Посыпались ошибки, интерфейс просигнализировал о сильном истощении организма. Если бы на моей кибердеке не стояла бы оверклокинговая неофициальная прошивка, которая и не давала заблокировать для меня возможности некоторых имплантов, то у меня ничего не вышло бы.
Но теперь получилось, что получилось. Несколько секунд я лежал лицом в землю, только потом кое-как поднялся на ноги, помотал головой. Все тело ломило, как будто у меня поднималась температура. Хотя я уже даже не помнил, когда в последний раз простывал, всё-таки время, проведенное в Краснодар-сити, давало о себе знать.
Модулятор пропускал эти ощущения, он блокировал только сильную боль. А вот такое вот ноющее ощущение будто не замечал.
Выругавшись про себя, я кое-как поднялся и двинулся дальше во двор. Рванул на себя ручку двери, вошёл в подъезд, доставая топор из креплений на бедре. Хорошо хоть, что «базуки» не могут уставать и болеть. Иногда я начинаю понимать тех, кто меняет все свое органическое тело на железо. Но сам этого делать никогда не стану.
На лестнице, ведущей на второй этаж, мне встретились ещё двое зомби. Я рубанул одного из них по голове, пробивая ее, второму подбил ногу и одним движением спустил вниз по лестнице. Тварь прокатилась по ступеням, да так и осталась лежать.
Вялые они совсем, медленные. Но это только сейчас, скоро настанет ночь, и тогда они ускорятся. А мне нужно восстановиться. Поспать, поесть, отдохнуть. Ночь подходит для этого прекрасно, тем более, что наемники тоже должны понимать, что бродить в такое время по Казани банально опасно.
Да и они ведь тоже люди. Тренированные, набитые имплантами, замотивированные деньгами по самое не могу, но люди. И им тоже требуется отдых.
— Все, — пробормотал я. — Тайм-аут.
Все двери второго этажа оказались заперты, я поднялся на третий и увидел, что одна здесь была совсем старой, деревянной. Двумя ударами я раскрошил косяк в щепки, потом вставил в щель обратную сторону рукояти и резким движением вырвал доску.
Рванул на себя дверь, вошёл в квартиру. Она оказалась большой, но явно принадлежала либо кому-то слишком бедному, либо не имеющему сил, чтобы делать в ней ремонт. Скажем, старику.
Я прошел внутрь, держась одной рукой за стену. Меня покачивало, ошибки продолжали лететь перед глазами одна за другой. Нет, так дело не пойдет.
Прислонившись к стене, я стащил со спины рюкзак, вытащил из него пакет с сухим пайком, вынул один белковый батончик и пакет «Адаптона». Содержимое пакета высыпал во флягу, закрыл, как следует взболтал. Батончик срубал за несколько минут, а потом долго пил напиток, который у меня получился, большими глотками.
Сработал сонар, отрисовав на мини-карте человеческий силуэт. Отложив в сторону рюкзак, я взялся за автомат, занял позицию в одном из боковых дверных проемов.
В глазах двоилось, съеденное встало комом в горле. В последний раз чувствовал себя так плохо, когда один хакер заразил меня нейровирусом, который медленно сжирал программы моей кибердеки одну за другой, взломал биомонитор и показывал сумасшедшие показатели.
Но нужно было собраться. Это должен быть снайпер, последний из группы. Если уберу его, то смогу передохнуть.
Снаружи послышались приглушённые хлопки, Дверь пробило несколькими пулями. Секунду спустя в створку ударили, она распахнулась.
Я высунулся, мы выстрелили одновременно. Меня ударило в грудь, выбив дыхание.
Попадание в грудь. Броня не пробита.
Я перечертил его силуэт очередью от паха до головы.
Ранения живота. Пробитие брони Непосредственной опасности для жизни нет.
Множественные ранения грудной клетки. Пробитие брони. Повреждения внутренних органов.
Попадание в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Тело упало на пол. Дурацкий, паркетный, наверное, ещё из настоящего дерева, выложенного ёлочкой. Сейчас плашки рассохлись и между ними были огромные щели. В эти щели стала затекать кровь.
