– Рискну, – ответила я после короткого молчания, решать нужно было быстро. Если Кадзуо попытается использовать меня… я сделаю все, чтобы и он не покинул этот особняк.
Меня саму удивили подобные мысли, но они были порождены этим местом и моей озлобленностью, накопившейся после всего произошедшего.
– Отлично. Тогда держи это, – произнес Кадзуо и вложил мне что-то в руку, поспешно уходя дальше. Я хотела окликнуть его, чтобы уточнить детали плана, но Кадзуо приложил палец к губам, призывая молчать: Дзёрогумо могла слышать и понимать нас.
Я раскрыла ладонь и увидела, что Кадзуо отдал мне зажигалку. Я вскинула брови, а после сосредоточенно всмотрелась в Дзёрогумо, играющую на сямисэне. Я догадалась, что хотел от меня Кадзуо, и, несмотря на риск, была готова. Страх пробежал по позвоночнику легким холодом, но я старалась не поддаваться ему.
Раскрыв зажигалку, я поднесла огонек к ближайшей паутине, пытаясь не обращать внимания на побежавших по моим голым ногам пауков. Отвращение хотя бы немного отвлекало от коварной мелодии.
Сначала ничего не происходило, но затем пламя перекинулось на паутину. Толстая и крепкая, она не сгорела сразу, но занялась огнем, и я увидела, как мелкие пауки начали поспешно отползать от пламени. Встав поближе к огню, я прогнала и тех, что уже успели на меня заползти.
И затем услышала крик Дзёрогумо, перестук ее лап, пришедших в движение. Она быстро ползла в мою сторону, и мне показалось, что сердце рухнуло куда-то вниз. Стараясь не цепенеть от ужаса, я побежала дальше, поднося огонек зажигалки к очередной сети между деревьями. Я попыталась поджечь само дерево, которое тоже должно было отлично гореть, но почти все стволы были плотно окутаны паутиной и поджигать вновь пришлось ее.
Обернувшись, я увидела, что Дзёрогумо была уже гораздо ближе, – расстояние между нами не превышало тридцати метров. За ее спиной я с облегчением заметила Кадзуо. Он забрался на оплетенное липкой паутиной дерево и готовился прыгнуть вниз, и я быстро отвела от Кадзуо взгляд, чтобы не выдать его. Напротив, я, застыв на месте, посмотрела прямо на Дзёрогумо и вытянула перед собой руку с зажигалкой.
– Чего ты хочешь? – выкрикнула я. Огонь рядом полыхал, прогоняя холод, но меня все равно слегка трясло. А внутри разгоралась злость. – Чтобы я спалила все твое логово? Пропусти нас, и я больше ничего не подожгу!
Я знала, что мои слова никак не повлияют на Дзёрогумо, но ее необходимо было отвлечь. Она подобралась уже совсем близко, и я поднесла зажигалку к очередному дереву. Я хотела вновь поджечь паутину, но что-то ударилось о мою руку, выбивая зажигалку из пальцев. Глянув вниз, я увидела огромного паука с телом не меньше обеденной тарелки, и в моем горле застрял крик ужаса и отвращения.
Дзёрогумо в пяти метрах от меня злорадно рассмеялась, но это было все, что она успела сделать. Кадзуо, прыгнув ей на спину, схватил ее за волосы и ударил в шею чем-то, что сквозь туман мне было не разглядеть, я лишь заметила, как, отражая всполохи огня, сверкнула сталь.
Крик Дзёрогумо прорезал воздух, только вызван он был скорее злостью, нежели болью. Я не стала смотреть, что будет дальше, кинулась в сторону, подальше от Дзёрогумо, и только потом обернулась. Дзёрогумо пыталась скинуть Кадзуо со спины, но тот, крепко вцепившись в ее плечи, вновь нанес удар кинжалом, целясь в шею. Дзёрогумо дернулась, выронив сямисэн, и удар прошел по касательной.
– Осторожно, сзади! – крикнула я, увидев, как за спиной Кадзуо на деревья взобрались огромные пауки вроде того, что до этого выбил зажигалку из моих рук.
Мой крик опередил пауков лишь на пару секунд, и Кадзуо, занесшего руку для нового удара, сбили с Дзёрогумо ее слуги. Я вскрикнула, но так и не поняла, чего испугалась: что Кадзуо пострадал или что наш план провалился.
