— Мне уйти, ваше императорское величество? — Бартенев угодливо склонил голову явно для того, чтобы скрыть недовольство.
— Да, ты свободен, — его величество посмотрел на Рейнеке. — Александр, благодарю, что нашёл время и дал оценку действиям графа Шаховского как эксперт в тёмной магии.
— Для вас, ваше императорское величество, я всегда готов найти время, — протянул Рейнеке. — Служу империи!
— Всем выйти, — распорядился император и, дождавшись, когда Бартенев с Рейнеке покинут кабинет, посмотрел на меня прищуренным взглядом. — Ты что-то нашёл. Это касается Лутковского и Одинцова? Ты нашёл свидетельства их заговора?
— Я точно уверен в том, что глава Тайной Канцелярии верен вам, — сказал я. — Насчёт Одинцова у меня такой уверенности нет — только мои выводы, что и он не замышляет против вас ничего дурного.
— Тогда какого грокса ты тут устроил⁈ — рявкнул Михаил Алексеевич. — Демиду Бартеневу я доверяю как себе, а ты попросил выпроводить его и ничего не дал взамен.
— Я не закончил, ваше императорское величество, — мой голос оставался ровным, а взгляд метнулся к одному из охранников императора, который вдруг положил на рукоять боевого артефакта. — Дело в том, что я не люблю признавать свою слабость при свидетелях. Но перед вами это легко сделать, ведь в империи нет никого сильнее вас.
— В слабости? — удивился его величество. — О чём ты говоришь?
— Я должен признать, что действительно уничтожил московский аномальный очаг, и мне помогли не только мои способности Вестника Тьмы, но и подземные ресурсы, — проговорил я, боковым зрением отслеживая реакцию гвардейца, который уже начал активировать артефакт. Похоже, Бартенев отдал ему приказ уничтожить меня, если я начну рассказывать про лабораторию. — С другими очагами это может не сработать, но я готов попробовать… однако, мне понадобится время. Моё умение очень энергозатратное и сейчас я полностью пуст. Вы можете сами убедиться в том, что я даже стихийный щит не в состоянии поставить.
— То есть тебе нужно время, — догадался император. — Сколько?
— Не меньше пары недель, иначе я только зря потрачу ресурсы, — тут же ответил я, прикидывая, сколько времени займёт подготовка и перевод истребителей в мою гвардию.
— Значит вот что, я дам тебе эти две недели, — припечатал Михаил Алексеевич. — Но если ты попробуешь сбежать или как-то саботировать мой приказ, я лично приведу свою армию в вашу глушь и сотру твоё имение с лица земли.
— Разумеется, — я кивнул. — Я успею восстановить силы и подготовлюсь к поездке в другую империю для выполнения вашего задания.
— Тогда пойди прочь с глаз моих, — сказал он, небрежно махнув рукой.
Я поклонился и вышел из кабинета. Всё тот же гвардеец, что привёл меня сюда, проводил меня к выходу. Я поискал взглядом автомобиль Денисова, но на стоянке его не было.
— Подвезти, племянник? — услышал я голос Александра Рейнеке.
— Было бы неплохо, — ответил я и шагнул к длинному бронированному лимузину.
— Рад, что ты вышел из дворца живым и здоровым, — сказал он, когда я сел на заднее сиденье и откинул голову на подголовник.
— Неужели его величество так зверствует, что благородные через одного выходят живыми и здоровыми после аудиенции с ним? — вяло спросил я без особого интереса. Мои мысли сейчас были заняты поиском места для отдыха. В квартиру Денисова возвращаться смысла не было, а в гостиницу в таком виде могут и не пустить.
— Бывает разное, — уклончиво сказал Александр и улыбнулся. — Ничего, что я распорядился ехать в наше столичное имение? Не очень удобно среди ночи искать подходящий по статусу отель, а я бы хотел немного поспать до начала рабочего дня.
— А где ваше имение? — уточнил я, с удивлением осознав, что мы движемся в ту же сторону, где ощущается клеймо бабушки и поводок Гроха.
— На Крестовском острове, как и имения прочих аристократов высшего сословия, — улыбнулся он. — Тебя что-то смущает?
— Ничего, — я хмыкнул и прикрыл глаза. Чем дальше мы ехали, тем ближе становились к отметке моего питомца и бабушки. — Почему император позвал тебя в качестве эксперта по тёмной магии?
