Разведчица улетела. Искра, пока гуляла по ангару в очередной раз, дошла до дозорных у входа и вернулась к «ласточке». Зашла внутрь, походила, поохала.
— Отдыхай иди, — сказала Лориэль, подкручивая очередной болт.
— Сейчас пойду. Знаешь, чего девки сказали? Эта темнила сама летает на «пчелке».
— И чего?
— А много ты секретных баб знаешь, которые сами летают?
— Разведчица, что ты хочешь.
— Ага, разведчица, — Искра хмыкнула. — Это или контразведка, или ведьма из корпуса Быстроногих. С них станется.
Лориэль выглянула из-под приборов и посмотрела на подругу.
— Нам какая разница? Вопросы-то она правильные задавала. Все по делу.
— Угу, — буркнула Искра. — Только я чего-то странное чую. Вот неспроста это все. Чего она про шифратор десять раз спросила? Странно.
— Есть такое, — согласилась Лориэль.
— Ладно, пойду, прилягу.
К ужину примчалась Туча. Залетела вместе с навигатором в столовую вихрем.
— Айка! Пожрать чего!
Повариха кинулась наливать и накладывать. Голодная Туча плюхнулась рядом с Лориэль и жадно принялась за еду.
— Чего, живые обе, а? — с аппетитом уминая суп, спросила старшая. — Наша мелкая репортерша веселье опять устроила. Так что мойте хвосты — драть будут всех.
— Чего это? — спросила Лориэль.
Искра и сама бы воскликнула, но молчала, чтобы не выдать простуженный голос.
— Чего… — Туча улыбнулась. — Ее репортаж в сеть улетел.
— В общую?!
— В общую, в общую! — оскалилась в улыбке Туча. — И не в домашний канал, а в имперский. У, какие кадры! Умеет, зараза мелкая! Сама раз пять пересмотрела. Там, где ты в дыму по горящей «ласточке» скачешь с огнетушителем — вообще эпично. Сразу медаль захотелось вручить. А у твоей простуженной напарницы такая героическая морда — хоть в серебре отливай! Чего притихла, а? — Туча прищурилась, изучая виноватую морду Искры. — Думала, не узнаю? Вот руку починишь — устрою тебе лечебные процедуры с метлой!
Туча отодвинулась суп в сторону и положила руки на стол.
— Ладно, теперь между нами и очень тихо. Там… — старшая указала наверх. — Там возня какая-то началась по нашу душу. Понятия не имею чего и как, но все про вас обеих. Так что приказ — сидеть тихо и не дышать лишний раз. Искра, будет лучше, если ты вообще без сознания где-нибудь в реанимации пару дней поваляешься. Что происходит — никто не знает, только ушами шевелят. Ясно? Тихо сидеть!
— Так точно, — тихо ответила Лориэль и пересказала последний допрос.
— Нда… Контрразведка, не иначе, — Туча призадумалась. — Эти просто так хвосты не отрывают. Зато уж если отрывают, то по самые уши. Ну да чего вам бояться? Все рассказали? Ничего не соврали? Хорошо.
Улетела Туча еще до рассвета. Лориэль, тихо потягиваясь, вышла в ангар. Тетушка пила чай и слушала что там в очередной раз придумала Белка. Заклинившие крыло никак не поддавалось, а портить корпус та еще задача. Послушав техников между делом, Лориэль прихватила инструменты, теплое одеяло и залезла в кабину крутить любимые гайки.
Через полчаса вокруг кабины началась возня. Белка подставила стремянку с одной стороны, Натанга залезла с другой. Они старательно все измеряли и переговаривались, отвлекали.
— Вы чего? — поинтересовалась Лориэль.
— Я придумала чем кабину утяжелить! — Белка сразу заулыбалась. — У тетушки термоплиты с обшивки есть. Они толстые и осколки держать должны.
Лориэль попыталась сообразить, о чем идет речь. Видимо, о герметичной прокладке под внешним листом корпуса машин вроде «платформы». Там состав чем-то напоминающий помесь резины со смолой, вязкая штука толщиной миллиметров сорок. Структура нанидная, держит тепло и удары мелких метеоритов или еще чего, вроде осколков. Штука, кстати, очень дешевая. На Галладане два завода производят эти плиты. Одна беда, вещь не многоразовая. Нанидные сетки в структуре удар держат, но деформируются в жесткую форму и в обратное состояние не возвращаются. Плиты тяжелые. Белка насчитала, что на кабину нужно кило четыреста накинуть, чтобы поменьше возиться с прошивной синхронизаторов. Примеряли плиты полдня, на крупных кораблях их просто выкладывают под обшивкой, естественной вязкости и шершавой поверхности хватает для удержания, а тут с дырами так не выйдет. Вопрос как закрепить то, что для крепления не сильно годится.
