— Чего не сказала-то, а? — Лориэль покачала головой.
Не мудрено в ангаре в одном мундире-то. Он, конечно, красивый, но не сильно теплый.
— Да чего-то стыдно перед этой мелкой в одеяло кутаться! — призналась Искра.
Ее сдали на руки врачу, а утром стало понятно, что навигатор простыла. В купе с болью и потерей крови Искра вообще не могла встать, лежала весь день под наблюдением. Вернее, встать-то она могла рискнуть, но ей запретили. Лориэль заглядывала пару раз, чтобы спросить как дела. На ночь Искру оставили в медчасти, там и потеплее, и кровать, вообще-то, с нормальным подогревом.
Следующий сутки про отряд и подбитую «ласточку» никто не вспоминал. Работа спорилась настолько хорошо, что тетушка срезала раскуроченное крыло, а Белка с остальными разобрали разбитую турель, слили остатки энергона со всей топливной системы, сняли оба дырявых в решето бака.
Когда с утра думали с чего начать, Лориэль, попивая кофе, смотрела пристально на кабину своей «ласточки». Один скелет остался, боковых пушек нет, подвесной модуль тоже сняли, сняли боковые панели, не было и части оборудования. Как есть скелет.
Мысль в голове крутилась давно, и такая себе мысль была, но другого случая может не предоставиться.
— Белка, а сколько весят обе пушки? — Лориэль вмешалась в небольшой спор между тетушкой и техником.
— Ну… с боекомплектом?
— Снять их нужно. Обе.
— А… Как?! — у Белки зашевелились ушки, она как счетное устройство сразу прикинула разные варианты. — Как же снять?! Они борта прикрывают, садятся очень плотно. И центровку собьем! Нос елозить будет!
— Места креплений же закрыть чем-то надо будет, верно?
— Это чего… — Белка почесала за ушком и уставилась на пилота. — Это чего, броню поставить противовесом?
— На двух-трех стабах машина идет вниз, потому что носовая часть перегружена.
— Это еще синхронизаторы перенастраивать… — Белка крепко задумалась.
— Без старшей такое делать нельзя, — напомнила тетушка. — Большая переделка, получается.
— Посчитать надо… — продолжила ее мысль Белка.
— Будем считать, — кивнула Лориэль. — Иначе старшая не разрешит.
— Это же на заводе только можно… — Белка погрузилась в замысел полностью.
Они на пару ушли в небольшую комнату, поставили нагреватель и засели за расчеты. Даже начали делать расчеты для летного тренажера. Идея так себе, но попробовать хотелось. Увлеклись сильно, забыли про обед. Айка сама пришла, постучала тихо в дверь и позвала кушать.
Вечером в этой же комнате их застала Туча. Лориэль печально вздохнула — ничего толком не было готово.
Старшая на то и старшая, выслушала, все поняла, потом легонько влепила Белке по уху:
— Заняться вам двоим, смотрю, нечем! Дел столько! — Туча усмехнулась. — По мордам вижу, что не бросите затею, да?
— Может получиться, — сказала Лориэль.
— Может. Подумаем. Как-нибудь. Чего-нибудь. Ты пилот или погоду по хвостам предсказываешь? Нехер дурью маяться, делом займитесь. Машин не хватает, — Туча призадумалась. — Все что у вас есть пакуйте, пишите рапорт и мастеру Хирондель отправьте. Да, и в рапорте все укажи, зачем и почему. У них там на заводе голов побольше и поумнее наших, пусть думают. Ясно? Обеим?
— Так точно, — не очень дружно прозвучало в ответ.
С утра в ангаре объявилась и Искра. В теплых сапогах по самое колено, в толстой куртке, на голове меховая шапка, явно от тетушки. Не очень красиво, зато тепло.
— Ты чего тут делаешь? — накинулась на навигатора Лориэль.
— Ходить надо, — простуженным голосом ответила Искра. — Чуточку похожу и обратно в койку.
Она и в самом деле через час ушла. Лориэль проводила и снова полезла в кабину. Кое-чего Натанга с тетушкой вчера подправили. Крепления частью пострадали от попаданий, тетушка их лихо срезала и приварила новые. Если бы не отсутствие грунтового покрытия, то никто бы не отличил от заводской работы. Тетушке теперь работы много с крылом — там основа полиметалл из титана и экзотиса. И ко всему этому нужно приварить стальные направляющие, которые и плавятся при другой температуре, и вообще не подходят по свойствам. У Белки с тетушкой целый мозговой бой, как это все провернуть без заводских технологий.
