— Если так рассуждать, то у твоей невесты именно с поглощением лучше дела обстоят, — рассудительно заметил Грох. — Она по части энергии сильнее. А сестре бы больше подошло что-то, усиливающее её возможность находить слабые места.
— Таких артефактов мы точно не найдём, — задумчиво протянул я. В словах Гроха было зерно истины, но мне нужно хорошенько подумать, прежде чем передавать такой ценный артефакт кому-либо. — Даже в моём мире я их видел всего пару раз. И то они работали по принципу усиления взора тьмы, который у Виктории только начал формироваться.
— Откуда знаешь? — с интересом спросил кутхар.
— Иначе она бы не смогла видеть уязвимые места барьеров, энергетические следы и стихии одарённых, — объяснил я. — У неё может быть другая разновидность, но суть одна. Это как с Эдвардом Рейнеке — у него тоже есть взор, но сильно урезанный. Максимум, на что он способен, это видеть отголоски чужой силы и распознать присутствие одарённых поблизости.
Я убрал оба артефакта в карман и потянулся, разминая мышцы. Кристаллы света и тьмы я решил оставить в сокровищнице, а вот остальные артефакты отдал Гроху. Ничего особенного в них не было, а он заслужил свои трофеи.
После я вернулся в свои апартаменты и ещё долго лежал без сна. Проверять артефакты на себе было бессмысленно — у меня уже есть собственные умения, так что оценить полезность я не смогу. Вариантов у меня не много — либо Александр Рейнеке, либо Леонид Орлов.
Решив, что займусь этим завтра, я наконец уснул, прижав к себе Юлиану. Проснувшись, я ощутил прилив сил, какой бывает после хорошего отдыха. Я спустился на завтрак и сразу же отметил три пустых стула, где раньше сидели бабушка, Феликс и Эдвард.
— Доброе утро, — поприветствовал я всех и сел на своё место. — Сегодня после завтрака у нас по плану тренировка. Леонид, твои способности я ещё не успел оценить. Расскажи, чем ты можешь удивить в бою?
— В основном я сражаюсь при помощи своих артефактов, но и магией могу ударить неслабо, — Орлов растянул губы в скупой улыбке. — Я архимаг, так что резерв источника у меня соответсвенный.
— Вот и славно, поможешь мне в одном деле, — сказал я и принялся за еду.
Сначала я хотел протестировать кулон на Александре, но он нужен для тренировки дара прекрасной половины нашей группы. Ни на ком из девушек проводить испытания артефакта работы древних мастеров я точно не собирался, а Леонид как раз специализируется на артефактах, так что будет даже полезнее Александра.
Борис бросал на меня странные взгляды, пока мы завтракали. Кажется, он хотел что-то рассказать или наоборот спросить. Едва он доел, как сразу же выскочил из столовой, но из дома не вышел, а спрятался в тени на втором этаже у моих апартаментов.
Я закончил завтракать и последовал за ним.
— Слушаю тебя, — сказал я, остановившись рядом с тем местом, где паутина показывала брата.
— У Вики день рождения послезавтра, — тихо сказал он. — Если хочешь её порадовать, то предложи испытать свои силы в очаге или вроде того. А то она считает, будто ты её специально отстраняешь.
— Интересное заявление, — я нахмурился. — Когда бы я успел её отстранить, если сам мотаюсь по империи и очагам?
— В общем, я тебе сказал, а дальше сам решай, — прошептал он и рванул через тень к полигону.
Я переместился на изнанку и тут же наткнулся на Тарана. В этот раз он не пытался давить на жалость или подлизываться, вместо этого просто смотрел грустными глазами и выдыхал чёрный дым.
— Скоро отправимся в путешествие, — пообещал я ему, подумав над словами брата. — Там у нас в монгольских степях есть слабенький очаг, в котором, судя по карте дедули, на третьем слое изнанки прячется один из якорей. Заодно Викторию с днём рождения поздравим, если амулет пройдёт испытания.
— Это хорошо, — Таранище снова выдохнул дым из ноздрей. — Мне скучно и совсем нет движения.
— Скоро мы это исправим, — я покачал головой. — Я бы с радостью сунулся прямо сейчас в центр сибирского очага, но надо подготовиться. У нас осталось тринадцать якорей, которые нужно уничтожить до битвы с Вестником.
