Мангустов неожиданно рассмеялся и откинулся на спинку стула.
— Надежда — она такая, — с какой-то нежностью отозвался граф о соседке, — если дело действительно обстоит так, как вы описываете, я, пожалуй, замолвлю за вас словечко.
Я искренне обрадовался такой перспективе. Всё же лучше иметь союзников в предстоящих переговорах. А чтобы союзники эти были верными, я задумался, чем бы мы смогли с Мангустовым быть полезны друг другу.
— Благодарю вас за посильную помощь! И уж простите моё любопытство, но размах стройки поражает! — честно похвалил я графа, — мой род недавно пережил войну, и, глядя на вас, я задумался над реконструкцией собственных оборонительных рубежей.
— Да уж, если к вам ходят твари шестого-седьмого уровня изнанки, я даже не знаю, какие это должны быть рубежи, — присвистнул граф, — мы тут недавно прорыв с четвёртого уровня едва пережили, боюсь представить, как выглядит прорыв с шестого!
— Хреново, — честно ответил я, вспоминая бесполезность магического и технологического оружия против Тильды. — Дай вам Мангуст, чтобы и не узнали! Но я смотрю, у вас тут тоже не скучно, если четвёртый уровень пробивается. Это его последствия вокруг?
— Вы про выжженный пустырь, некогда бывший моими землями? — отмахнулся Мангустов, — нет, это уже господа англосаксы постарались. Сильно захотели пару вёдер эликсира молодости заполучить.
Я припомнил ажиотаж, вызванный этим эликсиром на Всемирной выставке цветов. Всё понимаю, но чтобы стереть с лица земли целое имение? Сдаётся мне, что граф Мангустов не так прост, как кажется на первый взгляд. Да и имперская служба безопасности вряд ли здесь просто так пасётся.
Выдержав некоторую паузу, я всё же решил, была не была.
— Андрей, вы сами предложили без политесов, поэтому я предлагаю пообщаться откровенно. У меня доступ к государственным тайнам высшей степени секретности. Сами знаете, какие это клятвы и каковы последствия их нарушения. Но, кроме того, я могу сделать адекватные выводы из увиденного. С учётом того, как мы с вами «весело» живём, мне есть, что вам предложить для усиления собственной обороноспособности.
Мангустов, до того бодро употреблявший овощной салат, отложил в сторону приборы и пристально взглянул мне в глаза.
— Вы же понимаете, что наша беседа, несмотря на допуски, будет сильно фильтроваться? Уровень секретности один, но секреты-то разные.
— Понимаю, — пожал я плечами.
— Ну тогда и мне есть, что вам предложить, кроме посредничества в деле с землями Виноградовых. Говорите, задумались над реконструкцией? Так, давайте покажу вам свой форт, там и поговорим.
Глава 17
Предложение посмотреть форт вблизи я принял на ура. Мы вышли на улицу, Андрей, ехидно улыбаясь, махнул рукой следовать за ним. Мы обошли недостроенное крыло особняка, и под небольшим навесом я увидел парочку трициклов.
Андрей чуть не светился от гордости, показывая мне свою технику.
— Ездил на таких когда-то?
— Было дело, — честно признался я, присматриваясь к модели, — у нас похожие стоят на оснащении в Карелии. Удобные очень, особенно по лесу гонять.
Андрей несколько поубавил энтузиазм после моих слов и посмотрел на меня с уважением.
— Что? — улыбнулся я, примериваясь к новому аппарату, — должны же быть у нас хоть какие-то плюшки от взаимодействия с императором и Министерством обороны, а не только геморрой.
— И то верно, мои почти оттуда же! — хмыкнул Андрей.
Мы поехали в сторону форта. Трициклы легко поддавались управлению и двигались практически бесшумно, позволяя водителям общаться между собой.
— А кто вам строит форт?
— Есть у меня один фанатик своего дела. Зовут Семён Бобров, редкого профессионализма человек. Услуги стоят недёшево, но сроки и качество выше всяких похвал. Дней десять назад на месте особняка зиял кратер, а сегодня мы с тобой уже ужинали не под открытым небом.
Я оценил скорость строительства и взял себе на карандаш Бобровых.
