Теперь ты в армии (СИ) - Урусов Алексей

В соответствии с инструкцией, расчёт охраны оцепил «подарок» и вызвал сапёра, и тот спустя полчаса установил, что взрывчатки в «посылке» нет. Начальник караула охраны, заглянувший в пакет, невольно отпрянул: в нём лежала отрубленная человеческая голова. Пока разбирались, устанавливая кто это может быть, и не установив среди челяди пропажи, от полиции пришло сообщение, что рядом с поворотом от дворца на трассу обнаружен труп. К удивлению — с головой. Охранники, знавшие всех, работавших во дворце, в недоумении пожимали плечами: такой человек тоже в обслуге не числился.

После пробуждения Константина Михайловича Романова, начальник караула доложил ему об утренних событиях и показал фото. На аппетите главы рода фото не сказались, а вот на настроении — да. Но по-настоящему он разволновался ближе к середине дня, когда вначале выяснилось, что в поезде скончался один из его приближённых, занимавшийся безопасностью, а потом поступили данные, что ещё один его агент, внедрённый, чтобы приглядывать за крупным родом, бесследно исчез.

Так что к моменту, когда врачи представили акт экспертизы, что смерть в поезде была убийством, выполненным так, чтобы при вскрытии это можно было однозначно установить, Константин Михайлович был уже в бешенстве.

Однако назначенное им совещание «в узком кругу» с братом Михаилом Михайловичем и его сыном Антоном, с самого начала свернуло на неправильные рельсы. Первый же вопрос, который задал Антон Михайлович, спутал всё начало: — А что начальник следствия по покушению на Петра и Павла делал в поезде так далеко от столицы? Какие он там действия собирался проводить и с кем встречаться? Мне казалось, что следы покушения на наших курсантов теряются где-то в подмосковных дворцах. Почему он там не ищет? Не искал, точнее?

Константин Михайлович согласно покивал: — Мы с твоим отцом отправили его приглядеть за Первозвановым и завершить операцию «Дублёр», если потребуется.

— Прошлый раз, когда мы обсуждали ход этой операции, вроде решено было её приостановить? Или я что-то путаю? — изумился Антон Михайлович.

— Первозванов очень опасен, и операцию нужно закончить, пока он в Москву не вернулся, — с досадой ответил Константин Михайлович.

— Чем опасен?

— Не знаю, — пожал плечами глава рода. — Но опасен, крайне опасен: если ритуал «Усиления» не заканчивается для «усилителя» смертью, то от своих спасителей он получает какие-то непонятные «дары». Что это — никто не знает. Но, думаю, что это что-то значимое и для нас это ничего хорошего не сулит. К тому же, мы столько лет расчищали пространство вокруг трона, а теперь появляется какой-то молокосос и претендует на одно из первых мест в имперской иерархии.

— Ему это место принадлежит по праву, — парировал Антон Михайлович. — Для меня кажется когнитивным расстройством, когда в одной фразе я слышу рядом слово «молокосос» и словосочетание «очень опасен». Я Первозванова считаю достойным соперником, и в доказательство, думаю, достаточно привести лишь то, как так называемый «молокосос» очень неплохо уделал Юрьевских. А потом Радзивиллов. А вы, втянувшись в борьбу с Первозвановым, поставили под вопрос безопасность и будущее рода. За одну ночь мы потеряли одного из наших лучших специалистов по безопасности и трёх информаторов, внедрённых в чужие рода. Дальше что — нас самих отстреливать начнут?

Михаил Михайлович буквально подпрыгнул в кресле: — Ты прогнозируй, да не зарывайся: кто посмеет поднять руку на самих Романовых?

Антон скорчил кислую мину и отрицательно покрутил головой: — Очень многие посмеют. Ещё совсем недавно сама мысль о том, что кто-то выстрелит в сторону Романова и тем более, ранит его, была из разряда фантастики. А теперь это — новая реальность. Здравствуй, мир, где в Романовых можно стрелять! И выпустили этого джина из бутылки вы. А трое наших агентов, которых сдали с потрохами их официальным работодателям? Мы даже не представляем, кто этим родам слил данные на наших агентов и сколько других сотрудников безопасности, с таким трудом внедрённых по всей империи, может быть так же засвечено перед своими официальными хозяевами. Нам их что — всех теперь отзывать и эвакуировать? А вы обратили внимание, как грамотно нас подставили? Наших шпионов в чужих родах подбирали для жертвы тщательно: одного в банкирском роду, второго — в промышленном, третьего — в военном. То есть, слухи прошелестят по коридорам всех дворцов страны. И рода принадлежат к разным кланам и по факту, мы за одну ночь получили напряжённые отношения сразу с тремя мощными группировками, не последними по силе в империи. А если они против нас объединятся и устроят облавную охоту, как на бешеных волков?