Для проверки после обеда решили крепить на тонкие листы стали. Тетушка быстро нарезала несколько штук по размеру. Лориэль из кабины наблюдала за всем действом, когда ее окликнула Натанга.
— Там с Зарой чего-то…
Лориэль выглянула из кабины. У ангара стояла машина, за рулем Тесса, хотя Зара никогда не упускала возможность порулить. Охрана пропустила экипаж, машина заскочила в ангар, всем сразу стало понятно, что дела плохи. Зара едва слезла с кресла. Уши напряженно торчат, сама держится за живот, изо рта текут слюни, Зара их не переставала вытирать. Случилось, похоже, самое паршивое — животом заболела. Ее уложили на старые носилки и быстро утащили в медблок.
Тесса, дрожащими руками, утерла со лба пот.
— Еле долетели…
— Чего случилось-то? — спросили у нее.
— Утром взлетали — все хорошо, а тут у нее такие судороги начались, думала, она из кресла выпрыгнет! И чего делать, не знаю. Хорошо рядом были.
Тесса уставилась на Лориэль:
— Лететь надо. У нас семь тонн, медикаменты. Ждут. И вообще сегодня все рейсы по медицине.
Туча новостям не обрадовалась. Пока связывались с ней и готовились к вылету, выяснили, что у Зары на почве нервного истощения воспаление началось. Может вообще на операцию залететь, а тогда с полетами можно попрощаться. Медицина в кресло пилота со шрамами на кишках никогда не допустит.
Плюнули на все рейсы, расчистили в трюме немного места, затащили Зару на носилках и прямиком на «единичку». Кто ждал груз чуть поворчали, но согласились. И даже не сильно ругались.
Только когда сдали больную Зару на руки врачам, Лориэль с Тессой немного успокоились. Доложили Туче и стали ждать разрешения на взлет.
Чужая машина вела себя странно, Лориэль чувствовала это. Сидишь в кресле и все как-то неудобно. И спине все мешается, и хвост под бедром слишком уж чувствуется, и рукам неудобно, словно неведомая сила выпихивает тебя из кресла. Но стоит включить двигатели, подать мощность на стабилизаторы, и «ласточка» начинает петь. Идет легко, что в набор, что в ускорение, что в маневры. Спокойно и легко, как и сама Зара, которая терпеть не могла сидеть на земле. Ей бы жить в небе.
Лориэль сама соскучилась за эти дни по полетам. Опомнилась она на вторые сутки, когда уловила на себе умоляющий взгляд Тессы. Она-то уже трое суток отлетала без отдыха. Сделали еще рейс и начались чудеса. Резко дернуло левым двигателем, а потом один за другим посыпалась вся левая группа. Еле дотащились до базы, чуть не ушли на вынужденную. Тесса от нервов аж ноги поджала.
Белка пулей на крыло, Натанга следом. Через пять минут вердикт:
— Синхронизатор накрылся! И вообще вся группа… — Белка почесала за ушком и посмотрела на Лориэль. — Хозяйка, а вся группа в сборе только на вашей машине… Вот…
Было над чем подумать. Основной синхронизатор — это распределительная станция, без нее энергии на узлах не будет. Есть два запасных, но они именно что запасные, долететь куда-нибудь, но тут, похоже, сдохли и они. А с ними и все преобразователи мощности, которые Белка начала проверять. И рычать. От злости.
Лориэль поморщилась. Видимо, ее «ласточка» взлетит не скоро.
Тесса вдруг кинулась в машину к связи, словно что-то вспомнила. Вышла минут через десять чуть успокоившись. Техники как раз пригнали тягач.
— Обошлось… — дрожа всем телом прошептала она.
— Ты чего? — удивилась Лориэль.
— Да чего-то подумалось, раз с машиной беда, то и с Зарой… Вот…
— И чего?!
— Лежит, капают чем-то. Кризиса нет, но недели две карантин. Это минимум.
— Туче доложила?
Тесса замотала головой. Она с трудом держалась на ногах, и устала, и перенервничала. Ее отвезли в ангар, остальные занялись «ласточкой».
