Красноволосая механистка посмотрела на меня с вопросом.
— Тахион обещал, что не будет заинтересован во вражде с нами. Но я бы не стал сильно верить его обещаниям. Так что всё возможно. В таком случае, вторжение начнётся с двадцатого этажа, и первыми на себя примут удар архитопы. Использоваться будет техноцит. В секторах смерти он сильнее, чем у нас, но это всё равно будет долгий процесс. Если он пойдёт на это, попробуем заручиться поддержкой семнадцатых и девятнадцатых. В прошлый раз они охотно присылали сюда свои силы ради фрагментов.
— Значит, будем ждать армию железок, — кивнула Сайна. — Нужно сообщить Альянсу.
Я одобрительно кивнул.
— Кстати, это что, миазмы? — спросил вдруг Лис, кивнув в сторону трансляции с дронов.
Взгляды обратились к ним. Действительно, пока мы общались, картинка на проекторе сменилась, и были отчётливо видны зелёные клубы хлора, один из самых распространённых видов миазмов.
Сайна на мгновение прикрыла глаза, проверила поступавшую информацию и, не открывая, сообщила:
— Ивент форсирует седьмой этаж.
— Быстро они… — отметил Мерлин.
— Стихийная защита оберегает их от миазмов, — нахмурился Рейн. — У меня самого похожая. Хотя хлор и половина других видов и так не способны нанести им урон.
— Особенно с учётом регенерации, — кивнул Мерлин.
— Так… не должно быть! — опешила Белая. — Ивент никогда не спускался так низко.
— А чего б ему не спускаться, ежели Гона нет? — вмешался Тумор. — Он прекратился в тот миг, когда мы осели на нулевых этажах. Прежде они уравновешивали друг друга. Ивент не позволял Гону вылезти на поверхность, а Гон кошмарил их внутри. Теперь же баланс нарушен. Не рискну предположить как Система извернётся дальше…
29. Торговля, которая не задалась
— Сложность сектора составляет семьсот шестьдесят пять процентов от нормы. Это легче, чем у нас даже до усложнения, — произнёс Кот.
Мы начали обсуждение нового сектора сразу после празднования. Уже вечером. На экранах ряды рабов Ивента сейчас проходили восьмой. Достаточно бодро и наплевав на большинство миазмов. Дальше — аделитовая плита, которую пробить не так просто. Я изначально туда пробирался с прорывом глубинного удильщика-ланцета.
Стоило учесть все варианты, в том числе отход с десятого. Далее, если мы не справимся с обороной, они столкнутся с техноцитом. Вечные стражи пятнадцатого тоже имеют некротическую цепь.
В худшем случае они захватят техноцит, тем более, что на него уже не влияет Король механизмов, как раньше, нежить-киборги стали слабей. Затем удар примет двадцатый и архитопы. Тридцатый… ну, его им не захватить таким количеством. Мы сами не можем эти дома-муравейники переварить, и захват этажа длится до сих пор.
— Активных цепей всего три. Металл, камень и пластик.
— Необычный набор. О цепи пластика я ещё ничего не слышал.
— Очень страшная штука, — поморщился проходчик. — Забивает фильтры, убивает дыхание, проникает под кожу…
— Частицы пластика? Это что за монстры такие?
— Аномалии, их там больше всего. Но монстры тоже есть, но в этом секторе преобладают аномалии.
— Это плохо. Прохождение там сильно замедлится.
— Весь сектор необычный. Мы заметили ряд аномалий, которым пока не нашли объяснения. Я бы, на самом деле, не спешил туда перекатываться. Но перспективы огромные, это да. Мы ещё не вскрывали нулевые и не доходили доверху. Поднялись до одиннадцатого и пошли вниз. По ту сторону стоит страж, а нас маловато для крупных сражений. Мы впятером там были, чисто разведка.
— Есть что-то глянуть?
— Видео и фрагменты.
— Подходит, — кивнул я и увидел горсть фрагментов существ.
Глянул на терминал, и тот отразил названия:
Образец живородящей стали [биометалиты]
Кровь куклы [спектропластиды]
Эктоплазма пластиковой боли [некропластиды]
— Этих существ ассимилировал металл и пластик? Выглядит как безумие, — заметил я.
