Некромант замер, и из-за маски было сложно сказать, интересно ему наблюдать за происходящим или нет. Но он явно прислушивался не только к словам, но и к чувствам присутствующих.
– Что сказала Тамира?
– Попросила, чтобы зелье было с эффектом дурмана. Чтобы ничего не запомнить. И попросила не говорить ничего вам. Ведь в том, что она придумала себе любовь, только ее вина, – холодно произнесла Маргарет. – В любом случае мне придется перед ней извиниться. Она была права, и мне не стоило вмешиваться.
Ректор вскинул на будущую королеву ледяной, равнодушный взгляд. Новость о Тамире сделала его еще более безликим, более бесчувственным, чем обычно.
– Тише, дыши. Даже у здорового мужчины может остановиться сердце. – Некромант неожиданно подошел ближе и положил Вальтеру ладонь на грудь. – Забавное проклятье. Запирает чувства внутри тебя, да? Чем сильнее эмоции, тем холоднее слова. Ничего, с этим можно жить. Иди, герой.
Вальтер телепортировался не прощаясь. А Маргарет прижала к пылающим щекам похолодевшие ладони:
– Как стыдно. Мне показалось, что ему все равно.
– Ты не знала, – пожал плечами некромант. – Я и сам не знал, пока проклятье во всю мощь не заработало.
– Вы можете его снять?
– Само пройдет, – отмахнулся дерр Серый. – Партию в шахматы?
– Я не лучший игрок, но с удовольствием!
Играть Маргарет не любила. Но еще меньше ей хотелось возвращаться в опостылевшую гостиную. Да, в ее шкатулке скопилось с десяток писем и записок от Лина. Но бумага не заменяла живого общения.
* * *
Перед балом Маргарет проснулась на рассвете. Первый макияж должен быть почти незаметным, но при этом подчеркивающим необычный цвет глаз. А это, как выразилась Сарна, почти взаимоисключающие понятия.
Легкий перекус – фрукты и сок – не лез. Маргарет нервно сжимала кулаки, пыталась размеренно дышать и переживала, что не успела дочитать десятый параграф. Через пару минут она начала психовать оттого, что не помнит, о чем были предыдущие параграфы. И эта мелочь казалась ей настолько важной, что возникало желание послать всех к дорфам и сбежать.
Сарна подала госпоже флакон с успокоительным – то, что строго-настрого запретили ревнители традиций, – и жизнь стала казаться веселей.
Платье-рассвет, тонкое, нежное, сделало Маргарет совсем юной. Огромные глаза непривычного цвета, нежно-розовые губы и каскад локонов – чуть приподнятых с висков и позади отпущенных на свободу.
– Король умрет, когда вас увидит, – восторженно выдохнула Сарна. – А я умру, пытаясь превзойти ваш облик.
– То есть сегодня ты планируешь дважды умереть? – улыбнулась Маргарет.
Служанка как-то странно на нее посмотрела и негромко спросила:
– Я думала, что вы откажетесь от моих услуг. После Отбора.
– Я не буду тебя удерживать, – серьезно сказала Маргарет. – Но, возможно, тебе имеет смысл задержаться во дворце. Личной служанке королевы должны хорошо платить.
Сарна ахнула:
– Мне хватит года, чтобы скопить на собственный дом красоты! Но если…
– Найдешь себе преемницу, – подмигнула Маргарет. – Или оставишь за мной утренние часы. Там будет видно.
В гостиную без стука ворвалась Тамира. Подлетев к подруге, она возмущенно всплеснула руками:
– Дорф, тебя даже поцеловать некуда!
– Запиши, – нервно пошутила Маргарет. – Прости, я вмешалась в твою жизнь.
– Самым потрясающим образом, – выразительно произнесла Тамира. – Сегодня ночью в дом моего отца вошла сердечная хворь. А точнее, он удостоился принимать у себя его величество Линнарта Второго Дарвийского, ректора Вальтера и дерра Серого. Мне кажется, отец сам не понял, кто из них страшней.
– И? – Маргарет подалась вперед.
– Завтра Вальтер начнет официальные ухаживания, которые продлятся год. Отца аж перекосило. Он сразу понял, что если я через год откажусь, то у него не будет ни зятя, ни дочери.
