- Я думал, его хранилище души уничтожили тогда, во время нападения.
Крис смотрел на маленький грязный шарик, выловленный в луже.
- Многие так думают. Монахам не стали отдавать, и, вообще, сообщать, что он цел. - Я сполоснула шарик в соседней луже. - Ну что, готовы к встрече?
Крис неуверенно кивнул. Первый, словно подсматривал, сразу же появился.
- Первый, - Крис вежливо поклонился, но было заметно, что с трудом сдерживается от проявления бурного восторга.
- Де Вен, - Первый вернул поклон. Так, вроде диалог налаживается. Я сунула шарик Крису в руки.
- Я отойду ненадолго, - и скрылась в кустах.
Когда через несколько минут вернулась, что оба мужчины вполне мирно беседовали. Конечно, в глазах блондина горел огонь восхищения, но общался он без краснения, блеяния и выражения бесконечной преданности.
- А, Влада, ты как раз вовремя, - заметил Первый. - Я должен признаться, что не смогу перенести нас всех отсюда. Вернее, смогу, но место появления будет случайным и без гарантии того, что нас не раскидает по разным местам.
- Значит, домой топаем своим ходом?
- Не всё так просто. Ты уже заметила, что сейчас осень, а не конец весны, - он указал на ветку с крупными ягодами, что я принесла из леса. - И не знаю, как потактичнее сказать... В общем, сейчас примерно вторая половина первого тысячелетия.
- Ого! Люди столько не живут.
- Поэтому вам надо добраться до столицы. В холме под замком источник энергии, оттуда смогу перенести и во времени. Всё же между мирами перемещать было легче. Но до него надо вам самим идти. А я, пока скроюсь. Мне сложно поддерживать форму, а свою энергию почти всю потратил. Но, если что, вызывайте.
Первый растворился в воздухе.
- И что делать? - я растерянно посмотрела на Криса.
- Идём в столицу, что ещё остаётся, - мужчина осторожно убрал шарик с Первым куда-то вглубь одежды и уверенно пошёл по дороге.
- Отсюда до столицы пешком полгода топать! - я двинулась следом.
- Найдём способ. Жаль, точная дата неизвестна, это бы сильно облегчило передвижение.
- Почему?
- Тено, чем вы занимались на уроках истории? - Крис с укоризной посмотрел на меня. - Примерно в это время шёл очередной передел власти.
- А, точно, - после напоминания нужные сведения всплыли в памяти. - Представителей чужих родов крайне неприветливо встречали на своих землях. В приграничных районах людей, приближенных к Императору, могли и вовсе убить без суда и следствия.
- Вот именно. Особенно отличилось Арлезорское княжество. А мой род всегда был при Императоре, с самого основания Анремара и даже раньше.
Мы прошли какое-то время молча, каждый думая о своём.
- А что за настойка, о которой говорил де Граф-старший?
- Прямослов. Принявший её не может не отвечать на вопросы и не может солгать. Довольно редкое и дорогое средство. Обычно используют при мягких допросах, когда допрашиваемый не подозревает об этом. Сильные эмоции или боль прекращают действие, а потом наступает откат, - Крис рассказывал с явным неодобрением такого метода получения информации. - Его легко спутать с похмельем, поэтому прямослов обычно используют с винами или чем покрепче.
- А почему тогда он сказал, что на меня эта настойка не подействовала? Я же вроде на вопросы отвечала, и даже вполне честно.
- Тено, я видел людей под действием прямослова. Заторможённые движения, взгляд в одну точку, невозможно сконцентрироваться. Выглядит, будто человек напился и вот-вот уснёт. И о разговоре обычно не помнят. Вернее, о его содержании. На балу и после него у вас таких симптомов не наблюдалось. А у вас явно откат был, но на само зелье вы не отреагировали. Кстати, вы заметили, что голова заболела после заданных вопросов, и перестала, когда вас оставили в покое?
Я прислушалась к себе и неуверенно кивнула. Голова и вправду, перестала болеть.
- И ваш разнос тоже результат отката. Раздражительность и с трудом сдерживаемое желание прямо сказать всё, о чём думаешь. Это было неожиданно, но, признаюсь, полезно. Вы же без этой настойки вряд ли на такое решились.
- Как минимум, было бы другими словами и в более мягкой форме, - согласилась я. - Хорошо, что она редкая, мне до сих пор стыдно, что я на вас так накричала.
