Марлен загадочно улыбнулась, но спросила банальное:
— Ты что-то хотела?
— Да! Давай сделаем тесты Снежку? Представляешь, он сейчас надо мной смеялся!
— И что тебя смущает? Смеяться умеют только среди земных шестьдесят пять видов животных.
— Допустим! Но он при этом прикрывал рот лапкой!
— И что? Обезьяны тоже так делают. А дельфинам, слонам и свиньям просто в силу своей анатомии это проблематично.
Мира растерялась. Может, и правда с йети все в порядке?
— У тебя вообще когда-нибудь были домашние животные? — обреченно выдохнула японка.
— Два хомячка и рыбки.
— Ну ты сравнила! В общем, проведем тесты завтра, а сегодня… прости, но ты и правда помешала.
И, прежде чем озадаченная Мира успела что-то спросить, Марлен добавила шепотом:
— Я на четыре месяца оставляю дома своего парня одного, а сейчас есть межпланетка, сечешь? Короче, у меня свидание.
И захлопнула переборку.
Сразу, что ли, не могла сказать⁈ Мира развернулась, посмотрела на сидящего на плече «попугая», который снова захихикал. Ну и ладно. Ляжет тогда спать сегодня пораньше.
Все каюты на корабле были типовые — четыре квадратных метра личного пространства, половину из которых занимало спальное место в виде навесной полки (впрочем, ее можно было сложить к стене). Еще встроенный шкаф и крошечный откидной стол. Над столом располагался экран терминала. Мира посмотрела на него задумчиво, еще раз прикинув, не стоит ли все же позвонить маме. Вообразила ее округлившиеся глаза от известия о распределении дочери и вторично эту мысль отмела. Открыла дневник и сделала новую запись.
«Сегодня с Игнатом в багажном отсеке наткнулись на Снежка. Теперь у меня есть личный карликовый йети. Ни на шаг не отходит. Вот даже сейчас сидит на плече и внимательно смотрит на комм. Не удивлюсь, если скоро он и читать научится. А доктор наш весьма забавный. Похоже, я ему нравлюсь, потому что обращаясь, он каждый раз смущается, как подросток, и называет меня по имени-отчеству. Он очень симпатичный, хотя и немного неуклюжий, но совершенно не в моем вкусе».
Тут Мире вспомнился отжимающийся капитан. Она секунду подумала, не написать ли о Стивене, но в итоге отложила комм, соорудила на столе для Снежка лежанку из полотенца и сама полезла под покрывало. Сон сморил ее быстро.
…От резко заверещавшего звука сирены у Стивена чуть не лопнули барабанные перепонки. Капитан выскочил в коридор, прямо как был босиком в одних пижамных брюках, просыпаясь уже на бегу в кабину. Перед входом в нее на долю секунды мелькнула широкая спина механика, и резко наступила тишина.
— Доложите обстановку! — скомандовал Стивен.
Дежуривший сегодня на посту Бобби растерянно стрельнул глазами, приоткрыл рот и, видимо, хотел что-то соврать, но быстро не придумал:
— Катер на заданном курсе. Проходим в непосредственной близости от необитаемой планеты Три́то. Код оранжевый. Происшествий нет.
— Не-ет? — возмущенно протянул капитан, сощуривая глаза. — То есть у меня сейчас была слуховая галлюцинация в сто тридцать децибел⁈ Ну-ка, вытащи руку из-за спины!
Бобби тяжело вздохнул, виновато глянул на столпившихся у входа Игната, Марлен и Миру и предъявил удерживаемого подмышки Снежка. Йети обезоруживающе улыбался и смешно дрыгал лапками.
«Хорошо, что тревога ложная! Главное — все в порядке!» — трижды как мантру повторил про себя капитан, а потом строго, но уже спокойно поинтересовался:
— Этот тут откуда? Я же велел не выпускать ночью из кают! — и оглядел пристыженную троицу. Причем пилот ему показалась бледнее остальных.
— Я точно дверь закрывала. Честно! — совершенно не по уставу пролепетала она.
Бобби гыгыкнул:
— Так он же разумный! Сам, видимо, справился!
