В общем, когда говна становится слишком много, а времена чересчур неприятными для долгожителя, тот посылает всех нахер и уходит спать. Долгий сон, на протяжении дофига-кучи-лет, очень полезно сказывается на разуме и душе длинноухого типа. Это как психотерапия, но бесплатно. Так как эльф не дурак, то спать он предпочитает в сугубо тайном месте, в складке пространства волшебного мира, вход в которую прячет лучше, чем шинель с плеча эльфийского короля, подаренную его прадедушке по случаю подвига. Эти складки, «полые холмы», служат прекрасным, надежным, абсолютно безопасным убежищем на тысячелетия… если, конечно, какой-нибудь мудак не раскопает гору, находящуюся на совершенно неинтересном никому острове.
В голове у меня возник короткий бардак в виде горящего борделя, затапливаемого цунами, но спустя пару секунд все работницы половых услуг уже строем вышли из терпящего бедствие здания и брассом поплыли в светлое будущее, сохраняя чрезвычайно свой строгий строй.
— Ша! — остановил я паникующего пожилого мага, — Никто никуда не идет! Я всё понял!
— Чего ты понял?!! — взвыл удерживаемый мной волшебник.
— Да вообще всё! Охлади свою подвижность, нервный ты маразматик! Если Золакс тут дорогу выстроил, что тут может быть опасного⁈
— Идиот! Тут где-то лежит эльф! Старый! Могущественный! Он может проснуться!
— Ну давай, гаркни еще громче, тогда точно проснется… — недовольно пробурчал я, заставляя Дино, наконец-то, заткнуться, зажимая себе пасть руками, — Хватит истерить. Давай осмотримся. Тихо осмотримся.
Товарища пришлось уговаривать. Он, изначально питавший перед эльфами какой-то уж чересчур гипертрофированный пиетет, чуть в штаны не сикал при мысли о встрече с проснувшимся древним пердуном длинноухих. Слава яйцам, что язык у меня подвешен.
— Аккуратно… — многозначительно добавил к моим уговорам Шайн, нервно облизываясь, — Дорога нужна, если по ней ходят. Куда ходил старый пердун? Чего искал? Чего хотел?
Ответ на эти, и многие другие вопросы, мы обнаружили буквально через пять минут очень осторожного и тихого перемещения по дороге из серого кирпича, выстроенной Золаксом Строптивым. Были ли мы счастливы этим открытиям?
Ну… нет.
— Ядрены бабаёжки… — лишь пробормотал я, глядя на открывшуюся в конце дорожки картину.
Когда-то это была прекрасная поляна, через которую игриво бежал ручей. На поляне, кроме травы, была еще и скала, в которой мудрый и могущественный (ну, наверное) эльф продолбил пещеру, а затем, красиво рассадив разный благоухающий плющ навроде занавески, чтобы через вход ему не заносило пыль, говно и вшей, улегся спать.
Когда-то.
Наверное.
Пока придурочный человеческий маг не откопал его ухоронку. Карманную пространственную складку волшебного мира.
Теперь на поляне, вокруг ручья, была рассажена даже не делянка, а самая настоящая делянища разнообразных растений, за каждое из которых в нормальном и волшебном мире полагалось сажание на кол и три года расстрела. Разной запрещенки было столько, что магу пришлось огородить эти посадки магическими барьерами, дабы духан от этой прелести, ядовитый, возбуждающий или просто наркотический, уходил куда-то вверх. Иначе бы тут всё пожухло. Ну мир-то волшебный, тут и не такое можно. Во всяком случае, мы сразу, с первого взгляда поняли, каким образом Золакс зарабатывал золотишко.
— Эээ… а ну стой, — схватил я что-то бормочущего Дино, нацелившегося с протянутыми руками на огородик, — Ты туда не ходи! Ты сюда стой!
— Чт…что? — очнулся тот.
— Дружище, — отозвался я, щурясь, — Золакс был Боевым магом, а это — волшебный мир. Мы в жизни не надломим ту защиту, которую он навертел вокруг своего дендрария. А если надломим, то она так жахнет…
— Ты сейчас… серьезно⁈ — не поверил мне Крэйвен.
— Достанешь свои приблуды и сам убедишься! — отрезал я шепотом, — Давай заглянем в пещерку, вон, куда Шайн намылился, а потом свалим отсюда. Да и не хочется связываться с этим садиком. Я тут половины растений не узнаю.
