На лежаке обнаружился моток кожаных ремней. А рядом — устрашающего вида инструменты.
— Они вообще-то из хирургического набора, — скромно признался Оасан, — но и для ваших целей сойдут. Обратите, кстати, внимание на эти иголочки! Когда я был молод, то жил далеко отсюда, в содружестве узлов Иора. И там следователи такие загоняли под ногти: по две штуки, если надо было что-то выяснить. И, скажу я вам, это хтонически больно! Сам разок испытал на себе во времена накопления первичного капитала… А если этот подлец совсем уйдёт в отказ, у меня есть самый обычный, но простой и надёжный лобзик.
— Спасибо, Оасан! От всего сердца! — отозвался Бизон, шмякнув связанного обвинителя на лежак.
— А ты что тут делаешь? — возмутилась Растрёпа, заметив тихонько стоявшую за спинами взрослых Веру. — Так, пошли-ка отсюда!
— Я хочу посмотреть! — возмутилась девочка.
— Рано тебе на такое смотреть! — сдвинув брови, отрезала Растрёпа. — Пусть этим мужики занимаются. Они привыкшие. А мы свою психику побережём!
Пока дамы покидали шатёр, Муся и Бизон успели ловко примотать пленника к лежаку. А потом нависли над ним с самыми грозными выражениями лиц.
— Я-а-а-а… — испуганно протянул пленник.
— Ты, дорогой, ты! — оскалившись, кивнул Муся. — Ты врал! И оговаривал честного человека!
— Я просто рассказывал, как… — мужчина покосился на Игоря, а затем, видимо, вспомнил, что все его обвинения растоптало решение Упорядоченного, и тихонечко завыл.
— Ну давай знакомиться, мил человек! — улыбнулся ему Бизон.
Обвинитель знакомиться явно не хотел, но выбора у него банально не было. Он даже представился, но Игорь не расслышал его имени. А буквально через минуту и вовсе забыл: настолько неважной была сейчас эта информация. Как и много другой информации, которую обильно вылил на них этот лжесвидетель.
Не понадобилось, к счастью, даже игл. Мужчина и без того был напуган, а тут и вовсе начал рассказывать всё, что знал и не знал.
И вскоре Игорю стало известно, что уважаемый всеми Умаян не брезговал торговать наркотическими веществами, а Сеола покрывала работорговцев. Уважаемый Оасан, щедро предоставивший им шатёр, вообще-то торгует полежалым товаром, а некий Муарман обманывает покупателей, продавая дешёвый алкоголь под видом дорогого.
Пришлось этот поток признаний подрегулировать. Ну то есть направить в правильное русло, иначе житель пустыря мог сдать всех торговцев узла до единого. А это никому было не нужно, потому что к делу не относилось. О том, что на Пустыре незаконная деятельность неплохо себя чувствует, и так все догадывались.
И, само собой, обвинитель не видел момента убийства. Когда он засыпал в своей палатке, несчастная Саана ещё выпивала в компании двух своих приятелей, которых звали Атус и Омбаяшмис. А когда проснулся, то хладный труп женщины уже лежал на спальном месте.
Не успел обвинитель решить, как ему поступить, как к нему подошёл некто Уузул, карманник и вор. Он-то и предложил ему лжесвидетельствовать против чужаков. Этот же Уузул шёл с ним в толпе, чтобы в нужный момент указать на Игоря.
Последнее, чего от обвинителя удалось добиться — это описание похищенного кинжала. Жаль, оно не блистало подробностями. Кинжал был — вот удивительно-то! — белый. Очень белый. А обоюдоострое узкое лезвие, похожее на сильно вытянутый треугольник, было всего двадцать сантиметров в длину.
В общем, на поверку кинжал мог и вовсе оказаться стилетом или ножом. И никаких особых примет у него не было. Спасало лишь то, что, по идее, другого такого оружия на Пустыре быть не могло. Вшивая монетка, выдаваемая как подъёмные для тех, кто вернулся из Марева, стоила целое состояние. А уж оружие, даже простенькое, и вовсе было величайшей редкостью.
Вот и вся история обвинителя, который из-за жадности и глупости влип по самую макушку. И что с ним делать, ни Игорь, ни его спутники теперь не знали.