- Ничего страшного. Иногда это даже полезно, - неожиданно тихо ответил Крис.
До меня вдруг дошло, что последние несколько минут мы шли всё медленней, а под конец вообще едва плелись. Я обогнала спутника и заглянула ему в лицо. Бледный и измученно-усталый, он ободряюще улыбнулся.
- Всё в порядке, я просто немного устал.
- Крис! Вам же врачи запретили нагрузки! А мы уже сколько времени идём! Вы чем думаете? Свалитесь от переутомления, и что дальше? Такое геройство ещё от де Графа можно ожидать, у него мозги набекрень на тему долга и чести, он помирать будет, но виду не покажет. Но вы то!
Я осеклась под отеческой улыбкой.
- Меня опять откатом понесло? Но, всё равно, отдохнуть надо.
- Дойдём до тех брёвен, там присесть можно, - Крис указал на кучу стволов метрах в двухстах впереди у обочины. Мы медленно побрели к намеченному месту отдыха. Но не прошли и половины пути, как нас догнали три разукрашенных фургона. Хоть их и тащили тощие лошадёнки, запряжённые парами, двигались они вполне бодро. Возница первого фургона поравнялся с нами и затормозил, оглядывая.
- Подвезти?
- Денег нет, - выдала довольно грубый ответ.
- И не надо, - возница широко и открыто улыбнулся. - Садитесь, не бойтесь. Мы не кусаемся, а вам явно надо, - он глядел на бледного Криса. Тот никак не производил впечатление здорового и сильного. Казалось, держится на одном упрямстве, ещё немного и упадёт.
- Ладно, - фургоны и возница не выглядели опасными и подозрительными. А Крис долго не продержится. - Помогите залезть.
- О чём речь! - мужчина одним движением поднял де Вена и усадил в своеобразном тамбуре между козлами и закрытым фургоном. Почти сразу первый советник устало закрыл глаза и задремал, сползя на узкую короткую лавочку. Я сняла камзол и подложила ему под голову. Знаю я, что такое просёлочные дороги и отсутствие амортизаторов. Фургоны между тем продолжили движение.
- Отец? - кивнув на Криса спросил возница.
- Нет, - я отрицательно покачала головой. - Наставник.
- То-то я смотрю, совсем не похожи. Откуда идёте?
- Оттуда, - я махнула рукой назад. Голова снова начала побаливать от вопросов.
- Понятно, - протянул возница так, будто действительно понял не только откуда, но и почему. - А куда?
- В столицу.
- Ого! Что так далеко-то?
- Там домой вернёмся, - врать не хочу и не буду, но и всю правду выкладывать тоже нельзя.
Возница внимательно посмотрел на меня и опустил взгляд на мои руки, задержавшись на перстне. Без моего прямого желания он выглядел обычным массивным гладким кольцом, будто ювелир забыл нанести на него рисунок герба или печати.
- Понятно, - опять многозначительно сказал мужчина и замолчал, задумавшись.
- Меня Саннертон зовут. Можно просто Санни. Это, - он махнул рукой назад, - если ещё не догадались, странствующий цирк или театр, как посмотреть.
Занавеска, отделяющая фургон от тамбура, откинулась и оттуда высунулась молодая девушка.
- Что, Санни, опять бродяжек подбираешь? - весело спросила она и посмотрела на спящего Криса. - А он ничего, красивый.
- Что тебе, стрекоза? - ласково поинтересовался Санни.
- Клепсидра просила напомнить, чтобы ты не забыл сказать, что наш антрепрентёр сбежал, и что зарплата может серьёзно задерживаться! - девушка ещё раз посмотрела на Криса и скрылась за занавеской.
- Ну, раз Клепсидра так сказала... Предлагаю присоединиться к нам. Много денег не обещаю, сами слышали, но еда и крыша над головой будет. Мы тоже едем в столицу, так что нам по пути. Ну, что?
Я задумалась. Фургон бродячей труппы, это не комфортабельный дилижанс, но у нас здесь нет денег, нет ценностей на продажу, нет связей и знакомых. Чтобы заработать на проезд надо где-то осесть, теряя время. Идти, как есть - посадят за бродяжничество в первом же крупном городе, если раньше под кустом не помрём - есть-то надо. И зима сейчас, кажется, не в пример холоднее.