— А ты? — переводя взгляд сурово уточнил Стивен. — Ты разумный? Как вышло, что йети в твое дежурство гулял по пульту⁈
Бобби потупил взгляд, как провинившийся школьник:
— За чаем отходил. А он, видимо, в это время забрался и сел в том углу, где кнопка.
Стивен еще раз про себя медленно посчитал до десяти. Как вообще с такой командой можно работать⁈ Он уже собирался выдохнуть и объявить механику взыскание, как его внимание привлек один из экранов внешнего наблюдения. Судя по изображению на нем, с Три́то только что стартовал корабль.
Глава 11
— Это еще что за консерва? — возмутился капитан, и Бобби, желающий как можно быстрее загладить свою оплошность, тут же плюхнулся в кресло и начал выводить данные.
Радиосигнал, который должен передавать в эфир каждый зарегистрированный корабль — отсутствовал. При увеличении картинки стал различим транспортник класса «Медуза» с бортовым номером С-3246. Механик тут же кинул запрос в каталог — действительно, такой номер был зарегистрирован за грузовым судном, однако на карточке стояла жирная красная пометка о том, что корабль списан в утиль.
— Не нравится мне это дело… Мира — быстро возьми управление — догони, но притормози на дистанции выстрела. Бобби — отправь требование остановиться для проверки документов. Остальные — одеваться, и чтобы через пять минут все сидели пристегнутые в креслах!
Спустя пару секунд рубка опустела, а пилот, как и была в пижаме и тапочках с розовыми помпонами, — меняла курс катера. Мира так обрадовалась, что ее допустили к своей работе! И плевать, что команда будет представительная, в форме, и лишь пилот, как «спящая красавица». В конце концов, для досмотра ей на другой корабль не переходить, а тут в кабине ее спальный прикид уже видели. А вот то, что ей доверили пилотирование — это куда важнее и приятней. И еще особое тепло разливалось за грудиной, потому что капитан назвал ее по имени, а не формальным «лейтенант Кипелова».
Хотя буквально через пару минут Мире стало не до сантиментов. Получив послание с патрульного катера, транспортник не только не остановился, но и явно прибавил скорость. Бобби отправил оповещение вторично, но судно и его проигнорировало.
Как раз вернулся остальной экипаж, и пилот, убедившись, что все пристегнулись, выставила скорость катера на максимум. Тут, конечно, старому транспортнику с патрульным кораблем было не потягаться. Пилот заложила крутой вираж и попыталась зайти «Медузе» со стороны двигателей — Бобби как раз огласил третье предупреждение, после которого обычно нарушителей останавливали принудительно.
Внезапно над С-3246 загорелся оборонительный щит, и Мира, скорее интуитивно, чем успев услышать предупреждение от системы, поднырнула под пузо транспортнику, который выдвинул лазерные турели и принялся поливать их огнем.
Бобби нецензурно выругался, активировал защиту катера и стал обстреливать нарушителей в ответ. Да, посмотри кто-нибудь этот спектакль со стороны, вероятно, посмеялся бы — катер в размерах выглядел перед «Медузой», как Моська перед слоном, но только вот этот «кто-нибудь» оказался бы совершенно не прав. Катер был мощнее вооружен и в разы маневреннее и быстроходней. Оставался лишь один вопрос: через сколько времени будет сбит щит и нарушитель наконец остановлен.
— На что они вообще надеются? — возмутился механик-стрелок.
И Мира, которая до этого просто кайфовала от полета и оказанного ей доверия (капитан же не кинулся отбирать управление при первых выстрелах!), вдруг сообразила:
— Там впереди регулярная скрутка [5]!
Кажется, и капитан, и даже Бобби, отвлекшись от своих джойстиков, посмотрели на нее с крайним изумлением:
— Ничего не путаешь? — уточнил Стивен, окончательно переходя на «ты». — Я не первый раз в этом квадрате, а на карте отметки нет.
— Не путаю! Ею некому пользоваться — с той стороны на многие световые года — Пустота. Скрутку поэтому и перестали изображать — наносят отметку «опасная зона», чтобы никто не совался, и все.
— В принципе пусть уходят, — подумал вслух капитан. — Я передал сведения в инспекцию, а вылавливать нарушителей — их забота.