— Дядя, не крути отрицательно головой, — Антон Михайлович кисло улыбнулся. — Знаешь, что общего у этих трёх кланов? Жаль, что не знаешь… Во главе служб безопасности этих группировок стоят выходцы из Чечни и Ингушетии и для них внедрение шпиона в их зону ответственности — это смертельная обида. А как заведено смывать смертельные обиды на Кавказе? Правильно, кровью. И дай Аллах, чтобы каждая служба безопасности действовала самостоятельно, а не объединившись с двумя другими. На Кавказе это ведь просто: «у нас общий кровник, давай дружить». И «дружить» службы безопасности будут против нас. А то и три клана объединятся. И получим мы монстра, которому противостоять не сможем. И государь нас тогда не защитит — не его дело, влезать в споры между «кремлёвскими башнями». Его дело — не давать ни одной из них усилиться настолько, чтобы стать способной подминать остальные. И он своё дело знает и делает. Кстати, пока вы воевали с «молокососом», распылив в борьбе с ним кучу ресурсов, император очень красивую схему провернул: выдал дочку замуж за молодого Гефта.

Антон потянулся к бутылке с минералкой, налил себе почти полный стакан, залпом выпил: — Горло пересохло, — сообщил он. И сразу продолжил: — Прикиньте, что ваш племянник, император всероссийский, сделал со Службой внешней разведки за последние годы. СВР, как известно, у нас традиционно во внутренних делах не участвовала, в отличие от имперской безопасности и того же главного разведуправления армии, вовлечённых в противоборство «кремлёвских башен». Так вот, государь поручает СВР заняться магией. Под это дело строят две академии, создают производство, десятки тысяч гектаров выделяют под полигоны. Для охраны формируются собственные войска, а для испытаний — специальные батальоны. Объёмы финансирования огромные, стройки масштабные. И под СВР сразу «ложатся» пара банкирских групп и несколько промышленных. Князья из числа «охранителей» примыкают к ним — те же Окинов, Анохин, Воронцов, где-то с десяток влиятельных семей наберётся. А выдав Надежду за Артура Гефта, его величество Николай Петрович завершил создание ещё одной «кремлёвской башни», которая лично ему предана и во главе которой стоит его родственник. И «силовое обеспечение» у этой группировки — больше тысячи молодых офицеров, обучающихся в магических академиях. Очень неслабо одарённых офицеров, причём, почти все — выходцы из низов дворянства или вообще простолюдины. И все они свою карьеру будут строить на развитии магической силы, которую им обеспечивает император и значит и верны они будут ему. Умная, элегантная и грамотная комбинация с минимальным расходом средств и колоссальной отдачей.

— А чем в это время занимаемся мы? — скривился Антон. — Средняя школа, пятый класс: подкладываем кнопку на стул учителю. По двум покушения на Петра и Павла результатов расследования нет. Проводивший его специалист демонстративно убит минувшей ночью, если и были у него какие нити, мы уже не узнаем; продолжить следствие некому. Создаётся впечатление, что гоняться за Первозвановым для вас превратилось в идею-фикс, а все остальные вопросы, в том числе и безопасность потомства, вами просто забыта. И если своей жизнью я не особенно дорожу, то вот судьба моих детей и внуков меня заботит очень сильно.

— В связи с этим, папа, — Антон Михайлович повернул голову в сторону отца, Михаила Михайловича Романова, сидевшего в кресле немного в стороне, и разговор продолжил уже с ним: — Я подаю предварительный запрос на выход из рода и прошу определить сумму наследства, причитающуюся мне и моей семье. Я бы выбрал для себя в качестве пристанища имение в Быково, там есть достаточное пространство для расширения и создания систем, которые обеспечат безопасность. Засим, разрешите откланяться. Время позднее, мне необходимо принять меры по усилению охраны своей семьи и успеть проинструктировать молодёжь до отбоя: они хоть и Романовы, но после десяти вечера смартфоны у них, как и у всех курсантов, подлежат сдаче в канцелярию, — не дожидаясь ответа, Антон Михайлович поднялся и с поклоном вышел.