Я прижал детей к себе и посмотрел на остальных поверх их голов. Бабушка рвано выдохнула и удовлетворённо кивнула, а Юлиана улыбнулась счастливой улыбкой.
Денисов мгновенно закончил разговор, убрал трубку в рюкзак и повернулся. Он осмотрел меня профессиональным взглядом, отметив прожжённую ткань на плече и ноге, запёкшуюся кровь и усталый вид.
— Зачистка очага завершена, — сказал я, не дожидаясь его вопроса. — Очаг схлопнется в течение суток.
— Подробности будут? — спросил Денисов, кивнув на мои слова.
— Когда окажемся без свидетелей, — я мотнул подбородком в сторону детей, давая понять, что не буду обсуждать при них создание сфер-якорей на изнанке этого мира. Мне было достаточно того, что тьма Бориса отступила, насытившись кровью. — Как вы добрались?
— На нас монстры напали два раза, — тихо сказала Виктория, отшагнув от меня. — Борис защитил меня.
— Молодец, — я потрепал брата по голове. — Посмотрим, на сколько тебя хватит после этих битв.
— Идите ко мне, дети, — позвала их бабушка. — Дайте Костику поговорить с эмиссаром.
Я кивком поблагодарил бабушку и направился к дальней сосне, которая выделялась тем, что стояла отдельно от остальных. Денисов последовал за мной, как и двое его людей. Гвардейцы остановились в трёх метрах от нас и замерли.
Денисов вопросительно посмотрел на меня, и я сделал глубокий вдох.
— Я обнаружил базу заговорщиков среди скал, — начал я. — Люди грузили ящики на специальные грузовые дроны. Командовала ими Ирина Терентьева, в девичестве Ярошинская. Все они погибли.
— Но что дочь Ярошинского забыла здесь, в Эльзасе? Как она могла оказаться среди заговорщиков? — Денисов нахмурился и бросил взгляд в сторону своих бойцов.
— Она прошла ту же процедуру, что маги света в московской лаборатории, — сказал я. — Ирине вживили кристалл света. Думаю, что её муж тоже участник заговора.
— Ирина Тереньтева… — пробормотал Денисов, прищурившись. — Она ведь не выжила? Допросить не получится?
— Её энергосистема не выдержала разрыва связи с кристаллом, — я покачал головой. — Но самое важное — я уничтожил одну из ячеек инфраструктуры заговорщиков.
— Инфраструктуры? — переспросил Денисов, непонимающе наморщив лоб.
— Да, что-то вроде сети с отдельными якорями на изнанке, — я пожал плечами и тут же поморщился от боли. — Они перекачивают энергию очагов, получается что-то вроде круговорота энергии, но с неизвестными переменными.
— Это звучит очень странно, — Денисов провёл ладонью по лицу, смахивая пыль и пот. — Но при этом, я чувствую в ваших словах опасность. Для императора и для мира.
— Так и есть, — кивнул я. — Я уничтожил лишь одну из ячеек, это замедлит заговорщиков, но не остановит. К тому же, наверняка есть и другие.
— Вы хотите посетить остальные очаги? — напрягся эмиссар. — Боюсь, что после закрытия эльзасского очага доступ к оставшимся будет закрыт для посторонних.
— Мне не нужно разрешение, чтобы пройти в любой очаг, — устало сказал я. — Но сейчас мне нужно хотя бы несколько дней, чтобы прийти в себя.
— Тогда двигаемся к точке эвакуации, — принял решение Денисов.
— Вы правы, жандармы будут искать нарушителей по всему периметру очага, — согласился я с ним. — Но уже завтра, после его закрытия, у них прибавится работы. Нам же к этому времени лучше убраться подальше отсюда.
Мы вернулись к отряду и начали собираться. Никто не спорил и не задавал вопросов — все были вымотаны до предела. Гвардейцы Денисова застегнули рюкзаки и подхватили раненых.
Я сделал глубокий вдох, втягивая воздух, наполненный запахом хвои, а не пепла. Кажется, хватит с меня сражений. По крайней мере, на ближайшую неделю.
Мы дошли до старой лесопилки, заброшенной много лет назад, в полной тишине. Денисов хорошо знал дорогу, так что нам не пришлось столкнуться с жандармами или отрядом зачистки. Сама лесопилка возникла внезапно, будто резко выплыла из-за деревьев.