— Да вырвите ему лживый язык, и дело с концом! — предложил Оасан. — Ещё и меня опозорил! Товар у меня не сильно-то полежалый, просто хранился долго…
— Сами мы его наказывать не будем! — покачал головой Игорь. — Пусть лучше с ним торговцы разбираются. Надо отвести его к этим Умаяну с Сеолой и передать им всё, что он здесь рассказывал.
— О! Это я с превеликой радостью! — ухмыльнувшись, кивнул Оасан и выскочил из шатра.
Вскоре внутрь заглянули два смутно знакомых охранника, которые подхватили под руки обвинителя и увели. А вернувшийся торговец сиял, как начищенная монета.
— Вы можете полностью рассчитывать на моё содействие, уважаемые! И вообще, мой шатёр — ваш шатёр! — заявил он.
— А вы-таки почему к нам настолько сердечно расположены? — с подозрением поинтересовался Муся.
— Ну… — торговец замялся. — Скажем так, у меня много причин…
— А вы изложите их все! — предложил Игорь.
— Самая первая причина заключается в том, что меня, когда я прибыл на этот узел с немалым багажом товара, обвинили в преступлении, которое я не совершал. Так же, как и вас сегодня! — признался Оасан. — К сожалению, тогда вас не оказалось рядом. Меня обвинили, а большую часть товара конфисковали.
— А охрана? У вас её не было? — удивился Эрин.
— Я приехал в составе каравана… Но главный торговец не стал за меня заступаться, — развёл руками Оасан. — Я его не виню! Против меня работали серьёзные люди. Спасибо ему хотя бы за то, что вот этот шатёр и мебель он увёз с собой, а потом вернул… Как и небольшую часть моих товаров… Это всё, что удалось сохранить. Поэтому мне доставляет огромное удовольствие наблюдать, как вы этим местным воротилам нос утираете.
— Но это ещё не все причины? — догадливо спросил Игорь.
— Само собой… — согласился Оасан, после чего указал на длинный стол и стулья. — Предлагаю вынести эту прекрасную мебель на улицу. На свежем воздухе общаться как-то лучше… А я пока найду работника, который уберёт лужу, оставленную в моём шатре этим позорным сыном хтони.
— Так что ещё за причины? — уточнил Игорь.
— Мне выдано задание вам помочь! — признался Оасан. — С хорошей наградой в деньгах Упорядоченного. Можно набрать новую партию товара и опять начать нормально торговать. К тому же, мне, скажем так, не сильно нравятся некоторые люди на узле… Да и сам узел мне неприятен, скажу честно. К слову… Вы можете оставаться у меня столько, сколько понадобится.
— У нас есть наводка на некого Уузула. Сможем ли мы его найти? — поинтересовался Игорь, когда все уже сидели за столиком перед шатром.
— Боюсь, это тупик, — мрачно заметил Бизон. — Искать карманника и вора на узле, где он давно живёт… Наверняка у него здесь столько лёжек, что мы и за неделю не проверим!
— Я думаю, что могу помочь в этом вопросе! — и тут вызвался на помощь торговец. — Кину клич среди тех, кто его знает. В конце концов, все здесь заинтересованы в том, чтобы узел снова открылся.
— И кинжал надо поискать, — встрепенулся Эрин. — Уважаемый Оасан, попросите торговцев поискать свидетелей! Такое оружие не может бесследно пропасть.
— Сомневаюсь, что кто-то его увидит в продаже! — покачал головой торговец. — Наша братия торговцев, конечно, наглая… Но не настолько глупая, чтобы такое приметное оружие на продажу выставить. Впрочем, я всё равно постараюсь выяснить подробности.
— А мы чем займёмся? — уточнил Бизон. — Может, хоть место преступления осмотрим?
— Почему бы и нет? Давайте, — решил Игорь.
Осмотр много времени не занял. Но, само собой, никаких следов найти не удалось. Стараниями обвинителя, там успела потоптаться куча народу. Да и остатки имущества покойной кто-то растащил.
Когда уже возвращались обратно к шатру Оасана, услышали шум на одной из площадей узла, куда почему-то спешили многие местные. Игорь решил посмотреть, что там происходит… И сильно об этом пожалел.
На перекрёстке, где было много свободного пространства, установили простенький помост, вокруг которого и толпились люди. А на помосте трое охранников Умаяна держали рыдающего обвинителя.