Кадзуо упал со спины Дзёрогумо, ударившись головой о ствол дерева, и я увидела, как он поморщился и схватился за голову, пытаясь прийти в себя. Дзёрогумо нависла над ним, вновь рассмеявшись, и я поняла, что про меня забыли. Огонь словно по волшебству стал слабее и даже перестал бежать дальше, явно не угрожая логову ёкая. Я сцепила зубы, не сомневаясь, что это было неспроста. Нас просто не хотели выпускать.
Я могла бы убежать из этой комнаты, бросив Кадзуо… Но на удивление быстро выкинула эту мысль из головы. В любом случае это не поможет. Бегство не поможет мне выжить. Я так или иначе умру в этом особняке.
Я попыталась придумать план, но в голове было пусто. Казалось, что вот сейчас Дзёрогумо убьет Кадзуо, но все происходило словно в замедленной съемке.
Затем мне пришла идея.
Не размышляя над деталями, я кинулась к Дзёрогумо, которая наблюдала за тем, как крупные пауки оплетали Кадзуо паутиной. Он потерял сознание, точнее, я надеялась, что он лишь потерял сознание, – удар ведь был не таким сильным.
Пользуясь тем, что Дзёрогумо потеряла бдительность, я подкралась ближе. Меня передернуло от вида ее огромных мохнатых лап, и я, на ходу подхватив сямисэн, устремилась к двери.
Уже на полпути к выходу меня нагнал крик Дзёрогумо, но я не остановилась, напротив, лишь прибавила скорости, крепче обхватывая сямисэн. В моих худых ногах было мало силы, но я бежала, стараясь выложиться настолько, насколько могла. Как можно скорее открыла дверь и выскочила в коридор, с разбега ударившись плечом о противоположную стену. Я понеслась вперед, у меня уже сбилось дыхание, а ноги дрожали, но перестук паучьих лап по деревянному полу позади придавал мне сил.
Не сдержавшись, я обернулась, и от увиденного у меня едва не остановилось сердце и отпало всякое желание оглянуться еще хоть раз. Дзёрогумо ползла за мной, взбираясь то на одну, то на другую стену, и ее огромные лапы занимали все пространство коридора. Глаза горели жгучей ненавистью, а на губах играла плотоядная улыбка.
Завернув за угол, я увидела Тору, Сэнси и Каминари, которые о чем-то напряженно спорили у лестницы. Сэнси тут же заметил меня, и его хмурое лицо выдало удивление, остальные тоже развернулись ко мне – испуганной и запыхавшейся, со всех ног бегущей к лестнице.
– Что случилось?.. – начала было Каминари презрительным тоном, но я перебила ее:
– С дороги!
У меня вырвался лишь хрип, ведь легким и так не хватало воздуха. На лицах Сэнси и Каминари отразилось недоумение, однако Тора заметно напрягся. В следующую секунду из-за угла показалась Дзёрогумо, и ужас исказил лица Сэнси и Каминари, а лицо Торы окаменело. Он опомнился первым и, схватив союзников за руки, практически отбросил тех в сторону, подальше от лестницы.
Я же, стиснув зубы, приблизилась к ступеням и бросилась вниз, но подвернула ногу и упала, пересчитав костями треть лестницы. Застонав, я попыталась встать – адреналин придавал мне сил и притуплял боль. Оставалось лишь надеяться, что я ничего не сломала.
– Она близко, беги! – услышала я суровый окрик Торы, но и без его слов уже бросилась дальше, из последних сил перебирая ногами.
Боль в теле мешала мне, но я не поддавалась ей. Я была близка к цели.
А ко мне была близко Дзёрогумо. В ушах раздался ее злорадный смех, вызвав дрожь во всем теле. Я понимала, что она почти догнала меня. И что она, скорее всего, просто охотилась, растягивая развлечение, не торопясь схватить меня своими жуткими лапами.
И если поймает, мучительная смерть была мне обеспечена.
Стиснув зубы то ли от злости, то ли от страха, я сделала последний рывок, едва не врезавшись в нужную дверь, и, к счастью, с легкостью ее открыла – настолько та истончилась. Я кинула сямисэн в завесу темноты в дверном проеме, которая, впрочем, поредела и уже пропускала очертания мебели внутри. Затем я упала, прижимаясь животом и лбом к полу.
С недовольным шипением Дзёрогумо заползла в комнату, стремясь вернуть свой драгоценный инструмент. Проползая надо мной, она переступала через порог мохнатыми лапами, и я отодвинулась как можно дальше. Однако при этом не могла оторвать глаз от темной пелены впереди, молясь, чтобы мой план сработал.