Тем временем мы проезжали через Мангустовку, и встречные селяне махали графу руками и улыбались. Люди любили и уважали своего господина, что в нынешних реалиях да при молодом возрасте парня ещё нужно было заслужить.
Мы проехали деревню, а за ней возник военный палаточный городок. Судя по количеству палаток, там размещалось не меньше сотни бойцов. Я вначале подумал, что как-то маловато, но прикинув площадь охраняемого объекта, изменил собственное мнение. Одно дело — мои три сотни, распылённые по лесам, и другое дело — кулак боевых магов, собранный в одном месте. Собственно, об этом и спросил:
— Вас хорошо охраняют, — махнул рукой на бойцов в имперской форме, — какая часть боевых магов в подразделении?
— Меньше, чем хотелось бы, — с толикой неудовольствия ответил граф, — треть или около того. А у вас как с этим обстоят дела?
— В последней войне участвовало около четырёх сотен кровников и воев, — и, встретив некоторое недопонимание во взгляде Мангустова, я принялся объяснять. — У нас ведомственные объекты высшей секретности. Гарнизон состоит из двух категорий: кровники, боевые маги, связанные клятвой вечного служения на крови и умирающие в случае её нарушения, и вои, боевые маги, обученные за наш счёт в академиях и работающие по контракту.
Мангустов нахмурился, вся весёлость слетела с него мигом. Он явно сравнивал наши возможности и приходил к неудовлетворительным выводам:
— Я сейчас правильно понял, у тебя четыре сотни боевых магов в прямом подчинении?
— Правильно, но, увидев твой гарнизон, я подумываю о наращивании численности.
У Мангустова глаза на лоб полезли:
— А как же указ императора об ограничении военных родовых сил?
— Если я буду жить по указу, то кто почти четыре тысячи квадратных километров охранять будет? Это тебе не пятачок вокруг скалы держать, уж прости за такое сравнение. Вот и представь, какими силами это реально сделать.
Я нахмурился и отвёл взгляд. Память услужливо подкинула воспоминания о погибших селянах в войне. Мангустов, на удивление, не обиделся, а будто бы угадал направление моих мыслей:
— Большие потери?
— Большие, — почему-то честно признался я, глядя прямо перед собой. — Полсотни бойцов и больше сотни гражданских.
— Соболезную, — искренне произнёс Мангустов, — сами недавно оказались в такой же ситуации. Поэтому и строю форт, чтобы быстро эвакуировать гражданских.
— Меня это не спасёт, деревни по лесам да болотам разбросаны, но уже подумываю каждую таким фортом обнести.
Андрей присвистнул от моих аппетитов:
— А потянешь? Это дорогое удовольствие!
— Я лучше задницу порву, вкладываясь в оборону, чем ещё раз буду снимать кишки своих людей с кустов.
Мангустов окинул меня взглядом, в котором явно читалось что-то из разряда: «Какого хера у вас там происходит вообще⁈», но комментировать ничего не стал.
Мы въезжали в форт. Вблизи трёхэтажные стены смотрелись ещё более монументально, но я невольно представил, с какой лёгкостью их перемахнула бы Тильда. С другой стороны, с тварями хоть можно договориться, в отличие от людей. Поэтому форт меня интересовал, в первую очередь как защита от людей и лишь потом от всего остального. Интересно была организована оборона форта. Огневые точки располагались не только по угловым башням, но и по всему периметру. Более того, сконструировано всё было так, чтобы точка смогла отрабатывать цели как за пределами форта, так и внутри.
— Вы готовитесь отражать нападения извне и изнутри? — решил я уточнить, верно ли понял особенности конструкции.
— Да, — кивнул мне Андрей со всей серьёзностью, спешиваясь. — У нас тут своя специфика охраняемого объекта.
Я последовал его примеру. Не успели мы пройти вглубь, как нам наперерез направился бодрый старичок с убеленными сединами и цепким взглядом.
— Андрей, нам бы за новой партией сходить. Там спецзаказ по оружию должны были подготовить, — говорил старик, обращаясь к Мангустову, но при этом просто-таки прожигал меня взглядом. — А кто это с тобой?