— Потому что я из древнего тёмного рода, лояльного к императору, — Александр говорил ровным тоном, но я слышал некую издёвку или насмешку. — А также потому что я живу в столице и всегда в доступе, когда нужно спросить о возможностях тёмной магии.
— Какой у тебя направленный дар? — я прищурился и мысленно выругался, что до сих пор не провёл ритуал очищения и не избавился от последствий ослабляющих заклятий.
— А ты и правда дерзкий, — рассмеялся Рейнеке. — Но так и быть, Вестнику Тьмы я расскажу. Мой направленный дар — проклятья.
Я поперхнулся воздухом. Проклятийник? Этот направленный дар всегда получали хитрые изворотливые люди. Такие, как мой дядя.
— Вижу, ты уже понимаешь, к чему я клоню, — продолжил он, продолжая смеяться. — Я работаю инструктором в Особом Корпусе, там же я нашёл себе супругу с противоположным даром. Ты сломал мою игру, племянник.
— Ты хотел забрать Викторию и даже женился на женщине, которая смогла бы обучать её, — я покачал головой. — Как давно ты женат?
— Пять лет, — Александр пожал плечами. — Мария — хорошая жена и она из древнего рода тёмных. Это выгодный брак.
— То есть ты женился, как только узнал о даре Виктории? — мне не удалось скрыть своё удивление. — Откуда ты вообще о нём узнал?
— От Маргариты конечно же, — дядя хмыкнул. — Она была ребёнком, когда меня определили в Особый Корпус, так что мы мало общались. Но после замужества она нашла во мне хорошего друга и собеседника. Мы были на связи с тех пор, как родился ты.
— Вот оно что, — теперь мне стало многое понятно. Я был прав — с этим Рейнеке стоит быть очень осторожным. А ещё теперь я точно знал, что он тоже дал магическую клятву верности императорскому роду, как и все инструкторы Особого Корпуса.
— Кстати говоря, — Александр склонился ближе ко мне. — Когда я проходил обучение в Корпусе, там преподавала одна очень интересная женщина — Юлия Сергеевна. Я хорошо запомнил её уроки и её лицо. И знаешь что… — он сделал паузу и растянул губы в искусственной улыбке. — Мне показалось, что я видел её недавно среди прислуги рода Бартеневых. Но это ведь невозможно, прошло двадцать лет, и наверняка она выглядит гораздо старше. Не так ли, племянник?
— Давай начистоту, дядя, — я посмотрел на него в упор. — Я устал плести словесные кружева и подбирать вежливые выражения. Ты среди двора десятки лет, а я едва переступил порог совершеннолетия.
— О, какая потрясающая игра на чувствах! — Александр Рейнеке трижды хлопнул в ладоши. — Ты так ловко выпроводил нас из кабинета императора, а теперь пытаешься убедить меня, что твои навыки незначительны? Нет, дорогой мой племянник, я тебе не верю. Ты точно такой же, как и я.
— К чему ты клонишь? — я сел ровно и бросил взгляд в окно. Мы проезжали по мосту через канал, а значит времени на разговор у нас почти не осталось.
— Мастера проклятий прекрасно видят связи между людьми, — проговорил Александр, мгновенно посерьёзнев. — Все магические нити, остаточные следы проклятий и слабость от них. Твоя бабушка потеряла связь с той клятвой, что давала в юности. Теперь на ней совсем другой след. И чем ближе мы к особняку Бартенева, тем этот след отчётливее и яснее.
Я молчал и смотрел на дядю. Он говорил правду — проклятийники видели магические клятвы и всегда знали, кто кому служит. В моём Ордене таких было несколько, и один из них — Лейн, мой верный дворецкий, ключник и распорядитель. Благодаря ему я всегда знал, кто послал против меня убийц на порог храма.
— И теперь, когда я полностью завладел твоим вниманием, — Александр Рейнеке дёрнул уголком губ. — Я хочу узнать, каким образом ты сумел перенастроить магическую клятву верности императору на себя. Хотя нет, подробности мне не так интересны. Что нужно для этого сделать?
— Нужно всем сердцем и душой хотеть служить мне, — коротко ответил я, призывая тьму.