Мне повезло, что вторым оружием снайпера был пистолет-пулемет. Он не пробил грудную пластину моего броника. А даже если и умудрился бы, то его остановила бы подкожная броня.
Я опустил голову и некоторое время рассматривал, как кровь течет, наполняя собой промежутки между плашками. Сверху послышались шаркающие звуки, на площадку вышел зомби. Он сделал шаг в мою сторону, но запнулся о валяюшееся на полу тело и растянулся.
Я выстрелил в него, сморгнул уведомление, а потом развернулся и пошел в следующую комнату.
Это оказалась спальня, все внутри было очень старым, пахло плесенью и почему-то лекарствами на спирту. Даже сейчас, спустя сорок лет, этот запах не выветрился. Хотя может быть, мне это просто кажется.
Эта дверь запиралась на щеколду. Так я и поступил, деревянная створка, конечно, не станет непреодолимым препятствием для зомби, если соберутся толпой, то без проблем ее выбьют. Но у меня не было сил не только зачищать подъезд, но и куда-то идти. Мне нужно было несколько часов тишины и покоя.
Я посмотрел на улицу через мутное стекло окна, и заметил, что там уже начинает темнеть. Глянул на свои внутренние часы и покачал головой. Этот длинный день наконец-то решил подойти к концу. Скоро наступит ночь.
Ладно, выходить я отсюда не собираюсь, поэтому просто закрою окно шторой, а дверь для пущей надёжности задвину книжным шкафом.
Так я и поступил, а ещё засунул в шкаф найденные тут же бокалы. Если кто-то хорошенько долбанет, то они выкатятся наружу, разобьются о пол, и я проснусь.
Но я всей душой надеялся, что этого не произойдет.
Стащив с себя рюкзак, я бросил его в угол, после чего, прямо как был, в одежде и ботинках завалился на кровать. Она оказалась пружинной и порядком продавленной, низко просела под моим весом, чуть ли не до самого пола. Но было мягко и удобно, ничего не скажешь.
Автомат я перевел на предохранитель и положил рядом с собой. Закрыл глаза. Ошибки наконец-то перестали лететь сплошным потоком интерфейс погас. Нужно было переварить все, что произошло со мной сегодня.
Сперва резня в Кремле. Потеря друзей. Потом отказ корпорации исполнять то, что они обещали. Туманные слова хакера, о том, что они мне помогут. Дорога, снова резня, но на этот раз уже с наемниками Темноводова.
Да, их стало меньше на одну группу. Но по-прежнему около сотни. Да, у меня был бы шанс затеряться, если бы не постоянно летающие вокруг дроны. Я даже сейчас через окно слышу, как они жужжат снаружи, хоть оно и закрыто. По-идее, они не должны знать, в какой именно квартире я нахожусь, так что наверняка летают везде и ищут. Заглядывают в окна.
Меня не увидят, я закрыл штору. Но стоит мне покинуть свое укрытие, как они снова начнут летать повсюду. Я могу сбивать их, но боюсь, что патроны у меня закончатся раньше.
Как же я устал…
* * *
Офис генерального директора СТВ находился на верхнем этаже башни «Альтернатива» Новой Москвы-сити. Конечно, эта корпорация была не чета «Инвест-Теху», который мог позволить себе все здание, но они находились на самой верхушке. Это гораздо более престижно, чем находиться где-то у подножия.
Сервера, отдел креатива, менеджеры, бухгалтерия. Все это занимало тридцать верхних этажей. Однако «Проект Зомбицид» принес столько денег, несмотря на крупные затраты на организацию, что совет директоров уже всерьез рассматривал затею выкупить ещё пару десятков у конкурентов. А потом, возможно, пойдет и ко всему зданию. А что будет со вторым сезоном?
Потом можно будет выкупить у государства права на Севастополь. Изменение локации может принести ещё немного рейтингов. Ну и естественно нужно искать новых ярких личностей. Рекрутеры шастали повсюду, не только по тюрьмам, но и андерам, клубам для наемников. А некоторые даже искали через решал выходы на банды Квартала.
Планы были поистине велики. Конкуренты пытались сделать аналог или ещё что-то подобное, но купленные чиновники вставляли им палки в колеса. Кто первый встал, того и тапки.
