– Мне пора. – Я натянуто улыбнулась, постаравшись все же сделать это естественно и ободряюще.
– Удачи. Убейте ее, – жестко и с нотками злости произнесла Харуки, и я невольно усмехнулась.
– Постараюсь.
С этими словами я встала и на согнутых ногах подошла к краю обрыва. Чтобы и дальше следовать по нужному маршруту, мне необходимо было двигаться вдоль обрыва, все ближе к вершине горы. Не оглядываясь, я пошла дальше, вновь прислушиваясь и стараясь не издавать лишних звуков. А в голове мелькнула мысль, что мне теперь тревожно еще и за Харуки. И я искренне надеялась, что ее не убьют ни карасу-тэнгу, ни Ямамба…
Спустя минут пять я вновь вышла на горную тропу. Я шла вдоль ручья, который с тихим журчанием бежал вниз по покрытым мхом камням. Вокруг росли кривые деревья, их корни оплетали камни, цепляясь за клочки земли, а стволы поднимались вверх, кронами скрывая вершины гор. Только ощутимый уклон тропы подсказывал, что я шла в нужном направлении.
Внезапно я заметила вспышку цвета, выделяющегося среди зеленого, коричневого и темно-серого. Присмотревшись, я поняла, что за одну из нижних ветвей ближайшего дерева зацепился обрывок некогда белой, а теперь пропитанной кровью ткани. Опустив взгляд, я заметила еще больше крови – она дорожкой тянулась вправо от тропы, по которой я шла, покрывая камни, траву и листья. Мне стало не по себе, особенно из-за того, что кровавый след обрывался. Или человек сумел остановить кровотечение, или же… Думать об этом не хотелось.
Не видя тела, я понадеялась на первый вариант. Меня передернуло, а по коже пробежала дрожь. Отвернувшись, я пошла дальше.
В лесу стало холоднее. Я обхватила себя руками за плечи, но лишь на пару секунд – пальцы замерзли, а потому собственные прикосновения к голой коже доставили дискомфорт.
Я не знала, как долго мне предстояло искать логово Ямамбы. Легко ли его найти, или же оно надежно спрятано? И возможно ли подобраться к жилищу горной ведьмы в принципе? В сказках Ямамба сама заманивала путников, чтобы приютить, а затем убить. Но собиралась ли она действовать подобным образом и сейчас?
От мыслей меня отвлекло хриплое карканье. Сердце замерло на несколько секунд, а затем застучало с новой силой. Меня бросило то ли в жар, то ли в холод, и я кинулась к пышному кустарнику, упала на колени рядом с ним и прикрылась широкими листьями. Подняв голову, я заметила, как самый обычный ворон сел на ветку неподалеку. Махнув крыльями, он вновь каркнул.
Я выдохнула, чувствуя, как меня с головой накрывает волна облегчения. В правом виске застучало, я прикоснулась к нему и слегка помассировала. Это всего лишь ворон. Обычный ворон.
Встав, я отряхнула штаны. Ткань на коленях намокла оттого, что я уже не в первый раз падала на влажную землю. Я шагнула к тропе, и на этот раз меня почти оглушило внезапное и куда более громкое карканье.
Меня накрыла крупная тень, и, подавив подступивший к горлу крик, я бросилась бежать. Тот ворон был не один. Следом за ним появился и карасу-тэнгу.
Я побежала вверх по тропе, чувствуя, что вот-вот ёкай вцепится в меня когтями, пронзив кожу и мышцы, а затем убьет. Но этого все не происходило. Я оглянулась и вскрикнула – карасу-тэнгу спикировал, намереваясь схватить меня. Подвернув ногу, я упала.
Теперь мне точно конец, успела подумать я, но не собиралась сдаваться, а потому вновь вскочила на ноги. Я побежала, но уже в другую сторону, в противоположную той, куда летел ёкай. К моему удивлению, карасу-тэнгу не схватил меня, но продолжал преследовать, зловеще каркая.
И буквально через минуту, когда дыхание совсем сбилось, я поняла причину.
Ёкай загнал меня в ловушку.
Глава 13
口に蜜腹に針
Во рту – мед, а в животе – игла
Я резко затормозила в паре десятков метров от избушки Ямамбы.
– Кар! – крикнул карасу-тэнгу, и я обернулась.