Натанга подставила к кабине стремянку и полезла помогать. Еще одну мелкую загнали на самый верх подглядывать что и как. Крепления должны быть такие, чтобы тяжелое оборудование не шелохнулось, даже если ты его ломом лупить начнешь. Направляющие тоже с примесью экзотиса, просверлить дырку под углом больше трех градусов и стандартный крепежный болт сядет неправильно. Так что было чем заняться, выверяли все. Из больше чем двух сотен отверстий ошиблись только в одном. Пришлось заварить. Тетушка как виртуоз сработала — расплавила технический порошок из того же титана и экзотиса простой горелкой и волнами загнала в отверстие и ничего больше не задела. Натанга потом минут десять примерялась, чтобы новое отверстие сделать правильно. Лазерный резак резал сталь три минуты. Когда все остыло, попробовали для проверки поставить модуль — болт в крепление вошел как родной. Они решили закрепить модуль полностью. Ставить-то еще рано, но для проверки надо.
Натанга крутила болты, свесившись немного из кабины. Лориэль лежала снизу под модулем и крутила, где подобраться сложнее. В четыре руки работа спорилась. Мелкая сверху развесила несколько фонарей и возилась с последним, который никак не хотел крепиться.
— Хозяйка… — робко позвала мелкая.
Лориэль выглянула из-под панели.
— Там опять эта оперша прилетела…
Натанга вытянулась и обернулась.
— Точно, она самая. Идет сюда, — сказала старшая техник.
— Ясно… — Лориэль села и отложила инструменты.
Оперша тем временем подошла к машине. Лориэль встала в полный рост и выглянула наружу.
— Добрых дел, — сказала она.
Оперша кивнула в сторону базы. Опять допрос, похоже.
— А ордер у вас есть? — без надежды спросила Лориэль.
— Ага. И парадный конвой. Даю десять минут и навигатора вашего прихватите, — распорядилась разведчица.
Искра выглядела неважно, и на допрос пришла в теплой накидке. Оперша покачала головой, но ничего не сказала.
С допросом управились за час. Теперь разведчица спрашивала обеих. Они, по сути, еще два раза пересказали все от и до. Только теперь начинала одна, а потом разведчица приказывала продолжить другой. И раза четыре прошлись по предположению, когда вражеские перехватчики отменили атаку. Снова вспоминали секунда за секундой. И слово в слово. Хотя Искра мало что могла добавить к рассказу Лориэль. Самое интересное она не видела и не слышала. Оперша без какой-либо заинтересованности на лице подсунула на подпись рапорты и, к общему удивлению, кивнула на небольшую комнатку сбоку:
— Можете воспользоваться личным терминалом. Сообщения уйдут завтра. И остальным передайте, я еще два часа здесь.
Искра сразу отказалась:
— Я ничего своим не отправлю.
Ей жутко не хотелось показываться детям раненой и больной. Отказалась наотрез. Лориэль закрылась в комнате. Пока включался терминал, опомнилась и кинулась к небольшому зеркальцу на стене. Вроде не жуткий вид, хотя стричься уже пора. Волосы у сильванок наследие от праматерей, когда смешивались с мужчинами других рас. Вообще-то, красиво, если за волосами ухаживать, но не для военных и, тем более, не для пилотов. Все выбривается под уровень меха, иначе летный шлем сядет плохо.
Она покрутилась у зеркала. Нет, не очень заметно, что обросла. Да еще и запись будет монохромной, там и усталость не сильно заметно.
Лориэль села за стол, настроила камеру. Подумала немного и включила таймер. Девяносто секунд — лимит на видеозапись, чтобы отправить домой послание. Это хорошо, что видео доступно, а то дети забудут, как мать выглядит.
Когда она выходила из комнаты, разведчица что-то изучала в планшете, а снаружи уже выстроилась небольшая очередь.
Лориэль и остальным сообщила, вдруг кто успеет. Туча отмахнулась, Тройка промолчала, а Зара через час сказала, что записала весточку домой на у десанта на базе. У тех оперши злобные, как сама десантура, но если чего могут помочь — то всегда помогут.