Маргарет покосилась на огромные часы – до торжественного шествия Избранниц оставался час – и спросила подругу:
– Не хочу тебя обидеть, но с чего вдруг у отца к тебе такой интерес возник? Я ведь правильно поняла, что ты росла сама по себе?
– Издержки магического образования, – глумливо хихикнула Тамира. – Отец был уверен, что все его дети – обладатели запредельной магии.
– Да? Я что-то не замечала за твоим родом особых даров.
– А их никто не замечал, – фыркнула мэдчен Кодерс. – КАМ – единственная академия, где программа обучения не меняется вот уже четыреста лет.
– Неправда! Мы идем в ногу со временем! – У Маргарет от обиды за родную академию даже дыхание перехватило. – Новейшие учебники и монографии… Да у нас лучшее обеспечение среди всех академий! Ну, за исключением истории – она пока кардинально не менялась. Только у короля внешность сменилась, так твой жених приказал на страницы наклеить новую гравюру.
– Я не об учебниках, Маргарет. А о программе. У нас менталистику разбили на части – мыслечтение, прозрение эмоций, предсказание.
– А «маски эмоций»?
– А это факультатив за отдельную плату. И таких факультативов море. В итоге плата увеличивается чуть ли не втрое, а студенты ничего не делают – им преподаватели просто так оценки выставляют. Вот и ходили мои братья и сестра с идеальными табелями.
– Кошмар. А как выяснилось?
Неприлично хрюкнув, Тамира выдавила сквозь смех:
– Не смогли отцу носовое кровотечение остановить. А тот как начал их каждого проверять. Он же неплохой маг, слабый, но умелый. Мы с этим Отбором потрясающий скандал пропустили. Почти полсотни преподавателей выкинуты на улицу с отозванными дипломами.
Часы осветились жемчужно-серым цветом, и голос дерра Наблюдателя заставил подруг вздрогнуть:
– Через десять минут каждая из Избранниц должна занять свое место в торжественной колонне.
– Ну колонна – громкое слово, – хмыкнула Тамира. – Так, торжественный строй из тридцати мэдчен.
Каждая из Избранниц несла корзину с цветами. У Маргарет в этой корзине прятался Каприз – он обиделся, осознав, что в этот раз усесться на плече хозяйки не получится.
Не тратя времени даром, мэдчен Саддэн телепортировала себя и Тамиру к месту сбора. Главная парковая аллея была украшена лентами и праздничными иллюзиями. Между зябнущих Избранниц сновали придворные маги и накладывали на девушек согревающие чары.
– А мы рядом стоим, – улыбнулась Маргарет.
Вообще, атмосфера царила действительно радостная. Избранницы устали и тихо радовались, что третий Отбор завершен. Правда, верная Сарна донесла, что некоторые личности делают ставки на длину жизни новой королевы. И уж тут Маргарет решила сорвать куш – служанка поставила от ее имени пятьсот золотых на то, что новая королева проживет больше года. Вопрос был только в том, не пропадет ли этот таинственный человек. Но тут оставалось только верить. Тем более что вместо денег девушки использовали вексель на предъявителя.
Тихая, нежная музыка зазвучала с небес. Девушки синхронно двинулись вперед. Маргарет за две недели успела выучить распорядок торжеств и сейчас точно знала, что большая поляна уже готова для Рассветного Бала. Хотя придворным, наверное, было тяжело перенести тот факт, что празднество начнется вместе с рассветом.
Никто не собирался издеваться над Избранницами, и потому дорога до поляны была сокращена самым колдовским образом. Не прошло и десяти минут, как девушки ступили на наколдованный паркет и разошлись широким полукругом. Каждая поставила перед собой корзину с цветами и замерла в ожидании.
Музыка оборвалась на особенно пронзительной ноте. С другой стороны бальной площадки на Избранниц смотрели придворные, приглашенные гости и родственники.
Томительная тишина продлилась недолго. Из телепорта вышел Линнарт и следом за ним шагнул незнакомый Маргарет мужчина в одеждах верховного жреца.
– Третий королевский Отбор невест завершен! – с высоты раздался голос дерра Наблюдателя.
Аплодисменты оглушили Маргарет. Она не смела смотреть по сторонам – в ней вдруг подняла голову неуверенность вечной неудачницы. Ей представлялось, что Лин выберет другую или не выберет никого – ведь заговор полностью раскрыт. И даже Дарованный сейчас другой. А она стоит в роскошном платье, затмевающем одежды других Избранниц.
