— Я видел, что ты сделал. Ты спас Тимоху.
Пришлось признаться, что это я связался с лианой и увел жало от головы Тимохи. С магами растений они оба были знакомы, поэтому рассказали о том, как ходили с ними в рейды.
Как оказалось, маги растений в анобласти самые эффективные добытчики и охотники. От них не ускользнет ни один зверь, не улетит ни одна птица. Мне до такого мастерства ещё далеко, но я буду дальше продолжать оттачивать мастерство. Когда появится свободное время, обязательно снова навещу Степана Кедрова.
Мы продолжили путь и вскоре нашли целый выводок опасных зверьков. Я предупредил, что к ним нельзя прикасаться, и велел передать другим охотникам. Афоня подстрелил трёх взрослых особей, из которых я собрал всю кровь в два больших термоса.
Когда возвращались обратно к внедорожнику, охотники предлагали помочь мне нести рюкзак, ведь он еле закрывался и весил не меньше тридцати килограммов, но я отказался. Их задача — обеспечивать безопасность.
Пока шли, я поймал несколько птиц с помощью ветвей деревьев. Заставил Иволист сбросить листья с нижних веток. Заставил раскрыться бутоны на большом кусте барбариса и спугнул из норы мелких грызунов, связавшись с ближайшим деревом и пошевелив его корнями. Если раньше мне требовалось гораздо больше времени, чтобы связаться с растением, то теперь на это уходило всего несколько секунд.
Мы вышли из анобласти, и я предложил денег охотникам за сопровождение, но они отказались. Сказали, что мы — друзья, а друзьям они помогают безвозмездно. Вот и хорошо. Мне они тоже нравились: сильные, храбрые, самоотверженные. Возможно, мы ещё не раз зайдём в эту анобласть вместе.
Я сразу поехал на вокзал, но до ближайшего рейса было ещё два часа, поэтому сдал рюкзак в камеру хранения, а сам пошёл в ближайший ресторан. Есть хотелось так сильно, что казалось, будто желудок прилип к спине.
Заказав большой кусок стейка, запеченные овощи и банановый тирамису, я позвонил князю Савельеву.
— Владислав Андреевич, приветствую.
— Здравствуй, Саша, — послышался его бодрый голос. — Как ты? Как домашние?
— Всё хорошо. Я сейчас по делам в Новгороде. Звоню, чтобы предупредить о том, что кто-то намеренно снимает магические купола с аномалий. Сначала сняли купол с нашей анобласти. На днях то же самое проделали с Новгородской.
— Да, я слышал, — голос его стал серьёзным. — Мы усилили охрану. Похоже на обычное вредительство. И кому это надо?
— Не знаю, но кажется мне, что это была всего лишь проверка. Основное действие ещё впереди.
— Ох, Сашка, не пугай меня. И так весь на нервах. Наша анобласть занимает огромную территорию, поэтому физические невозможно её обезопасить. Я уже дал задание установить камеры, чтобы хотя бы через мониторы следить за обстановкой, но если кто-то к нам полезет, охране понадобится время, чтобы добраться до них. За это время они успеют сделать своё черное дело.
— А если поверх основного купола накрыть ещё одним? — предложил я.
— Ты предлагаешь сделать обманку? Они подумают, что достигли цели, а на самом деле… Хм… Хорошая идея. Сейчас же соберу своих людей и выскажу им твою идею. Конечно, купол на такую территорию стоит дорого, но всё же намного меньше, чем если купол исчезнет, и твари ринутся наружу. Последствия этого могут быть необратимы.
Мы ещё немного поговорили, и я позвонил Кириллу Попову, которому велел сделать то же самое. Он сначала сопротивлялся, ведь нанял дополнительно трёх охранников, которые обходили по периметру анобласть несколько раз в течение дня. Но я всё же надавил и сказал, чтобы тот не скупился. Пусть в нашей аномалии в разы меньше существ, но даже в ней могут мутировать различные насекомые и микроорганизмы, которых трудно поймать, но которые могут сильно навредить людям. За это будем нести ответственность мы, Филатовы, как хозяева аномалии, и возмещать причинённый ущерб. По крайней мере так написано в тех документах, которые мы получили вместе с поместьем.
Вкусно поужинав, я вернулся на вокзал и вскоре вылетел в сторону Москвы. На этот раз мне удалось поспать, чему я был очень рад.
