Эпилог
— Уважаемый энц, столица… — из полудрёмы вывел голос слуги. Я посмотрел в окно экипажа. Мимо проплывали одноэтажные каменные дома. Это мы въехали в столицу. Она за эти десятилетия сильно преобразилась. Деревянных построек практически не осталось, лишь единицы и то на окраине, а в самой Тиносванне только каменные, даже многоэтажные есть в пять этажей.
«И как проспал всю дорогу⁈», — думал, растирая лицо. И ведь путь неблизкий, а вот надо же, проспал. Старею. И сон такой… такой ясный. Прям почти вся жизнь перед глазами пробежала. Наверно и я скоро за Линессой пойду. Она ушла, теперь и мой черёд. А сын, что сын… он справится. Вроде нормальным вырос без замашек голубой крови. Не зря лучшие умы его обучали, и я руку свою приложил. Когда через три года после эпидемии скончался Император Кихий Второй, обучал сына воинскому ремеслу. Рассказал, что знал, даже больше. Много времени мы с ним вместе провели, играли в военные игры, разбирали произошедшие сражения, ходили в пешие походы, обучал владеть оружием… Обернувшись назад, пожалуй, именно эти несколько лет, что провёл с ним я был счастлив. Пусть он и никогда не узнает, что я его отец. Но я-то знаю. Хочется верить, он не растеряет всё то, что ему оставила его мать, а оставила она ему Великую Канторийскую Империю, которая простирается с севера от холодного океана до южного тёплого моря и с востока от океана до круглого моря, имея выход к большой воде с каждой стороны света.
Не один год продолжалось противостояние с веньшанами, но, когда подтвердилось, что племена — это изгнанные в незапамятные времена потомки восемнадцати семей, что пошли против Императора, который своей милостью не стал истреблять под корень поколения нарушивших клятву верности, а отправил покорять дикие восточные земли, так всё и разрешилось. Племена получили Величайшее прощение и встали на сторону Императорской четы, их земли присоединили к Канторийской Империи, а веньшане сами убрались, не пожелав воевать через океан. Сложнее было с догисянами, но и к ним нашли подход. Они дали клятву вассалитета и в Империи заняли обособленное место со своим Верховным лидером, своими законами. Я был категорически против — знаем, плавали. Закон, как и Император должен быть один и для всех, но кто ж послушает отставного генерала по гражданскому ведомству.
В последние годы сильных врагов, что могут поднять голову и покуситься на территориальную целостность Великой Империи по соседству нет. Те же сенары образумились, правда пришлось там сменить Императора, но так уж бывает. Рыба гниёт с головы, если у первого лица государства раздвоение личности с манией величия, то его подданные будут страдать, но не долго, пока не найдётся тот, кто положит конец сумасшедшему правителю. Не скрою, к этому делу я руку приложил, но это совсем другая история, что вспоминать не хочется. Долгие подковёрные игры — это не моё. Много неприглядного из жизни Сенарского Императора и его окружения пришлось найти, достать и придать огласке, а потом… потом оставалось только ждать или бунта, или безумного одиночки. Но всё разрешилось как никогда лучше. Не пришлось напрямую вмешиваться. Сама знать, осознав, что ими управляет безумец свергла его за одну ночь…
— М-да, много воды утекло с тех времён, — пробормотал себе под нос. Сон всколыхнул такие затаённые уголки памяти, что казалось за столько лет должны были затеряться в большом объёме информации, которую хранит головной мозг, но этого не случилось. За долгие годы, проведённые на этой планете я смирился со своей участью. Мегис или какая другая Салмолиянская сущность больше не проявляли себя, но, если честно, я и не ждал их появления. У меня здесь сын, есть ещё дети и родились первые правнуки. Можно сказать, что пожил, «наследил» в этом мире, так зачем его покидать⁈ Когда придёт время, тогда уйду, но возвращаться обратно на Землю после стольких лет… Кому я там нужен⁈ Мегис говорил, что для них время нелинейно, но для себя я принял решение, что останусь здесь, на этой планете и когда придёт время встречу смерть с улыбкой на лице.