Я увидел полуразрушенные строения, груды трухлявых досок и огромные горы потемневших от времени и непогоды опилок. И только через пару мгновений я разглядел два внедорожника, замаскированных так тщательно, что сразу и не найдёшь взглядом.
— Садимся, быстро, — бросил Денисов, открывая дверь. — Маршрут до безопасного дома в Страсбурге займёт сорок минут, там переоденемся и сразу на частный аэродром.
Его люди отработанными движениями стали грузиться во вторую машину, усаживая раненых. Бабушка помогла сесть Юлиане и почти втолкнула на заднее сиденье Вику и Борю.
Я обернулся и попробовал отыскать взглядом Жнеца, но так и не смог. Я знал, что он где-то рядом, но тень укрывала его даже в реальном мире так, что мой взор его не видел. Ладно, я уверен, что он скоро сам придёт ко мне, ведь мне удалось уничтожить сферу, которой он сам даже коснуться не мог.
Я сел в машину и откинулся на сиденье, закрыв глаза. Сделав вид, будто отдыхаю, я проверял взором пространство вокруг машины. Ни слежки, ни засад я так и не обнаружил.
Безопасный дом оказался неприметным таунхаусом в тихом районе. Мы быстро привели себя в порядок — сначала душ, потом чистая одежда по размеру, термосы с горячим чаем и еда в контейнерах. Ни лишних глаз, ни лишних вопросов.
После мы пересели в другие машины, на которых не было подозрительной маскировки, и добрались до частного аэродрома. Денисов предусмотрел всё. Я даже восхитился тем, как профессионально он подошёл к делу. Там, где я пробивался силой, он действовал тонко и неприметно.
Уже после посадки в быстрый бизнес-джет, эмиссар сообщил, что полетим мы все в столицу, а уже оттуда нас доставят до Тюмени. Я не стал спорить, понимая, что Денисов и так очень помог.
Убедившись, что дети спокойно заснули, укутавшись в пледы, я устроился у окна и принялся набрасывать план действий. Для начала нужно восстановить силы, потом проанализировать всё, что удалось узнать за сегодня. Ну и мне всё же придётся поговорить с Жнецом. По-настоящему, без игр в молчанку и утаивания важной информации.
И наконец самое важное — нужно решить, что делать с императором. Денисов уже составляет отчёт, уткнувшись в планшет. И он не станет умалчивать о присутствии Жнеца, битве с некромансерами и о том, что я сказал про Ирину Терентьеву и сферу.
Может тогда остаться в столице и самому сообщить Михаилу Алексеевичу результаты моей «прогулки» по очагу? Заодно расскажу ему о Бартеневе. Раз уж зачистка очага в Эльзасе была нужна для моей проверки, и император сам сказал, что после этого поверит в любые мои слова, почему не воспользоваться моментом?
Я бросил взгляд на детей, бабушку и Юлиану. Надо бы их вернуть домой. Да, точно, так и сделаю. Сначала доберёмся все вместе до дома, а уж потом я поеду в столицу один для разговора с императором.
Приняв это решение, я позволил себе расслабиться, и уснул крепким сном. Проснулся я от толчка шасси по асфальту аэропорта Санкт-Петербурга.
— Вы сразу домой, ваше сиятельство? — спросил Денисов. — Не хотите задержаться в столице?
— Я думал об этом, но решил сначала доставить моих близких до дома, — честно сказал я.
— В таком случае самолёт сейчас дозаправят, и вы сможете лететь домой, — он посмотрел на меня серьёзным взглядом. — Благодарю вас за ваши действия. Вы не бросили моих людей, нашли способ выбраться из очага и уничтожили не только его, но и то, что пока не поддаётся моему пониманию.
— Я сделал то, что должен был, — хмуро улыбнулся я. — Ни больше, ни меньше.
— И всё же моя благодарность к вам не имеет меры, — он склонил голову в полупоклоне. — Вы можете рассчитывать на мою помощь в любом вопросе. А сейчас прошу прощения, но мне нужно срочно покинуть вас.
— Я понимаю, дела, — кивнул я. — До встречи.
После прощания с Денисовым прошло не более получаса, как нас пригласили пройти на посадку.
Полёт прошёл без происшествий, дети дремали, бабушка с Юлианой обсуждали недавнее сражение и делились мыслями по поводу эффективности совместных атак против падших.
