Фаго с ухмылкой отвесил поклон и вышел из бальной залы, оставив меня кипеть от гнева.
Гектара земли мне не жалко, но жалко отдавать ее именно этому уроду! Какая же… тварь этот Фаго! И ухмылка дебильная!
Вот что ему стоило изначально подойти ко мне, сказать, мол, так и так, я внебрачный сын твоего дедули, оставшийся без средств к существованию. Подгони мне кусочек земли, а? Да без проблем! Но нет, ему словно жизненно необходимо было вытрепать мне все нервы!
Я злилась невероятно сильно, единственное что меня успокаивало – господин Гигори. Если он отыщет хоть какой-то компромат, я смогу шантажировать Фаго. А я непременно это сделаю, обязательно отомщу за свои нервы!
– Раскрасневшаяся, тяжело дышите… кого утащили танцевать? – Из толпы вынырнул Энвер. Мужчина улыбался, и кажется, был вовсе не расстроен танцем с Лайлой.
А вот и она.
Девица появилась из-за спины герцога, но наткнувшись на мой убийственный взгляд, поспешила ретироваться.
– Прошу меня простить, что пришлось оставить вас. Я не мог ей отказать, – Энвер так смешно скривил лицо, что мое разочарование в нем потухло, и я снова видела перед собой восхитительного мужчину.
Нервишки между тем перестали шалить, я смогла взять себя в руки.
– Я не танцевала, просто рядом стояла, – улыбнувшись, тряхнула волосами. Энвер зачарованно проследил, как волосы водопадом стекают по плечам и гулко сглотнул. – Как думаете, уже можно объявлять о начале аукциона?
– Да, вполне. Гости выглядят довольными, кажется, им все нравится. Вы на самом деле устроили прекрасный прием, для первого раза очень неплохо.
– Благодарю, – я нашла взглядом Хавьера в толпе и махнула ему. Дворецкий сегодня был одет в хороший костюм из темно-зеленой парчи, на ногах туфли из коричневой кожи, а волосы по обыкновению прилизал гелем. Выглядел мужчина, надо сказать так, что некоторые гостьи на него прямо-таки засматривались.
Дворецкий прошел на возвышение в конце залы и я поспешила к нему, жестом приказав музыкантам остановить музыку.
Мелодия затихла, гости непонимающе заозирались по сторонам, а увидев в чем дело, принялись занимать места на стульях. Я была рада, что не пришлось снова объяснять всем, для чего мы собственно собрались.
Пока гости рассаживались по местам, служанки заняли детей чтобы они не мешали взрослым. Хавьер встал рядом с ширмой, а я откашлявшись, заговорила.
– Дорогие гости, я очень рада видеть вас всех на этом приеме! Как было сообщено заранее в ваших приглашениях, мы проведем аукцион, а после продолжатся танцы. Хочу сразу заметить, что часть средств вырученных с продажи картин, пойдет на благотворительность.
Это я придумала только что, потому что заметила, какими скучающими стали выражения лиц нескольких гостей. Но стоило мне сообщить о благотворительности, как все захлопали в ладоши. Что ж, я рада что смогла удержать внимание.
– Как многие из вас знают, моя бабушка – Марья Закамская была знатной любительницей редких диковинных вещиц и великолепнейших картин от лучших художников мира.
Откуда-то раздалось “Да-да!” и я довольно улыбнулась.
– К несчастью, Марья почила с миром, наказав перед кончиной своему помощнику распродать все, а деньги пустить на благо графства. Познакомьтесь – Хавьер Дего, лучший друг и помощник моей бабушки, а теперь и мой.
Зал снова утонул в аплодисментах. Я радовалась. Мне нравилось то, что происходит, и уже через некоторое время я чувствовала себя словно рыба в воде.
– Лот номер один – канделябр из чистого золота, привезенный из последней поездки на южное море. Канделябр выполнен искусным мастером своего дела – Фионессом Ориоли!
Из зала кто-то выкрикнул “Ого!”, и стало понятно, что имя Фионесса незнакомо только мне.
– Начальная стоимость – тысяча золотых. Кто начнет? Господин под номером пять предлагает тысячу, кто даст больше? Минимальный шаг – две сотни!
Баронесса Де Ньор подняла свою табличку. Я сдержанно улыбнулась. Прав был дворецкий насчет желания баронесс выпендриться.