Саша Токсик. Вай Нот
Тёмный Лекарь
Глава 1
Сознание возвращается ко мне не сразу. Тонкой струйкой оно вливается в онемевший от долгого сна разум. Мысли лениво ворочаются в голове, и только тогда я понимаю, что мой отдых закончен.
Первым начинает биться сердце. Медленно, с большими паузами оно разгоняет загустевшую кровь по жилам. После лёгкие впускают в себя воздух, а кожа чувствует прохладу.
Открываю глаза и вижу… Да ни хрена я не вижу!
Полная темнота.
Прилёг, называется, передохнуть всего на пятьдесят лет.
Почему никто меня не встречает? Где слуги? Подчинённые? Родственники, старательно изображающие радость?
Я ведь оставил чёткие инструкции, буквально пошаговые. Описал что, и в каком порядке надо делать, чтобы моё пробуждение прошло максимально гладко и комфортно.
Сейчас здесь должен царить полумрак, а не непроглядная тьма, воскуряться благовония и играть струнный квартет.
Что ж, похоже пятьдесят лет без моего прямого надзора плохо сказались на дисциплине и расторопности представителей моего клана.
Но ничего, это я сумею быстро поправить.
Мой покойный дед-оптимист, который никогда многого не ждал от других людей, в этой ситуации бы сказал что-то вроде: «Ну, хотя бы разбудить не забыли.»
Впрочем, пока я лежал в темноте, заново привыкая к своему телу и проверяя как слушаются меня мышцы, то с удивлением отметил, что слышу вокруг лишь тишину и будто бы шум воды…
Словно течёт ручей. Он-то здесь откуда?
И значит ли это, что меня никто и не будил?
Но почему я тогда проснулся?
Что ж, придётся выяснить это самостоятельно.
Я толкнул крышку саркофага. Несмотря на мои предосторожности тело потеряло в подвижности и силе. Пришлось слегка напрячься и добавить толику магических сил, что у меня остались.
А вот осталось их у меня непозволительно мало. И это в происходящем самое странное.
Ведь я лёг отдыхать именно для того, чтобы их набраться. Для некроманта это нормальная практика.
За пятьдесят лет я должен быть полон энергией под завязку, а сейчас во мне жалкие крохи.
Но, по крайней мере Скверны я тоже не ощущаю. Значит, я всё рассчитал точно, и то огромное количество чужеродной силы, что я поглотил, закрывая последний очаг, переработалось и растворилось в организме.
Это отличная новость. И я уверен, что в Совете Князей будут счастливы её услышать. Хотя, надо ещё подумать, стоит ли мне дарить им столь важное знание.
В любом случае, я — князь Макс Рихтер, глава самого могущественного клана на планете, пробудился от долгого сна и готов вновь приступить к своим обязанностям — председателя Совета Князей.
Я ухмыльнулся, думая о том, как много моих прежних оппонентов этому не обрадуются. Особенно нынешний ВРИО, кем бы он ни был, которому придётся уступить уже насиженное и нагретое сиятельной задницей место.
Крышка саркофага с первого раза сдвинулась не до конца, и я толкнул её ещё раз. С громким треском она ударилась о мраморный пол склепа и наверняка раскололась.
Но куда больше меня волновал запах гнили и сырости мгновенно ударивший мне в нос.
Как долго здесь не убирались?
Я спрыгнул на скользкий, покрытый слоем грязи, пол, а затем, практически наощупь, отыскал один из факелов на стене и зажёг его.
К счастью, такая примитивная магия не требовала много сил.
Но то, что я увидел, превзошло все мои опасения.
От того склепа, в котором я погрузился в сон, не осталось практически ничего.
Грязь, которая хлюпала под моими ногами, ближе к стенам превращалась в совсем уж месиво.
А всё потому, что в склепе возникла трещина, и теперь, через неё, сюда просачивался какой-то подземный источник.
Именно это я сначала принял за журчание ручья.
Но и помимо подтопления, мой, когда-то, поистине королевский склеп, теперь больше походил на грязный заброшенный подвал, где на стенах растёт мох, а в углах висят какие-то обрывки старой паутины.