— Зачем? — Таран с интересом склонил голову набок.
— Затем, что к этим якорям привязаны гнёзда некромансеров, — я всё же выпустил когти и почесал ему шею. — Тех, кого ты убивал во время битвы в особняке. И чем дольше гнёзда остаются привязанными, тем сильнее становятся некромансеры. Ну а потом из них рождаются призывающие, с которыми мы бились в ледяном краю.
— Тогда надо поспешить, — кивнул Таран. — Я чувствую эти якоря, хотя для меня они выглядят как узлы из нитей энергии.
— Даже на таком расстоянии чувствуешь? — удивился я.
— Таран — потомок гроксов, властителей восьмого уровня изнанки, — очень чётко проговорил мой питомец. Даже голову горделиво вскинул. — Папа дал мне жизнь здесь, среди людей и других монстров, но память моей крови сильна. Я многое вижу и чувствую, что не дано увидеть Гроху и Агате.
— Знаешь, я очень рад, что ты на моей стороне, — серьёзно сказал я, понимая, что повторяюсь. Совсем недавно я подумал то же самое о Жнеце. Вообще теневики — самые опасные из врагов и самые полезные из союзников.
— Таран всегда будет с папой, — прогудело моё чудовище и упёрлось головой мне в плечо.
Я кивнул и покинул изнанку, оказавшись на полигоне. Мои родичи собрались рядком, бросая друг на друга вопросительные взгляды. Они уже собирались начать без меня, ведь за время моего отсутствия у них появились отработанные схемы.
— Так, слушаем мои команды, — привлёк я их внимание. — Александр, на тебе тренировка Марии и Юлианы. Действуй в соответствии с собственными представлениями, контролируй сложность и тяжесть проклятий в зависимости от задачи.
Я повернулся к Борису и тут же заметил, как из тени выскочила Агата. Я не видел её больше недели, с того самого боя в имении. Она очень изменилась за это время.
Мало того, что моя питомица заметно подросла и теперь доходила мне до бедра, так она ещё и внешне стала больше походить на взрослого теневого ирба. Шерсть стала выглядеть колючей и жёсткой, а острые шерстинки, казалось, могут пронзить насквозь. Оранжевые глаза были похожи на два блюдца, в которых медленно тлеет огонь.
— Агата, вижу, ты не тратила время напрасно, — мысленно похвалил я кошку.
— Старалась, мур-р, — она потёрлась о мою ногу, но быстро отодвинулась, чтобы не разодрать тренировочные брюки. — Хозяин придумал для меня что-то интересное?
— Будете с Борисом и дальше тренироваться, — я усмехнулся. — Он говорил, что вы пытаетесь обогнать Тарана.
— Мы скоро обгоним, — прошипела она, распушив хвост. — Надо просто больше пытаться.
— Борис, вы с Агатой продолжаете в том же духе, — сказал я, глянув на брата. — Если догоните Тарана, я вам награду дам.
— Доспехи? — с азартом спросил Борис, в глазах которого тут же появился жадный блеск.
— Точно, тебе доспехи, Агате — кое-что вкусное, — я улыбнулся. — Всё, работайте, а я пока с остальными займусь.
Как только они растворились в тенях, я посмотрел на Викторию и Леонида. Была у меня одна задумка для проверки способностей сестры, но без помощи опытного артефактора она заняла бы куда больше времени.
— Леонид, твоя задача сейчас — активировать защитный купол над Викторией, — сказал я Орлову. — Я вплету в него свою паутину, а Вика должна будет распутать всю эту конструкцию за час.
— Мне кажется, что даже Юлиана бы не справилась с такой задачей так быстро, хотя я сам её тренировал видеть энергетические потоки, — с сомнением протянул Орлов, но достал из кармана артефакт купола. — Впрочем, это всего лишь тренировка.
Он активировал купол, который я усилил. Моя паутина оплетала каждую энергетическую нить, особенно густо закрыв собой все важные узлы. Я постарался сделать так, чтобы уничтожить мою паутину без повреждения несущих узлов было невозможно.
— Вика, помни, что тебе нужно не уничтожить, а именно расплести всё это дело, — сказал я напоследок и, получив в ответ сосредоточенный кивок сестры, махнул Леониду, отзывая его в сторону. — Посмотри на эти артефакты.
