохо, что никто не подсказывал время, с которым иду по дистанции.
Последний снаряд — «водная преграда». С разбегу плюхаюсь в грязную жижу и иду, помогая себе руками. Ноги вязнут в плотной субстанции, словно упал в болото, но на дне твёрдая поверхность, не дающая утонуть. Добрёл до противоположного берега, подтянулся на руках и перевалился через невысокий ограничитель. Хотел немного отдышаться, но вовремя вспомнил о двух ожидающих меня бойцах.
С перекатом поднялся на ноги, и… мимо просвистела в ударе нога. На меня, ехидно ухмыляясь, надвигались двое. Один чуть впереди. Второй, видимо более опытный, чуть сзади. Первый быстро сокращает дистанцию… удар без замаха в область сердца. Надпочечники выбросили лошадиную дозу адреналина. Едва успеваю сделать шаг вправо и встречаю его двойкой в челюсть.
Беречь руки в такой ситуации не стал. Если б не моя расторопность, и надо отдать должное чуйке, не поднялся бы и после первого, нанесённого ногой удара.
Шагаю навстречу ко второму. Тот, видимо ожидал, что до него очередь не дойдёт, и на мгновение замешкался, но видя, как медленно заваливается его соратник, в глазах его проснулась ярость.
Два шага вперёд. Встречный прямой удар ноги по корпусу отбиваю, разворачиваясь вокруг своей оси, и с разворота бью по затылку… Страшный удар. Запрещён в современном боксе. Его ещё называют «удар кролика». Тренер рассказывал, что название этого удара пришло в мир бокса из Англии. Дело в том, что охотники ловили кролика или зайца и били его по затылку, после чего тот умирал быстро и без мучений. Но армия это не спорт. Цели другие. Первое время, проходя курс молодого бойца, было трудно себя перестроить, сломать годами вдалбливаемые ограничения и нормы… но справился.
Противник чуть приседает, и сжатый кулак сбивает шапку с его головы. Отскакиваю в сторону от каверзного контрудара ногой в колено. Шаткое равновесие. Ни мой удар, ни его, не достигли цели. Стоим в паре метров друг напротив друга. В его глазах читаю неприкрытую ярость.
«Они что, с ума сошли? Покалечить хотят таким испытанием», – мелькает мысль, и тут же вспоминаю. – «Испытание. Это всего лишь испытание полосой препятствий. Надо дойти до финиша и передо мной открытая дорога. Противник оказался сзади и не догонит. Осталось всего-то двадцать шагов».
Словно ошпаренный, стартую и бегу к вычерченной на земле полосе. Пусть считают трусом, но задача не победить противника, а добраться в установленное время до финиша. За спиной слышу тяжёлое дыхание…