— Да. Здесь буйствуют нестандартные цепи и спят те, которые просыпаются первыми, био и некро. Потому локации практически все кажутся странными, как и набор монстров.
— А терминалы?
— Нашли три за всё время. Пластиковый и металлический. Оба дают побочки, так что мы не решились. Третий — био-механический. Такой и у нас есть, работает так же.
— Кстати, а какой номер сектора? Самое главное забыл спросить.
— Двадцать семь.
— На границе владений Хостера? — удивился я. — А двадцать восьмой, вроде бы, обитаем?
— Да. Город разделён на восемь культов, четыре из которых посвящены хаосу, три — каким-то богам, и один, вроде как, на грани того и другого. Внутри идёт своя подковёрная борьба, но ситуация сложилась близкая к тому, что у нас. Каждый имеет своего смотрителя и юстициаров, и истребление конкурента навлечёт на победителя гнев Системы.
— И как они тебе?
— Я бы им не доверял, — ответил Кот. — Плохого они пока ничего не сделали, приняли нашу группу, вроде бы, хорошо, предложили поторговать. Но хаоситы есть хаоситы… Кстати, Арк. С возвращением! Рад снова тебя видеть!
На всякий случай мы начали приготовления к отступлению. Проходчики отойдут на нижние этажи, а местные — вглубь миров Ленты. За местными враг идти не должен и, по идее, свернёт за нами дальше вниз. Но мы заранее проложили рельсы, чтобы население могло быстро покинуть города.
Был ещё шанс, что враг нападёт на них просто ради пополнения войска. Ведь в обычных локациях противник стремился захватить всё, что мог, чтобы увеличить свою армию. По итогу встречать нам придётся в первую очередь мелочь, под прикрытием которой пойдут настоящие монстры.
Но ко встрече мы тоже были готовы. Откуда появится враг мы не знали — или попробуют пробиться от спуска мимо этажа на лестнице. Или пробьют разделяющую нас аделитовую плиту и спустятся сверху. Тогда им придётся целый километр лететь и биться о землю. Понятно, что они легко соберутся и из кучки костей, но за это время и приём нужно организовать тёплый.
Враг выбрал оба пути…
На девятом противник застыл и часа два слуги второго Всадника не делали ничего. А затем принялись синхронно стучать по полу оружием. Сперва мы не поняли, что это за странный ритуал. Они тарахтели так, наверное, с минут двадцать, а затем вдруг синхронность распалась и каждый из легионеров забарабанил в своём собственном ритме.
Это оказалось неким неведомым акустическим оружием, которое… заставило прочную аделитовую плиту покрыться трещинами и расколоться. Тогда полилась первая партия чудовищ.
Ловушки сработали. Под ионическим светом противники падали на шипы. Подвижное растение пришло в движение, принявшись перемалывать попавшиеся жертвы.
Ответом стала магия огня. И не тупое бросание в ионический свет сгустков пламени, как поступил бы любой монстр Стены, а применение магии на локации, чтобы обрушить нам на голову куски расплавленного камня.
Всадник даже не пытался щадить Стену, взяв курс на уничтожение этажа.
Стрельба из всех орудий и помощь Тумора не сильно помогали в отстреле тех, кто был на девятом.
— Арк, у них взрывчатка! — предупредила Сайна за несколько секунд до того, как противник начал следующий этап.
Поняв, что магия ничем не поможет, враг очень быстро поменял тактику на ту, которую от них ожидали в последнюю очередь.
— Они настолько разумны? — удивился Рейн.
— В том, как устраивать осаду, они точно знают толк, — усмехнулся Мерлин.
Защитные заросли работали в три этапа. Когда защитные растения были повреждены, началась эвакуация местных. Стиль сражения монстров говорил о том, что могут быть случайные жертвы, и идти линейно никто не собирается. Враг действовал как опытный полководец, а не тупое чудовище.
Но в ключевом вопросе Всадник действовал всё же так, как должен. Гнаться за местными противник не стал. Враг предпринял вторую попытку высадки монстров и вновь угодил в ловушку — на этот раз вспыхнули горючие вещества, спрятанные под сгоревшими растениями. Полыхнуло второй раз. Противника это почти не задело — большая часть из них имело иммунитет к огню, попались лишь несколько легионеров из водных некроменталей.
