- Её величество Алария пообещала мне сутки, – сказала я, предупреждая движение фрейлин. – Она дала слово.
Королева Гизелла перевела возмущённый взгляд на невестку.
- Вы хоть понимаете, как это выглядит? – произнесла она сквозь зубы, в то время как Алария стояла перед ней, словно провинившаяся девчонка. – Вы отдали жизнь короля в руки особе, которая столько времени дурачила нас, которая пряталась в доме маршала и явно пользовалась его покровительством. Вам напомнить, кто такой маршал де Морвиль? Он внебрачный сын моего покойного мужа. Если с нашим королём что-то случится, де Морвиль будет единственным мужчиной королевской крови. Всё это попахивает заговором против короны, знаете ли.
Я выждала всего пару секунд, давая возможность королеве Аларии ответить, но так как она молчала, заговорила сама.
- Ваше величество, - сказала я, обращаясь к королеве Гизелле, - ваши слова верны и – увы! – обоснованны, но я клянусь, что в моих поступках не было злого умысла. Сначала я спасала свою жизнь от несправедливого обвинения, потом пыталась заслужить ваше доверие, чтобы доказать, что обвинение было несправедливым, а теперь пришла, потому что не могу допустить, чтобы наш король повторил печальную судьбу своего отца и своего деда. Если вы позволите, я постараюсь помочь малютке…
- Этот малютка – его величество, - напомнила мне королева Гизелла ледяным тоном. – И в вашей помощи, - она особенно выделила это слово, - мы не нуждаемся. Но прежде, чем вы уберётесь отсюда, госпожа Лайон, я хотела бы знать – де Морвиль покрывал вас? Знал, что вы государственная преступница, и прятал в своём доме? Как вы, должно быть, потешались над своей королевой! А я-то поверила вам… Там, в вашем яблочном захолустье!..
- Мне жаль, что я создала такое впечатление о себе, ваше величество, - ответила я, пытаясь увести разговор в сторону от Ричарда, - но в деле спасения жизни все средства хороши. Её величество королева Алария это прекрасно понимает, поэтому и позволила мне позаботиться о его величестве.
Мои слова заставили Аларию немного оживиться, и она даже кивнула, но королева Гизелла была не из тех, кого так легко можно свернуть с пути.
- Неслыханная наглость, - сказала она насмешливо. – Впрочем, я поняла, госпожа Лайон, что вы слов среди роз не ищете ещё при первой нашей встрече. Морвиль знал, что вы – не та, за кого себя выдаете? Он знал, что вы – племянница Сен-Мерана? Отвечайте! И не смейте увиливать! Это приказ!
Что же мне делать? Я смотрела в бледное, гневное лицо королевы Гизеллы, а счёт был уже на секунды. Сказать, что Ричард ничего не знал? И выставить его обманутым дураком? Вот так королевский маршал, не рассмотрел преступницу под носом. Да, я могла бы постараться солгать. Возможно, у меня бы даже получилось очень правдоподобно. Но станет ли лгать Ричард, когда его спросят о том же? А ведь королева Гизелла обязательно допросит его…
- Знал, ваше величество, - сказала я твёрдо. – Милорд де Морвиль знал, кто я такая, с самого начала. И с самого начала он знал, что я и мой дядя невиновны. В протоколе расследования сказано, что причиной смерти его величества Эдварда было отражённое чёрное колдовство, а не медицинская ошибка.
- Неслыханно! – королева Гизелла всплеснула руками. – Наверное, сейчас мой сын, там, на небесах, места себе не находит! Герцога де Морвиля немедленно отправить под арест. Эту особу… - она указала на меня.
- Её величество королева Алария обещала мне сутки! – выпалила я. – И что никто не будет наказан! В том числе и герцог де Морвиль!
Конечно, обещали мне кое-что немного другое, но королева Гизелла не могла об этом знать. И пока узнает – у меня будет шанс. Если узнает. Если королева Алария не станет отрицать.
- Мало ли что она вам пообещала! – вспылила её величество Гизелла. – Я-то вам ничего не обещала!