На вокзале меня встречал Глеб, от услуг которого я не мог отказаться, но хотя бы договорился, что в некоторых моментах его присутствие ничего не поменяет. Поездка в Новгород была сопряжена с опасностью, которая исходила от анобласти, но его туда бы не пустили. Для этого нужно официально трудоустроиться охотником. У меня же были особые условия — за меня поручился князь Савельев, а он влиятельный человек, и на короткой ноге с владельцами новгородской аномалии.
— Домой? — спросил Глеб, когда мы погрузили мой тяжеленный рюкзак в багажник и сели в машину.
— Нет. Сначала в лечебницу Коганов. Больные ждут моего противоядия.
По пути я позвонил Аврааму Давидовичу, который признался, что сам уже несколько дней на ногах без отдыха и не уходил домой, а спал прямо в подвале с больными, чтобы оперативно реагировать на ухудшения. Всё-таки он хороший лекарь, и я рад, что мы нашли общий язык и поддерживаем друг друга.
Я предупредил, что мне нужна будет лаборатория, и он заверил, что всё подготовит. Глеб настоял на том, что будет присутствовать в лечебнице, на что я согласился. Он уже не раз видел меня в деле, поэтому я не намерен от него скрывать свои способности.
Когда прибыли в лечебницу, я вытащил из рюкзака и разложил на столе всё что мне пригодится, и только после этого начал создавать противоядие. Мне предстояло использовать кровь животного, а это очень опасно, ведь мурохвост мог быть болен. Именно поэтому я сначала очистил его с помощью эфиров трав и только после этого занялся приготовлением противоядие. На всё у меня ушло часа три, половина источника маны и часть собранных манаросов.
— Готово! — объявил я и протянул Когану бутыль из темно-коричневого стекла. — Всем дать по ложке. Если не поможет, через два часа повторить.
— О-о, так бистро! — удивился лекарь и осторожно забрал у меня бутыль. — Я таки уверен, что поможет с первой ложки, ведь это средство сделали ви.
— Не стоит уж слишком доверять моим способностям. Вы же знаете, что и на солнце есть пятна.
— Таки да. Но предлагаю прямо сейчас и проверить.
Мы вместе спустились в подвал, в котором количество больных увеличилось. Очередную партию тяжелобольных привезли сегодня утром.
Первым делом напоили девочку терпкой, слегка сладковатой жидкостью. Та не сопротивлялась и послушно выпила полную ложку, а потом получила от Когана леденец на палочке. Кашель утих почти сразу же, и мы с Авраамом Давидовичем с облегчением выдохнули.
Лекарь напоил каждого больного по очереди, и мы принялись отслеживать улучшения. Через полчаса стало понятно, что я правильно определили болезнь и создал верное лекарство.
— Предлагаю отметить это дело, — сказал Коган, когда мы вышли из подвала и устало двинулись по коридору. — Приходите сегодня к нам на ужин. Моя любимая Софочка будет очень довольна. Она нам все уши прожужжала про то, какой вы замечательный и умница. Не пропустила ни одного выпуска с вашими испытаниями.
— К сожалению, у меня сейчас нет времени на званые ужины. Когда наступят более спокойные времена, я с радостью приму приглашение, но сейчас у меня много работы, — я с раздражением выдохнул, когда вспомнил, что у меня не расписаны рецепты для лаборатории фармакологии, и с Димой мы ещё не обсудили, что именно и каким образом будет производиться в наших лабораториях.
— Ви таки правы. Сейчас не время для веселья. Но моё приглушение для вас всегда в силе. Приходите в любой день, когда заходите.
— Спасибо. Передайте привет Софочке.
Мы попрощались, и я в сопровождение Глеба вышел на улицу. Первым делом поехал в особняк и поговорил с Димой. Тот подготовил рецепты сам, но хотел, чтобы я их просмотрел. Я нашёл несколько способов улучшить то, что он придумал. Кое-что переделал, но в принципе он всё расписал правильно. Даже удивительно как одинаково мы соображаем.
Дима заверил, что завтра же приступит к заказу военного ведомства и попытается свою часть выполнить в самое ближайшее время. Только после этого я вернулся на квартиру Савельевых и снова просидел всю ночь с тетрадью, ручкой и списком лекарств.
