— Спасибо, подпоручик, за ответ. Если вы не против, мы пойдём в отель. Уже близится вечер, а мы устали, — и, не дожидаясь его ответа, я направился в сторону отеля.
Глава 20
Когда мы отошли на достаточное расстояние, чтобы нас не могли услышать, я достал амулет связи и набрал Беркута:
— Добрый день, капитан. Что с армией Зарацкого?
— Князь, наконец-то! Я неделю не мог с вами связаться, думал уже бросать всё и отправляться в Сибирский разлом на ваши поиски, — радостно заговорил Беркут.
— Неделю говоришь? — я переглянулся с девушками. — Беркут, ты уже второй, кто говорит мне, что нас не было неделю. Но я уверен, что мы вошли в разлом чуть больше суток назад.
— Хм… — Беркут был озадачен. — Странно, я о таком никогда не слышал. Может, вы ошибаетесь? Время в разломе порой летит быстрее, чем нам кажется.
— Беркут, я и девушки уверены, что мы вошли туда чуть больше суток назад, ошибки быть не может, — уверенным голосом ответил я капитану.
— Странно, очень странно. Я попробую пособирать информацию на эту тему, но вряд ли будет результат, — произнёс Беркут озадаченно.
— Что с армией Зарацкого? — я вернулся к первоначальному вопросу.
— Двигаются в нашу сторону, постепенно занимая территорию, которую им продал Орлов, и устанавливая на ней свои порядки. Кое-где меняют администрацию поселений. Будут около нашего замка примерно через две недели, — доложил Беркут.
— Спасибо, Беркут, докладывай по мере необходимости, — я прервал связь.
— Есть какие-нибудь мысли? — я обратился к Ли Юй и Елене.
— Никаких. Никогда не слышала о таком. Хотя, может, это тоже какая-то аномалия? Как в Пекинском разломе, когда туннели меняют своё местоположение, а здесь есть места, где время течёт намного быстрее, — предположила Ли Юй.
— Возможно, но единственное такое странное место, где мы были, — это пещера с ларцом. Во всех остальных местах ходили много раз, и ничего подобного замечено не было, — я замолчал, так как мы уже входили в двери отеля.
— Добрый день! — за стойкой регистрации был сам боярин. — Рад вас видеть. Долго же вас не было. Будете ужинать? Жена только что приготовила прекрасный ужин, — расплылся он в улыбке.
— Будем, через час. Сначала приведём себя в порядок, — мы сразу направились в наш номер.
Приведя себя в порядок, мы спустились в столовую. Ужин сегодня был действительно шикарным. А жареный гусь был на удивление очень-очень вкусным.
Вернувшись в номер, мы разделись и завалились на кровать. Я гладил ягодицы моих прекрасных девушек, погружённый в мысли, и незаметно уснул.
Проснулся я с одной-единственной мыслью: второй раз идти в разлом нельзя, нужно возвращаться в Красноярск и решать вопрос с обороной своих земель.
Я хотел уже вставать, когда Елена, почувствовав, что я проснулся, взяла инициативу в свои руки. Она разбудила Ли Юй, и они вдвоём не выпускали меня из кровати, пока полностью не насытились.
Через два часа мы спустились вниз. Нас встретил боярич, который непроизвольно вздрогнул, увидев Ли Юй.
— Пусть твоя жена сварит нам кофе, а потом приготовит завтрак. Через час мы уедем, — приказала ему Ли Юй. Боярич поклонился и поспешил выполнять приказ девушки.
Елена пошла на стоянку, чтобы подогнать автомобиль ко входу в отель. Я же решил поговорить с Ли Юй.
— Расскажи мне всё, что ты знаешь о формировании порталов, — попросил я, усаживаясь в удобное кресло возле окна.
Ли Юй задумалась, но уже через минуту начала рассказывать всё, что знала. По сути, ничего нового от неё я не услышал. Всё, что она рассказала, было в памяти моих предков, а с помощью родовой книги уже и в моей.
В Красноярск мы вернулись ближе к вечеру. Пока ехали, мы с Ли Юй полностью перевели руническую вязь на ларце. Я думал, что это будет очередной артефакт из комплекта «Единство стихий», но перевод говорил об обратном. Он вообще не сообщал, что находится внутри. Единственное, что я теперь точно знал, — это как его открыть, точнее, кто мог его открыть: демиург или архимаг. Ни тем, ни другим я не являлся в данный момент, и когда достигну такого уровня, я не знал. Было обидно, придётся спрятать ларец в родовом хранилище до лучших времён.