— Да ну как…
— Ладно тебе, идем глянем, как там эльф, а потом проверишь. Идем-идем.
— Только очень осторожно, Джо.
— Разумеется, Дино. Мне не нужен проснувшийся эльф. А тебе?
— Идем уже.
Глава 16
Сохраняя носы
— Валим-валим-валим!! — очень тихо шипел я, пихая перед собой по дорожке полностью неработоспособного Дино Крэйвена, которому отказало вообще всё, кроме самых минимальных функций организма и мозга. Волшебник лишь мог кое-как перебирать ногами и, кажется, из его полуоткрытого рта капала слюна!
Про вытаращенные глаза можно только молчать. Старина Дино пребывал в глубочайшем шоке, а я, будучи молодым и не особо сильным человеком, нести его не мог, а лишь пихал в спину. Колдовать⁈ Нельзя!!
Эльф почует.
Распознает, выследит и… вот дальше я затруднялся.
Сначала было всё хорошо. Мы зашли в пещеру под этот сраный плющ, увидели эльфийское ложе, увидели эльфа этого сраного спящего, всё, вроде бы, как предполагалось… однако!
Эльф! Этот перворожденный и бессмертный, великий маг и всё такое, лежал, красиво одетый, в углу на охапке прелой листвы! Лицом вниз и жопой вверх! Как бросили — так и лежал!
Ложе его, красивое и каменное, всё такое изысканное и величавое, с узорчиками, было занято!!
Человеком!!
Долбанным отморозком Золаксом, мать его, Строптивым! Древним! Бородатым! Заросшим! Исхудавшем! Дрыхнущем в каком-то магическом сне! С манадримом на груди!
…с манадримом, соединенным каким-то самопальным колдунским устройством с сколдексом! Эльфийским сколдексом! Принадлежащим, бесспорно, валяющемуся в углу эльфу!
Думаете, это было плохо? Это было паршиво? Не-ет, это лишь заставило Дино трястись и икать. Бедолага в очередной раз выпучил глаза, хотя казалось, что дальше некуда, но я-то бывалый тип, я и не такое в своей жизни видел! Чего уж тут, на самом деле? Просто тихо выходим, тихо уходим, затираем нахер магией своей следы, заваливаем нахер весь этот каменный ход, ведущий к порталу, а затем цигель-цигель до дому до хаты!
Чего сложного-то⁈
— А помнишь, как ты меня через портал швырнул? — спросит сладким голосом Шайн… а затем…
УКУСИТ ЭЛЬФА!!!
Сраного. Могущественного. Старого. Спящего. Эльфа!
В общем, мы сматывались. Шайн пытался сматываться, торжествующе хохоча, но этот волосатый дегенерат забыл, что в кои-то веки у меня молодое, отлично работающее тело, которое, если напряжется, сумеет скакнуть вперед, как не каждому молодому козлу дано, а затем отвесить мерзкой скотине пинка, попав носочком точно по самому сокровенному. Лунный кот от такой подачи прикусил свой язык, от чего и несся впереди нас молча и сосредоточенно. И быстро.
Убью скотину.
Потом.
Пока же я, не взвидя света, добра и тепла, мало того, что выпихиваю совершенно не соображающего Крэйвена сквозь портал, так затем и начинаю делать то, что категорически запрещают в учебниках, в отдельных монографиях, в трудах магических наук и отдельно запрещают четырехлицые библиотекари, стращая ужасными словами, карами и просто матом — я, бешено орудуя крэйвеновской волшебной палочкой, накладываю на пространство внутри портала заклинание Долгого Пути. Не простое, а с открытым контуром, незавершенное, с закольцованной сигнатурой пространственного преломления, и, самое главное, с увеличением длины пути на волшебную цифру, совершенно незнакомую в этом мире. «-1»
Это одна из моих теоретических авантюр, которые я открыл, лишь только научившись закладывать числовые множители в ткань заклинания, объясняя неподатливому волшебству, что именно мне нужно. Умозрительный эксперимент, который я полагал лишь забавной теорией, которую на практике будет применять лишь полностью отбитый самоубийца, сейчас был единственным реальным шансом хоть как-то прикрыть ту адову дыру, в которую мы сунулись. Если нам повезет, то заклятие превратит портал в бесконечный (или почти) туннель, питаемый всей магией волшебного мира, которая должна была сочиться сквозь этот портал!