Принц, потревоженный нашими голосами, вдруг пискнул и захныкал, и я тут же склонилась над колыбелью, жестом остановив фрейлин, которые бросились помогать королю. Я проверила простыню под королевской попкой, убедилась, что там сухо, и приложила ладонь к пылающему лбу малыша, тихонько покачивая колыбель и мурлыча песенку. Все замолчали и затаили дыхание. Обмакнув палец в кувшин с водой, я смочила королю губы, и он облизнулся, не открывая глаз. Я ещё раз намочила палец и провела по губам малыша. Он сонно вздохнул, расслабленно вытянулся и засопел, снова погрузившись в сон.
- Прошу вас всех говорить потише, - сказала я, продолжая покачивать колыбель, потому что сейчас эта колыбель была той соломинкой, за которую я ухватилась, чтобы не утонуть.
И чтобы не утопить тех, кто был мне дорог.
Королева Гизелла поджала губы, гневно раздувая ноздри, но тут королева Алария осторожно тронула её за локоть.
- Дайте ей сутки, матушка, - попросила Алария. – Она права. Когда речь идёт о жизни, хороши все средства. А когда речь идёт о жизни ребёнка, мать готова на всё… даже на преступление…
- О чем вы? – королева Гизелла стряхнула руку Аларии.
- Я пообещала этой девушке, что дам ей сутки, - голос королевы Аларии, сначала звучавший просительно, обрёл твёрдость. – И что никто из-за её действий не пострадает. Расследование относительно действий маршала можно отложить. Через двадцать четыре часа нам будет точно известно, кем он будет – предателем, скрывавшим преступницу, или тем, кто спас ту, которая спасёт короля.
- Вы полны надежды, как я погляжу, - холодно заметила королева Гизелла.
- Мать всегда будет надеяться, - произнесла её невестка тихо и страстно. – Даже когда надежды не будет. Разве вы не понимаете этого? Ведь вы сами совсем недавно потеряли единственного сына. А я потеряла горячо любимого мужа, и если потеряю Генри, то мой муж там, на небесах, точно мне этого не простит.
Кто-то из фрейлин жалостно всхлипнул, да у меня у самой слёзы навернулись на глаза.
- Ваше величество… - почти прошептала Алария, снова дотрагиваясь до локтя свекрови.
Королева Гизелла обвела нас всех взглядом, передёрнула плечами и сказала:
- Сутки, не больше. И поставьте стражу, чтобы Сесилия Лайон не сбежала во второй раз.
Повернувшись на каблуках, она вышла, и только тогда я смогла перевести дух.
Итак, одно сражение я выиграла. Теперь не продуть бы второе, самое важное.
Глава 16
Королева Алария не пожелала уйти. Ей принесли новый ужин, мне принесли всё необходимое для лечения, она без аппетита поела, устроилась на кушетке в углу комнаты и затихла. Кажется, уснула. Две фрейлины расположились в креслах и тоже вскоре засопели. Больше в комнате не было ни кроватей, ни стульев, и я поняла, что ночь мне предстоит провести на ногах. Впрочем, смешно было спать в ту ночь, которая может оказаться последней в жизни.
Я разулась, чтобы не беспокоить никого стуком каблуков, и приготовилась бороться за жизнь маленького короля.
Жар не спадал, хотя я протирала малыша прохладной водой и помазала сыпь маслом карите. Пару раз я проветрила комнату, но королю легче не становилось. Сон стал беспокойным, я покачивала колыбель и молилась, чтобы небеса оказались на моей стороне и на стороне этой маленькой жизни, от которой сейчас зависела и моя жизнь, и благополучие дорогих мне людей, и благополучие всего королевства.
Часы мерно отстукивали секунду за секундой, я согрела воды и заварила себе мятного чая, чтобы подкрепить силы и успокоить дух.
Надо сообщить дяде о симптомах… Но как это сделать?..
Стрелки приближались к полуночи, когда в коридоре послышались голоса. Мужские – недовольные и строгие, и женский – ещё более недовольный и строгий. Звучание этого голоса взбодрило меня лучше, чем любой самый крепкий чай, потому что это был голос леди д`Абето.
Я распахнула дверь в тот самый момент, когда тётушка герцога говорила:
- Мне нет никакого дела до королевского приказа. Я о нём и не слышала. А девушке надо поесть и умыться… - тут она посмотрела на меня, стоявшую на пороге, и добавила: - Даже если тебя завтра казнят, всегда приятнее быть сытым и в свежей перемене белья. Вы же, наверное, и покормить её не удосужились?