Он кружил чуть позади, взмахивая огромными крыльями. Отрезая мне путь к отступлению. Я быстро отвернулась, сосредоточившись на логове горной ведьмы.
Это был небольшой одноэтажный домик с кривыми стенами и соломенной крышей. Основа хижины и ее опоры были сделаны из дерева, а стены – из бамбука и глины. Домик напоминал типичный нока – деревенский крестьянский дом, разве что выглядел совсем старым и неухоженным.
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как тревога сковывает грудь. Деревянная дверь передо мной была приоткрыта, но ничего внутри было не разглядеть. Окна располагались по бокам и, наверное, позади, поэтому я не могла увидеть что-либо внутри.
Я хотела дать себе пару минут собраться с духом, но слишком близкий крик карасу-тэнгу и его когти, мелькнувшие над моей головой, вынудили меня поторопиться. На трясущихся ногах я направилась к дому. Расправила плечи и глубоко вдохнула.
Подходя к двери, я внушала себе, что справлюсь. Слегка дрожащей рукой я открыла дверь.
В доме царил полумрак, и сразу рассмотреть, что меня ожидало, я не смогла. Сердце стремительно забилось, а в горле мгновенно пересохло. Два шага вперед, и я услышала, как дверь за моей спиной с легким шорохом закрылась. Я хотела было обернуться, но не стала, чтобы не терять из виду комнату.
Я оказалась в квадратной прихожей с бумажными стенами. Окон не было, только сквозь полупрозрачную бумагу сёдзи пробивался из соседней комнаты рассеянный рыжий свет. Мне показалось, я расслышала голоса, но звучали они как будто издалека.
Татами под моими ногами было пыльным, засыпанным комьями земли, листьями и травинками. Я различила едва уловимые запахи трав, древесины и чего-то еще, что пробивалось сквозь пряный и кислый аромат растений. Это что-то было неприятным, вызывающим легкую тошноту.
Не теряя времени, я прошла дальше и, собравшись с духом, хотела отодвинуть сёдзи, как вдруг те сами скользнули в сторону. Сглотнув, я шагнула вперед, понимая, что мои надежды не оправдались.
В доме я была не одна. Тело сковало холодом, скулы свело от тревоги, но я старательно отбрасывала страх и даже мысли о страхе, успокаивая себя внутренним голосом.
В следующей комнате уже не тревога, а ужас оплел меня липкой паутиной. Аромат трав стал намного сильнее, сильнее стала и непонятная вонь, которую травы должны были перебить. Гниль, разложение и кровь.
Я и не ожидала увидеть обычную для деревенского домика обстановку, но… Передо мной была большая квадратная комната с горящим очагом. Под потолком сушились травы и цветы, у стен стояли склянки и баночки, наполненные непонятно чем, и пустая посуда, лежали различные ножи и ножницы, что-то похожее на серп и топор.
У одной из стен стоял шкаф, полки которого были заставлены… тем, от вида чего у меня похолодела кровь. Срезанные волосы, отрубленные пальцы, чей-то язык, и кажется, я увидела даже внутренности, а еще – окровавленные предметы: рваная кепка, носовой платок, пуговицы, шарф и носки.
Я на мгновение прикрыла глаза, ощутив, как меня передернуло от отвращения и ужаса.
– Кто это у нас здесь?
Скрипучий, режущий слух голос раздался справа от меня, и я испуганно повернулась. Фусума в стене отодвинулась, и я, старательно избегая взглядом жуткий шкаф, прошла в следующую комнату.
В ней у второго очага стояла Ямамба.
Среднего роста, к тому же сутулая, почти горбатая старуха с длинными седыми волосами, которые висели спутанными прядями. Угловатое тело было завернуто в красное, перепачканное грязью и кровью кимоно. Из широких рукавов торчали морщинистые руки с узловатыми пальцами, которые заканчивались длинными, загнутыми и явно острыми ногтями.
Ямамба посмотрела прямо в мои глаза, и меня вновь затрясло от страха и отвращения. Старое лицо горной ведьмы казалось еще более жутким из-за черных глаз с горящими красными зрачками и непропорционально огромного рта, растянутого в жестокой ухмылке. Ямамба улыбнулась еще шире и облизнула тонкие бледные губы. Татами у ее ног было запачкано кровью, и мерзкий запах стал особенно сильным. Мне показалось, что кровь свежая. На полу я заметила сломанные пополам очки, треснувшие линзы которых были окроплены кровью.