После ужина я сообщил Елене и Ли Юй, что завтра отправляюсь в родовое хранилище, а они должны заняться подготовкой к запуску строительства крепости.
На следующий день я забрал шкатулку с браслетами огня, входящими в комплект «Единство стихий», которую мне предстояло ещё открыть, и ларец из Сибирского разлома. Затем спустился вниз и сел в ожидавший меня автомобиль, принадлежащий отелю.
Водитель довёз меня до руин родового замка, и мы договорились, что я сообщу ему по амулету связи, когда меня нужно будет забрать, а пока он должен вернуться в отель.
Я дождался, пока он уедет, и пошёл в родовое хранилище.
Ларец я сразу убрал подальше, посмотрел на шкатулку и поставил её рядом с поножами земли и наручами воды. Тратить время на её открытие я не стал. Забрал из хранилища артефакт «Владыка леса» и в последний раз погулял по руинам замка, вспоминая своё детство, проведённое здесь. Я нисколько не жалел, что принял решение полностью снести остатки замка и построить новый. Он отжил своё время и был разрушен врагами рода. Цепляться за старое я не хотел.
Встав спиной к руинам, я влил в артефакт немного маны, и он открылся, явив мне небольшой жёлудь. На крышке с обратной стороны рунами было написано, что необходимо сделать дальше.
Я соединил стихии Воздуха, Воды, Земли и Духа, направив полученную энергию в жёлудь, и положил его на землю, отойдя подальше.
Долгое время ничего не происходило, и я уже было решил, что что-то сделал не так, как вдруг жёлудь лопнул, и из него полезли корни растения.
Это было дерево, которое выросло высотой до пяти метров, а потом началось преображение. Нижняя часть ствола раздвоилась, образуя ноги. Несколько крупных веток с каждой стороны срослись, добавляя дереву руки, а в центре проявилось лицо. Глаза открылись и уставились на меня.
— Ты не мой хозяин, — заговорило дерево грубым голосом.
Странно, но я его прекрасно понимал, хотя назвать его «грх-грах-грух» связной речью было затруднительно.
— Теперь твой. Кто ты? Ты понимаешь меня? — спросил я на русском, даже не пытаясь воспроизвести его язык.
Дерево на минуту задумалось, а потом, с трудом выговаривая русские слова, ответило:
— Понимаю. Я хранитель леса, а ты новый демиург растительного мира. Ты оживил меня и вложил частичку своей памяти. Но ты не мой хозяин, демиург.
— Это с какой стороны посмотреть, — задумчиво произнёс я. — С одной стороны, ты прав: изначально тебя создал другой, и ты считал его хозяином. С другой стороны, его теперь нет, а я оживил тебя и дал частичку своей памяти. Тем более, ты сам сказал, что я новый демиург растительного мира. А ты, — я посмотрел в глаза этому живому дереву, — всего лишь дерево, хоть и говорящее. Значит, теперь я твой хозяин.
— Я не дерево! Я хранитель леса! И ты не мой хозяин! — обиженно взревел хранитель и хотел было сделать шаг ко мне, но не смог.
— Что случилось? — спросил я спокойным голосом, смотря в глаза хранителю леса.
— Почему я не могу ходить? — удивлённо произнёс хранитель.
— Хм… Как бы тебе объяснить, — я сделал вид, что задумался. — Я же, когда оживлял тебя, для слияния четырёх стихий использовал свою энергию. А я хозяин своей энергии. Вот, смотри, что я умею, — у хранителя леса согнулись ноги, и он встал передо мной на колени.
— Хорошо, хорошо, я всё понял, демиург. Был неправ. Ну ты тоже меня пойми: столько лет прожить в виде семечка, — заговорил добродушным голосом хранитель.
— Ну вот и славно, а то я уж подумал, что ты совсем умом тронулся, и придётся тебя снова в жёлудь возвращать, — я улыбался, глядя на округлившиеся глаза хранителя леса.
— Что ты! Что ты, я же говорю, был неправ. Ну перегнул немного ветку, со всяким может случиться. Говори, чего делать-то надо? — расплылся в своеобразной улыбке хранитель.