Ставку леди перебил граф Де Вирго. Я была немного удивлена, потому что мне казалось, его такие вещи не интересуют. Баронесса вновь подняла табличку.
Спустя несколько минут она стала обладательницей канделябра за десять тысяч. Ее супруг нервно вытирал пот со лба, а Андрэ подмигнул мне. Ясно, набивал цену. Хитрюга! Но я была ему благодарна.
– Лот номер два – мраморная статуэтка… – Забыла, блин! В панике обернулась к Хавьеру.
– Моделью для статуэтки выступал любимый кот Его величества Конда Де Вего.
– Благодарю за подсказку, Хавьер. Итак, начальная ставка – тысяча золотых.
Аукицон длился около двух часов. Было распродано почти все, что мы приготовили, а благодарить за это следовало Андрэ и Энвера. Первый набивал цену, а второй постоянно подливал вина в бокалы гостей. Герцог, выполняющий роль официанта выглядел странно, но никому не было до этого дела – гости поймали кураж, азартно вырывая друг у друга победу за никому не нужный кусок полотна в деревянной раме. Да, картины продавались особенно хорошо!
Я была на седьмом небе от счастья! По крайней мере в те минуты, когда не вспоминала Фаго.
Вновь заиграла музыка, гости вернулись к танцам, а мы с Хавьером быстренько прикинули на листке бумаги вырученную сумму. В глазах потемнело от цифр, а в душе заворочался червячок сомнения – расплатятся ли победители аукциона после того, как алкоголь из их крови выветрится или отменят сделки?
Я валилась с ног от усталости, но покидать бальную залу раньше, чем уйдет спать последний гость было не позволено. Пока местные аристократы отплясывали выпив все вино, я сидела в кресле у окна вместе с Хавьером. Женщины, которых я наняла на вечер, отправились заправлять кровати в покоях свежим постельным бельем. Я в очередной раз порадовалась, что мы успели все забрать из прачечной, но угнетала мысль, что комнат не хватит на всех гостей. Вряд ли половина из них решит отправиться домой с рассветом, многим ехать слишком далеко, а состояние их мягко говоря не очень.
С окончания аукциона прошло часа два. Энвер вышел подышать воздухом, а я от скуки наблюдала за Лайлой. Девица попеременно строила глазки то Лонду, то Андрэ, а стоило ей завидеть какого-нибудь более-менее симпатичного мужчину, как она непременно звала его танцевать. Лайла намеревалась отхватить себе лучшего жениха, тут и гадать нечего, и граф и его сын понимали это не хуже меня, впрочем, им кажется было все равно. Зачем вообще они взяли ее с собой? Лонду не хотелось приходить в одиночестве?
Мне так же было все равно, до тех пор, пока я не заметила, что Лайла куда-то исчезла. Ни ее, ни Энвера в бальной зале не было уже достаточно долго и я начала нервничать. Мой план по покорению герцога еще даже не пришел в действие, а я уже рискую потерять, собственно, саму цель покорения.
– Она его не заинтересует, – фыркнул Хавьер, а я сделала вид, что не поняла о чем он. – Ой да не прикидывайся, видел я как ты на него смотришь. Да и сам герцог к тебе неравнодушен.
Щеки запылали, и я отвернулась.
– Придумаешь тоже, пф!
Дворецкий только усмехнулся, и тему развивать не стал. В этот момент двери в залу распахнулись и Энвер буквально влетел внутрь, намереваясь затеряться в толпе. Увидев меня, мужчина быстрым шагом преодолел расстояние от стола с напитками до окна. Хавьер тут же поспешил уйти.
– Алина! – Громкий шепот герцога заставил меня вздрогнуть от неожиданности. – Умоляю, станьте моей невестой!
Я поперхнулась воздухом, нервно засмеявшись. Пока откашливалась, мысленно вопила от шока и радости, но герцог тут же спустил меня с небес на землю.
– Разумеется, только для прикрытия! Девушка, с которой я танцевал, не дает прохода. Я не могу ей нагрубить, а других слов она не понимает. Довольно странно себя ведет, но кажется, я знаю для чего она здесь!
– Да все это знают. Осуществляет мечту выгодно выйти замуж. – Я пожала плечами, и ехидно спросила: – Она вам не нравится?
